Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников Страница 123

Обнаружившиеся возле здания волхвы тоже не сидели без дела — они придирчиво следили за рабочими, изредка выдавали им какие-то указания, а для пущего эффекта время от времени отправляли прямо в стены своего будущего жилища волны зеленоватой энергии. Наверное, таким образом достигалась повышенная прочность кладки.

— Уважаемый Олаф, можно вас потревожить?

— Слушаю тебя, воин, — откликнулся колдун, благожелательно улыбаясь и поправляя рукава длинной зеленой мантии. — Есть какие-то проблемы?

— В общем-то, да. Я слышал, что вы можете помочь разобраться с навыками. Убрать лишние.

— Да, конечно, — нисколько не удивился собеседник. — Дело это весьма сложное, поэтому мне придется взять соответствующую плату. Десять монет за изменение одного навыка.

— Вроде же раньше дешевле было? Или я что-то путаю?

— Все течет, все меняется, — туманно ответил непись. — Если согласен, просто скажи, что нужно изменить.

— Сейчас…

Два из пяти взятых мною навыков являлись неприкосновенными — убирать из билда «разведчика» или «копейщика» я не собирался ни при каких обстоятельствах. «Кораблестроитель» все еще требовался мне для оперативной постройки более-менее надежных плотов, а вот «дровосека» с «уклонистом» вполне можно было принести в жертву — рубка деревьев осуществлялась и без вспомогательных абилок, а навык уклонения как-то незаметно выпал из сферы моих интересов, превратившись в бесполезный балласт. То есть, особого выбора здесь не существовало.

— Я хочу забыть навыки уклонения и рубки леса.

— Ты уверен в своих желаниях?

— Да, уверен.

— Хорошо, пусть будет так.

Сквозь мою голову пронесся порыв бодрящего ветра, в глазах на мгновение потемнело, а затем система радостно сообщила, что я лишился как обоих навыков, так и двадцати крон.

— Обращайся, если возникнут какие-нибудь трудности, — улыбнулся явно очень довольный совершенной операцией непись. — Всегда рад тебе помочь.

— Обязательно.

Кинув самый последний взгляд на недостроенную академию, я отправился на берег, залез в воду, после чего столкнулся с неожиданной трудностью — рыбы, до недавнего времени исправно отправлявшие Клеща на перерождение, внезапно стали гораздо более миролюбивыми. Черт его знает, зависело ли это как-то от моего уровня или же в игре прошел тихий нерф водных монстров, но теперь у меня получалось терять хитпойнты с точно такой же скоростью, с которой персонаж их восстанавливал. Впрочем, проблема решилась сама собой, когда мне хватило мозгов нырнуть в ближайшую волну и словить парочку дебафов от переохлаждения и нехватки воздуха.

— Получается, теперь даже здесь какой-то левый геморрой, — буркнул я, выбирая в качестве точки возрождения северную территорию. — Так, что тут у нас…

На этот раз пришедший в упадок и частично покинутый жителями остров показался мне гораздо более процветающим. Обосновавшийся рядом с административным зданием ярл излучал оптимизм и уверенность в завтрашнем дне, на соседней улице строился какой-то дом, проходившие мимо викинги явно были заняты очень важными делами, а вот игроков поблизости я не заметил. Впрочем, у меня сложилось впечатление, что конкретно эта территория в своенравных и дерзких странниках особо не нуждалась.

Покрутив головой и не обнаружив никакого интереса к своей персоне со стороны окружающих, я открыл меню аукциона, после чего начал освобождать инвентарь от скопившегося там мусора. Лишние бадейки смолы улетели на торги, туда же отправились стрелы и кирки, а взамен были куплены веревки, гвозди и крепежные скобы, необходимые для создания очередного плота. Когда с этой процедурой было покончено, я отправился на северную оконечность острова и взялся валить деревья, но тут же обломался — после третьего или четвертого взмаха топор вывернулся у меня из рук и больно тюкнул по ноге, а система, будто издеваясь, предложила заново приобщиться в славной когорте профессиональных дровосеков.

— Хрен там… у, сволочь.

До сегодняшнего дня я и не подозревал, как сильно мусорный, казалось бы, навык облегчал мне жизнь — раньше деревья падали сами собой, рубить ветви было очень просто, смола не прилипала к лезвию, а топор прочно лежал в руке, идеально выполняя свою работу. Увы, но теперь настала совершенно другая эпоха — я матерился, промахивался, никак не мог свалить тощенькое деревце, ронял свой доселе безотказный инструмент…

К счастью, для заготовки полутора десятков не самых толстых бревен моих навыков кое-как хватило, а дальше все пошло как по маслу — «кораблестроитель» остался со мной, так что очередной плот получился не хуже предыдущих. Помня о коварных северных водах, я дополнительно усилил его скобами и перевязал вторым поясом веревок, а затем столкнул в воду, взял в руки шест и начал грести, лениво рассматривая клубившийся вокруг туман. Зона видимости оставляла желать лучшего, восприятие однозначно требовалось прокачивать, сделать это проще всего было на полюбившемся мне острове с маяком и костокрылом, но прямо сейчас мой путь лежал туда, где пролегала тонкая прерывистая линия, отмечавшая район давнего кораблекрушения — удержаться от совершения короткого разведывательного рейда я так и не смог.

— Фр-р.

— Чего?

— Ф-рр! Фр!

Какое-то время я не мог понять, с чего вдруг возбудился мой питомец, но затем из туманной пелены донесся шумный плеск и моим глазам предстало целое семейство китов, двигавшихся параллельным курсом. Горбачи наслаждались жизнью, не пытались напасть на плот и вели себя настолько аутентично, что я невольно засмотрелся и забыл про возможность записать хайповый ролик. А когда вспомнил, то было уже поздно — гиганты свернули на северо-восток, оставив нас с Люцифером в полном одиночестве.

— Красиво, шерстяной бро.

— Фрр.

— Думаешь, стоило их на шашлыки пустить?

— Ф-ф!

— Да ладно, мы бы их завалили. Ты же не зря такие зубищи отрастил?

— Ф-фр.

Вечер постепенно вступал в свои права, вокруг начало смеркаться и это достаточно быстро сказалось на погоде — ветер посвежел, волны увеличились, а грести стало заметно труднее. Однако спустя какое-то время мне все же удалось довести плот до нужного района карты и вплотную приблизиться к нарисованному на ней пунктиру.

Остров с маяком остался где-то слева, впереди простиралась только непроглядная белесая мгла, небо затянули неприятные грозовые тучи, а видимость сократилась еще сильнее. Мы все еще куда-то двигались, но это движение вряд ли можно было назвать осмысленным — волнение постепенно усиливалось, плот болтался из стороны в сторону, мне в лицо все чаще прилетали смешанные с пеной брызги, промокший и несчастный бобр лишь каким-то чудом держался на скользких бревнах, а те зловеще