Битва за Гималаи. Безумная гонка империй за крышу мира - Скотт Эллсворт Страница 42

Но вскоре возникла серьезная проблема. Германия подписала оборонительный пакт с Японией. Японские солдаты уже начали военные действия в Маньчжурии и Шанхае, таким образом, доступ в Тибет через Китай был исключен. Оставался путь через Индию. Но британское Министерство иностранных дел, встревоженное ростом нацистского милитаризма и денонсацией Гитлером Версальского договора, не хотело пускать в Тибет немецкую экспедицию, предполагая, что она преследует не только научные, но и политические цели. Шефер отправился в Лондон лично, но власти остались глухи к его просьбам, в МИД лишь сообщили, что тибетское правительство скорее всего отклонит запрос на посещение страны.

Тогда Шефер решил пойти другим путем и обратился к членам так называемой Кливденской группы – кружка английских аристократов в Лондоне, считавшихся, по общему мнению, прогермански настроенными. Возглавляла это сообщество леди Астор, дочь американского миллионера, вышедшая замуж за британского дворянина. Одна часть членов сообщества выступала просто за мир с Германией, другие участники были ярыми поклонниками Гитлера. Поддержку Шеферу оказал и сэр Фрэнсис Янгхазбенд – легендарный семидесятилетний военный британской армии в отставке и участник Большой игры. Именно Янгхазбенд возглавил британскую военную экспедицию в Лхасу в 1904 году. Янгхазбенд не любил бюрократические интриги и дал несколько советов молодому немецкому исследователю. «Перейдите границу с Тибетом нелегально, – сказал он Шеферу. – А уже на месте решайте вопросы с властями».

Немецкая тибетская экспедиция Эрнста Шефера – таким было официальное название – отправилась из Берлина 19 апреля 1938 года. Помимо Шефера, в состав вошли еще четыре человека: геофизик, специализировавшийся на изучении ядра Земли, энтомолог и транспортный офицер. Но восходящей звездой являлся двадцатишестилетний антрополог из Гейдельберга Бруно Бегер. Он был высокий, светловолосый и голубоглазый, полностью соответствовал и был сторонником нацистской расовой теории, столь дорогой Генриху Гиммлеру. Несмотря на громкое название, экспедиция отправилась из Генуи на пароходе в Индию, все еще не имея разрешения на въезд в Тибет.

Тем временем в высших эшелонах власти Германии плелись серьезные политические интриги. Пока участники экспедиции плыли по Индийскому океану, в немецких газетах появились статьи, в которых утверждалось, что экспедиция на самом деле была операцией СС. Сойдя на берег в Индии Шефер был неприятно удивлен негативными статьями о себе в английской прессе, и тут же пожаловался на это в Берлин. В свою очередь Гиммлер немедленно обратился к сэру Барри Домвиллю, бывшему офицеру британской военно-морской разведки и видному стороннику нацистов, и пригрозил ответными мерами, если Шефера сотоварищи объявят шпионами. Домвилль передал эту информацию премьер-министру Великобритании Невиллу Чемберлену, который в тот момент стремился снизить напряженность между Великобританией и Германией. Вскоре находящемуся в Калькутте Шеферу сообщили, что его группе предлагается посетить Сикким, крошечное княжество, зажатое с запада и востока Непалом и Бутаном, а с севера и юга – Тибетом и Индией. Таким образом, начало было положено. Шефер любезно принял предложение, и в июне группа отправилась из Калькутты на север.

В Сиккиме участники экспедиции быстро взялись за дело. Шефер проводил большую часть времени, охотясь в предгорьях Гималаев, и ему удалось добыть трех шапи – чрезвычайно редких горных козлов с темной шерстью, этот вид был неизвестен науке. Бегер с головой ушел в свои антропометрические исследования. С помощью рулетки и пары гигантских штангенциркулей он измерял головы, губы, носы, берцовые кости, бедра и стопы ошеломленных, но весьма любопытных жителей Сиккима. Кроме того, немец снимал слепки лиц. Это был трудоемкий процесс: на лицо человека наносилась паста из гипса с водой, предварительно испытуемому вставляли в нос две трубочки, чтобы он мог дышать. Смесь должна была высохнуть, потом затвердевший гипс осторожно снимали. Бегер делал слепки и с лиц тибетцев, которых в Сиккиме жило много, но попасть в Тибет немцы по-прежнему не могли.

В конце июля Шеферу и его соотечественникам повезло. Неподалеку от границы с Тибетом они случайно встретили главу одного из районов Тибета, и после обмена подарками немцев пригласили нанести ответный визит. Перебравшись через границу, Шефер в конце концов сумел добиться разрешения тибетских властей посетить Лхасу. Британский представитель в столице Тибета был возмущен происходящим, но поделать ничего не смог.

К моменту отъезда из Лхасы участники немецкой экспедиции не успели сделать все, что планировали, но уже одно то, что они смогли попасть в закрытую страну, можно назвать выдающимся достижением. Немцы сумели провести некоторые исследования и везли в Германию маски Бегера и собранные антропометрические данные, кожу и кости неизвестного млекопитающего, а также сборники тибетских священных книг.

Но один артефакт в коллекции Шефера представлял особый интерес. Статуя буддийского бога Вайшраваны, так называемого хранителя Севера, высотой 24 сантиметра и весом более 10 килограммов, была создана предположительно в XI веке – вырезана из цельного куска метеорита, упавшего на Землю десять-двадцать тысяч лет назад. То есть это была не просто статуя, но статуя из космоса. На груди Вайшраваны был виден хорошо знакомый любому немцу символ – свастика.

* * *

Для Пауля Бауэра все это не представляло интереса. Важно было, чтобы немцы вернулись на Гору судьбы. «Можем ли мы бросить товарищей, которые лежат у Серебряного седла, и отдать Нанга-Парбат?» – вопрошал он. К счастью, у Бауэра не возникло политических проблем с британцами, новую экспедицию одобрили без промедления. Бауэр в глазах англичан представлял немецких альпинистов, а не политику Германии. В Альпийском клубе в Лондоне, членом которого состоял Бауэр, искренне оплакивали гибель альпинистов на Нанга-Парбат. В ноябре 1937 года Alpine Journal опубликовал некролог Карла Вина, написанный Бауэром. В конце текста имелась приписка от редактора: «Мы хотели бы еще раз выразить признательность всем британским альпинистам за то, что члены нашего клуба отдают дань уважения великому альпинисту и выдающейся личности».

Бауэр на этот раз решил сам возглавить экспедицию. Ему исполнился сорок один год, и он хотел собрать талантливых молодых восходителей, чтобы вознести флаг на крышу мира. Трагедии 1934 и 1937 годов стоили Рейху одиннадцати опытнейших альпинистов, и Бауэр понимал, что организацию мероприятия стоит взять в свои руки. Обратившись за помощью к уцелевшим в трагедиях Фритцу Бехтольду и Ульрихту Луфту, Бауэр сформировал команду из пяти молодых альпинистов, чей энтузиазм мог компенсировать недостаток опыта, кроме того, Паулю удалось договориться, чтобы помощь в доставке и заброске грузов на гору осуществлял самолет «Юнкерс», на этой модели летал сам фюрер. Большую проблему представлял наем шерпов. «В Дарджилинге много говорили о злых духах и дьяволах на Нанга-Парбат, и никто из выживших носильщиков не хотел