Фантастика 2026-158 - Максим Арх Страница 123

Я взял со стеллажа фонарь, включил его и подошёл ближе. Действительно, в правом углу выемки, где земляной вал примыкал к капитальной стене, зияло небольшое отверстие, похожее на нору. И из него, сквозь осыпавшийся грунт, пробивался ровный желтоватый свет, характерный лампе накаливания.

— Гм, ясно, — кивнул я, беря из рук женщины штыковую лопату. — Отойдите все назад.

Осторожно, стараясь не обрушить ещё больше грунта, начал расширять отверстие влево. Земля там была рыхлая, явно обвалившаяся совсем недавно. Несколько точных движений — и проём увеличился настолько, что я смог просунуть туда руку. Свет усилился. Я повернул голову и, осветив фонариком правую сторону проёма, заметил то, что искал. Чуть выше уровня пола, на стене, виднелся край электрического выключателя в старой, потрескавшейся пластиковой рамке. Откопал его рукой, стряхнул землю и нажал на клавишу. Свет в проёме погас.

— Проводка не повреждена. И это хорошо, — подходя ближе, констатировал очевидное Кудрявцев. — По крайней мере, на этом участке.

Мы переглянулись. Теперь нужно было копать вправо, туда, куда уходила стена. Через пару минут земля под лопатой дрогнула и с глухим шорохом осыпалась внутрь, открыв проход.

Я включил свет на стене снова, и перед нами предстало помещение, которого мы так долго ждали — склад готовой продукции.

Основная его часть не была завалена грунтом. Ровные ряды металлических стеллажей уходили в полумрак. На них плотными штабелями стояли картонные коробки разных размеров, некоторые с маркировкой, некоторые без. На полу, у стен, громоздились ящики побольше, обшитые рейками. Мы вчетвером, не сговариваясь, пролезли внутрь.

— Ох, сколько же здесь всего… — ошеломлённо прошептала Анна, оглядываясь по сторонам.

— Много, — эхом отозвалась Галина Ивановна, в голосе которой слышалось не просто удивление, а благоговение.

Сергей, возбуждённо блестя глазами, уже ходил между стеллажами, читая надписи на коробках.

Он остановился у одной из самых крупных, стоящей на нижней полке, и, обернувшись ко мне, воскликнул:

— Николай! Ты только посмотри! Если ты сумеешь это всё поднять в воздух, мы не одну роту размотаем! Мы весь фронт перевернём!

Я подошёл к нему. На коробке, покрытой тонким слоем пыли, чётко читалась заводская этикетка: «Беспилотный летательный аппарат вертикального взлёта и посадки. Тип: тяжёлый гексакоптер. Модель: TГК-100. Грузоподъёмность: до 100 кг. Комплект поставки: рама, шесть электродвигателей, контроллер, система стабилизации, аккумуляторный отсек…»

— Это точно, — сказал я и, почувствовав, как внутри разливается горячая волна, азарт легонько накатил, негромко добавил: — Ну, теперь… повоюем!

Максим Арх

Первый БПЛА Второй Мировой — 3

Глава 1

Разгромленная рота

1942 год. Конец апреля

Город Согравск

Свет от керосиновой лампы, стоявшей на старых обшарпанных сдвинутых столах, выхватывал из сырого полумрака только лица и края столов. Всё остальное тонуло в темноте старой школы, ставшей сначала казармой, потом лазаретом, а теперь — убежищем для оставшихся в живых после мясорубки солдат 3-й роты 286-го охранного полка (Sicherungs-Regiment 286).

Оберст-лейтенант Эрих Вольф сидел за столом, откинувшись на спинку скрипучего стула. Левая нога, от колена до паха была перетянута бинтами и сейчас покоилась на соседнем табурете. Рядом стояли грубые костыли, из нестроганых досок, сработанные сапёрами за час. Голова была замотана так, что правое ухо почти полностью скрывал слой марли, лишь из-под повязки виднелась тонкая струйка запёкшейся крови.

Прямо перед ним, привалившись плечом к стене, сидел обер-лейтенант Курт Браун. Его левая рука висела на перевязи, поверх которой наспех была намотана окровавленная шина. Правая нога, вытянутая вдоль пола, покоилась на свёрнутой шинели. Сапог с неё сняли — разрез по голенищу обнажал багрово-синюю от гематомы голень.

Они оба были ранены, и оба отказались эвакуироваться, продолжив командовать своими людьми.

Вольф заговорил первым.

— Курт, ты видел, что осталось от твоей роты?

— Видел… видел, как они бежали, — глухо ответил тот. — Бежали. Как зайцы. Я кричал им… — он поднял перевязанную руку, посмотрел на неё, словно видел впервые. — Этой рукой махал… но всё бесполезно.

От воспоминаний лейтенант содрогнулся и чуть прикрыл глаза. В темноте под веками снова вспыхивали картинки: грузовики, крики раненых и падающие с неба мины.

— Мне только что доложили, что пришёл запрос из штаба дивизии, — сказал Вольф. — Они хотят знать, как такое могло произойти. Дважды. Сначала аэродром, потом Рудня. Они желают узнать об этом деле всё. Им нужен виновный.

— Виновный? — Браун проскрежетал зубами. — Нет виновных! Мы воюем с призраками, которых даже не видим!

— И что, вы думаете, что это как-то нас оправдает? — горько усмехнулся командир полка. — Раз до русских не дотянуться, виновными назначат нас!

— Это не справедливо!

— О чём вы говорите⁈ Кто-то должен держать ответ за разгром. И это будем мы. Н-да, — Вольф вздохнул. — Кстати, я запросил осколки, с аэродрома и с дороги — хотел понять, чем нас убивают.

— И чем?

Командир полка помолчал, потом медленно, словно выдавливая из себя каждое слово, произнёс:

— Теперь это не только мины, но и наши гранаты М-24.

— Э-э, но как? — растерялся лейтенант. — Это же невозможно. Одно дела мины, выпущенные из миномёта, а другое дело гранаты… Ими не выстрелишь! Разве что противник изобрёл какую-то катапульту?

— Очень точную катапульту, — хмыкнул Вольф, а потом помотал головой. — Не может такого быть, уж чрезмерна точность при попадании по цели. С таким никакая катапульта не справится. Поэтому вариант только один — русские их сбрасывают сверху.

Браун смотрел на него, не понимая.

— Но самолёта противника никто не видел.

— Значит, у них есть аппарат, который летает беззвучно, не для глаз и может нести груз до… ну, не знаю… до нескольких — возможно трёх-пяти гранат и мин.

— Как вы сделали такое умозаключение?

— Из интервалов между атаками, дорогой Курт. Сам вспомни, что происходило… Они сбрасывали боеприпасы с идеальной точностью. Потом была пауза. А через двенадцать-пятнадцать минут всё повторялось.

— Очень может быть… ведь другого разумного объяснения происходящей чертовщине попросту не… — Лейтенант запнулся на полуслове, потому что в его голову пришла неожиданная мысль, но уже через мгновение он негромко добавил: — А может быть и есть…

— Что ты имеешь в виду?

— Помните доклад от поисковых групп, когда самолёт с русскими диверсантами был сбит. Там ведь тоже фигурировала какая-то летающая тень, которая при этом ещё издавала звуки и даже вроде бы речь.

— Гм, а ведь ты прав. Там вполне мог использоваться подобный самолёт, раз его