От города ГУЛАГа к моногороду. Принудительный труд и его наследие в Воркуте - Алан Баренберг Страница 77

Первоначально «Северсталь» планировала заменить старые, более дорогостоящие шахты новыми разработками, и в декабре 2011 года компания выиграла тендер на разработку части нового угольного месторождения Усинск-1, расположенного к юго-западу от города вблизи Северо-Печорской магистрали877. Но существенные инвестиции в это угольное месторождение (и соседнее месторождение Усинск-3) пока не материализовались.

После того как «Северсталь» завладела шахтами Воркуты, произошел частичный возврат к модели моногорода: компания стала субсидировать некоторые городские службы. В девяностых годах такая поддержка практически прекратилась, поскольку КВУ из‑за плохих экономических показателей и амбивалентного статуса не мог поддерживать общественный сектор, как при позднем социализме. Теперь шахты принадлежали крупной компании с крупными финансовыми ресурсами, и эта перемена юрисдикции означала, что новый капитал может поддержать город. Например, в 2010 году «Северсталь» подписала договор с Республикой Коми, обязавшись выделить в 2011–2013 годах 60 миллионов рублей на поддержку Воркуты. По собственным пресс-релизам компании, она потратила в 2011 году более 40 миллионов рублей (около 1,3 миллиона долларов по тогдашнему курсу) на школы, общественные здания, спорт и уход за городскими улицами. В частности, она оплатила уборку снега с улиц перед празднованием Нового года878. Но размер этих субсидий бледнеет в сравнении с тем, сколько платил КВУ в советские времена, когда эта компания отвечала за львиную долю городских служб, включая постройку и ремонт жилья, здравоохранение и социальное обеспечение детей. Покупка шахт олигархом, может быть, частично возродила модель моногорода, но понятно, что новый постсоветский моногород резко отличается от своего советского предшественника.

Ограниченные инвестиции «Северстали» не помогли переломить долгосрочную тенденцию к демографическому упадку. По данным переписи 2010 года, численность населения города упала до 95 900 человек – меньше половины от цифры двадцатилетней давности, накануне распада Советского Союза879. К 2021 году, когда подытожили результаты переписи 2020 года, официальная цифра численности населения еще снизилась – до 68 425 человек880. Причинами демографического упадка были закрытие шахт и сокращение штатов, а также ряд проектов по переселению неработающих людей в другие города. Например, с 2002 по 2007 год Всемирный банк одолжил около 80 миллионов долларов на содействие переселению семей с пенсионерами и многодетных семей из Воркуты и еще двух районов Крайнего Севера – Норильска и Сусуманского района на Колыме. Во всех этих районах в прошлом располагались огромные лагерные комплексы, а после смерти Сталина они превратились в моногорода. По этой программе 5358 жителей Воркуты получили деньги на покупку квартир и на переезд в другие города, но та мера не оказала особого влияния на общую структуру населения города881. В краткосрочной перспективе доля пенсионеров в населении даже несколько выросла – с 28% в 2000 году до 32% в 2010‑м882. Однако к 2021 году пенсионеры составляли лишь около 20,1% жителей – значительное падение883. Впрочем, в городе все еще живет немало неработающих жителей, и похоже, что отсутствует политическая воля к реализации полномасштабной миграционной программы, необходимой для существенного изменения структуры городского населения.

Но демографический упадок имел и некоторые положительные последствия. Из-за того, что население уменьшалось, люди забрасывали низкокачественное жилье, и оставшиеся получали в свое распоряжение больше квартир. В 1990 году на одного человека в городе приходилось лишь 15,5 квадратного метра, а к 2020 году эта цифра почти удвоилась – до 29,2 квадратного метра – примерно столько обещал Хрущев, когда в конце пятидесятых годов началась кампания массового жилищного строительства884. К 2021 году этот показатель еще вырос – до 34,76 квадратного метра на человека885. Ситуация с транспортом тоже улучшилась, потому что очень много жителей отдаленных поселков перебрались в центр города, ближе к магазинам, школам и службам. Процесс консолидации и закрытия поселков продолжался, и некоторые поселки-спутники вблизи шахт полностью закрылись. Поскольку население уменьшается, а добыча угля продолжает концентрироваться на немногочисленных высокопродуктивных шахтах, вероятно, продолжится и процесс пространственной консолидации.

Новая жизнь Воркуты как моногорода под контролем «Северстали» окончилась в апреле 2022 года, когда сталелитейная корпорация продала КВУ компании «Русская энергия», контролируемой другим олигархом – Романом Троценко886. Новые владельцы объявили, что намерены инвестировать в добычу угля открытым способом, но будущее угольной промышленности Воркуты, как и самого города, остается туманным. Инвестиции «Северстали» в город устранили самые пессимистические сценарии будущего города, но все равно добыча угля резко снизилось, а население продолжает сокращаться теми же темпами. По-прежнему существуют крупные запасы высококачественного коксующегося угля, и Воркута может остаться угледобывающим центром, но для этого потребуются новые инвестиции.

Однажды построенные городские пространства обладают своего рода инерцией. Закрыть отдаленные поселки несложно, но, чтобы полностью расселить Воркуту, требуется немалая политическая воля, не говоря о ресурсах для переселения десятков тысяч людей. Постсоветская Россия уже не так увлечена идеей внутренней колонизации Севера, но сохраняет еще немало имперских амбиций, чтобы оправдать сохранение северных городов вроде Воркуты. В любом случае возврата к золотому веку позднего социализма не видно даже на горизонте. Равновесие, установившееся в течение шестидесятых и семидесятых годов, было грубо опрокинуто перестройкой и экономическими реформами девяностых. Население города, вероятно, в будущем продолжит уменьшаться, поскольку работа шахт все более автоматизируется и требуется все меньше шахтеров. Если будут разрабатываться новые угольные месторождения, такие как Усинск-1, город будет, вероятно, приближаться к модели, напоминающей вахтовую систему, которая часто применяется при добыче нефти и газа в отдаленных регионах887. По этой системе группы мужчин и женщин работают по сменам и живут во временном жилье, а затем возвращаются к своим семьям в других регионах. Хотя стоимость труда велика, нет необходимости поддерживать дорогостоящую городскую инфраструктуру. Но чтобы полностью перейти к подобной системе, придется куда-то переселить десятки тысяч жителей, в первую очередь пенсионеров и детей. После десятилетий авторитарного жесткого управления населением в советском стиле, кажется, никого не тянет к подобным проектам.

ПАМЯТЬ И МЕМОРИАЛИЗАЦИЯ

В декабре 1988 года открылся первый памятник жертвам советского ГУЛАГа (см. ил. 13)888. Он был разработан городским архитектором Виталием Трошиным и представлял собой столб, облицованный черным и белым мрамором, с опутанным колючей проволокой камнем наверху. Надпись была проста: «Памяти жертв политических репрессий». Памятник располагался в тихом жилом районе на Шахтерской набережной, и выбор места был как нельзя более выразительным. Памятник поставили на берегу реки Воркуты напротив Рудника – района, где в начале тридцатых построили первое лагерное отделение и шахту. Впервые в истории Воркуты была публично признана ее родословная как гулаговского города, места, где сотни тысяч человек