США в XX веке. От бургера до Буша. Полная история - Алекс Каплан Страница 120

важного задания, поскольку Роза зарекомендовала себя человеком позитивным и положительным. Она была миловидной, вела себя с достоинством, умела правильно говорить. Она состояла в браке, работала и за всю жизнь ничем себя не скомпрометировала – идеальное лицо для прессы и телевидения. Первые призывы к восстанию прозвучали в воскресенье 4 декабря во всех афроамериканских церквях Монтгомери – за день до суда над Розой Паркс. Именно церкви стали оплотом революционных сил, хотя все темнокожие священнослужители находились под неусыпным надзором местных властей, понимавших, что именно они в значительной степени контролируют афроамериканское население. В те годы темнокожее население было в подавляющем большинстве глубоко верующим, и воскресным утром почти весь черный Монтгомери шел в церковь на службу. Четвертого декабря проповедники в церквях рассказали пастве о том, что случилось в четверг с Розой Паркс и что в понедельник ее будут судить, и призвали своих прихожан не мириться с несправедливостью и устроить бойкот городской автобусной компании. В понедельник после суда восставшие напечатали и раздали 35 тысяч листовок с призывом начать на следующий день акцию протеста. Во вторник в Монтгомери начался бойкот городских автобусов. Это было впечатляющее зрелище, и белые жители в ужасе смотрели на происходящее. Две трети населения Монтгомери составляли афроамериканцы – и все они передвигались по городу пешком, в то время как пустые автобусы ездили по улицам. При этом следует учитывать, что темнокожее население составляло бедное большинство города, которое в основном и пользовалось автобусами, белые ездили на машинах. Здравый экономический смысл происходящего стал очевиден для всех уже через пару часов после начала бойкота. Без черных пассажиров городская автобусная компания могла разориться. И если утром во вторник несколько афроамериканцев еще сели в автобус, то уже к обеду ни один из них не посмел противиться воле большинства и ехать на автобусе. Увидев, насколько колоссальным оказался первоначальный успех, лидеры алабамского восстания в тот же день собрались для обсуждения дальнейшего плана действий. Собрание состоялось в церкви, которую возглавлял молодой проповедник по имени Мартин Лютер Кинг. Лидеры восстания, их было около полусотни, делились на две группы. Первая группа включала общественных активистов различных негритянских организаций – в первую очередь крупнейшей и старейшей «Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения». Они были настроены решительно, случай с автобусом в Монтгомери был делом их рук. Вторая группа состояла из негритянского духовенства. Они имели огромное влияние среди местного населения и практически владели их умами, поскольку набожные афроамериканские граждане Монтгомери беспрекословно доверяли своей церкви. Однако проповедники в корне отличались от активистов. Проповедников расистские власти преследовали и запугивали всегда, справедливо полагая, что это самый эффективный способ контролировать местные негритянские общины. Действовать через церковь было удобно, так как запугивание пары десятков священников решало все вопросы сразу. С другой стороны, проповедники остро чувствовали настроения своей паствы и не решались пойти против возмущения народа в угоду жестоким расистам. Положение их было сложным, а потому на собрании они попытались занять половинчатую позицию, что чуть не привело к поражению восстания в самом его начале. Активисты решительно взяли инициативу в свои руки, пригрозив духовенству гневом восставших народных масс, которые посчитали бы их отступничество предательством. Встал вопрос о назначении официального лидера бойкота – человека, который бы возглавил революционный комитет. Сам комитет назвали «Ассоциацией по улучшению жизни в Монтгомери». Председателем ассоциации избрали проповедника Мартина Лютера Кинга, в церкви которого и происходило собрание. Сделанный выбор был в некотором смысле вынужденным. Возглавить движение следовало представителю церкви – другого варианта не было. Однако представители черной церкви Монтгомери боялись занять столь опасный пост, так как за долгие годы стали по сути рабами местной расистской системы. В отличие от них, Мартин Лютер Кинг был молод, ему исполнилось 26 лет, и он только недавно приехал в Монтгомери. По этой причине он не был еще обременен оковами страха. Местная белая власть, так сказать, его упустила, не успела за него еще, как положено, взяться. К тому же Кинг незадолго до описываемых событий получил докторскую степень и стал одним из самых образованных проповедников в Монтгомери и отличным оратором. Главное же, у него хватило смелости возглавить восстание, несмотря на очевидную угрозу. Позднее ему сожгли дом, и он две недели просидел в тюрьме, не говоря уже о многочисленных угрозах убийством и побоями. Несмотря на все это, Мартин Лютер Кинг прошел бойкот от первого дня до последнего, ни разу не попятившись.

Роза Паркс в полицейском участке

Автобусный бойкот в Монтгомери продлился 381 день. Все это время в городе шло ожесточенное противостояние между властями, полицией, белыми расистами с одной стороны и негритянским населением с другой стороны. Чем дальше заходил конфликт, тем более сплоченной становилась афроамериканская община. Уровень ее самоорганизации был крайне высок. Люди договаривались подвозить друг друга на автомобилях, создав целую систему альтернативных перевозок на личном автотранспорте. Доктор Мартин Лютер Кинг возил прихожан на своей машине, подобно сотням других активистов. Темнокожие таксисты стали возить темнокожих граждан за 10 центов с человека – столько стоил билет на автобус. Местный суд постановил, что минимальная плата за проезд на такси должна составлять 45 центов, и полиция начала охоту на таксистов, однако доказать, сколько денег в реальности заплатили пассажиры, не представлялось возможным. Активистов, стоявших во главе движения, запугивали, арестовывали, судили. Ничего не помогало. Автобусная компания Монтгомери несла колоссальные убытки. Между тем свободных номеров в гостиницах города не осталось, так как со всей страны сюда съехались журналисты, политики, общественные деятели. Сонный южный городишко с населением в 100 тысяч человек стал невероятно знаменит не только на все Соединенные Штаты, но и на весь мир. Однако местные власти такой славы себе не желали. Бойкот завершился 20 декабря 1956 года полным поражением расовой сегрегации в столице Алабамы – самом сердце американского Юга. Афроамериканцам было разрешено ездить в автобусе на любом месте по их личному усмотрению. Это довольно курьезное по меркам нашего времени достижение – право сидеть в транспорте на любом месте – можно считать началом афроамериканской революции в Соединенных Штатах. Расовая сегрегация являлась фундаментом, на котором веками зиждилось угнетение темнокожего населения в Америке. Граждан лишали естественных привилегий: ездить на автобусе, получать качественное образование, найти хорошую работу. Помимо экономических последствий столь недальновидной политики, имелись еще последствия психологические. Люди рождались и жили в постоянном унижении, что порождало невероятную ярость. Копившаяся из поколения в поколение, она рано или поздно должна была вылиться на улицы