Русь Волынская до конца XIV столетия - Александр Михайлович Андрияшев Страница 21

их продолжалась недолго, и сознание близкой, кровной связи не терялось никогда; если в это время и происходили усобицы с князьями владимирскими, то они ничем не разнились по своим мотивам от усобиц, постоянно происходивших в роду князей черниговских и др. В начале XIV века мы теряем из виду червенские города, и только во второй половине этого столетия история их несколько проясняется. Они выступают теперь с князем Юрием во главе. Сам князь Юрий – лицо в высшей степени загадочное; трудно даже определить, славянин ли этот князь или он литовского происхождения; одни исследователи считают его сыном Наримунта Гедиминовича, другие склонны видеть в нем внука известного волынского князя Мстислава Даниловича и отцом его считают Даниила Мстиславича, о жизни которого не известно ровно ничего. И то и другое мнение имеют за собой известные данные. Подробнее о них мы скажем ниже. Во всяком случае, этот князь, человек, очевидно, очень энергичный и талантливый, является ярым врагом поляков и ревностным сподвижником Любарта в его борьбе за самостоятельность Волыни. Несмотря на все старания Казимира Великого и Людовика Венгерского, им не удалось одолеть окончательно этого беспокойного соседа; он терял отдельные области своего удела, но продолжал твердо сидеть в своем сильно укрепленном Бельзе. Наконец, только вследствие брака Ягелла на Ядвиге и новых отношений, в которые стал Великий князь Литовский к Польше, князь Юрий Бельский и сын его Иван лишились и остатков своего удела, которыми Ягелло спешил успокоить важнейшего из своих соперников – претендентов на польский престол – кн. Семовита Мазовецкого.

Червонная Русь, Подолье, Волынь и Украина на карте Якоба фон Зандрарта. XVII в.

Область червенских городов делилась на две главные части: на княжество Бельзское, выделившееся впервые в 1184 году, и на княжество Червенское. После основания или, скорее, возобновления Холма Даниилом начинается поглощение Холмом волостей, прежде тянувших к Червеню. Еще в самом конце ХIII века есть известие о существовании Червенского княжества, но с XIV в. оно совершенно входит в состав Холмского княжества и сам Червень исчезает из истории навсегда.

Северная граница[338] Червенской земли не переходила летописной р. Кросны[339] (нынешняя р. Кржна, приток Западного Буга с левой стороны), так как Войн «село на Вкраиници» – нынешний Вохин[340] (к юго-востоку от Радзина) принадлежал к Берестейской земле[341]. На западе граница шла по Тысмянице к устью Быстрицы, притока Вепря, потом по водоразделу между Быстрицей и Гелчевом, притоком Пора, огибая Быхаву, и между рр. Санной, притоком Вислы и Пором, на котором лежит Туробин[342]. Далее она шла по верховьям Лады, Танева и Белой[343] и здесь пересекалась с северной границей Галицко-Перемышльской земли. Затем она проходила по водоразделу между Саном, Бугом и Вепрем, на нынешний Потелич – летописный, как можно думать, Телич[344], мимо Щекатова[345] и Звенигорода по рр. Полтеву и Ярычевке, мимо Львова[346] – к Западному Бугу; захватив, таким образом, бассейн части Западного Буга, ниже впадения р. Полтева, граница переходила несколько южнее г. Бужска через Западный Буг, проходила мимо Плеснеска и Олеска, по водоразделу между Стырью и З. Бугом и наконец сливалась с его течением вблизи того места, где он теперь входит в пределы Волынской губернии, чтобы не расставаться с ним до самой исходной точки своей – около впадения Кросны в Западный Буг.

Ягайло и Ядвига. С картины Я. Матейко

Территория эта делилась на две части: Холмско-Червенское и Бельзское княжества. Пределы Холмско-Червенской земли, занявшей северную половину территории червенских городов, не переходили за линию, проведенную от верховьев Танева и Вепря к верховьям Гучвы и р. Сулимовки, левого притока Западного Буга.

Границу между Холмской и Червенской землями определить почти невозможно, так как первая постепенно и безостановочно поглощала последнюю. Однако для конца XIII века г. Лонгинов определил еб, ограничив собственно Червенскую землю частями Грубешовского и Замостьского уездов и целым Томашовским уездом. Таким образом, от Волыни она отделялась Западным Бугом, а от Холмской земли верховьями Вепря и Гучвой[347].

Бельзская земля занимала южную часть прежней территории червенских городов.

Есть несколько противоречивых мнений о том, где находился летописный Червень. Соловьев и его последователи предполагают, что это – Червоноград в Чертковском округе, в Галиции, на Дзуроше, левом притоке Днестра. Карамзин и Беляев указывают на с. Чернеев к югу от Холма, и, наконец, остальные исследователи по этому вопросу, и притом большинство – Ходаковский, Шафарик, Зубрицкий, Шараневич, Барсов, Иловайский, Лонгинов и др., – указывают на дер. Чермно близ Тышовцев в Томашовском уезде, на р. Гучве. Последнее мнение – наиболее верное; оно, с одной стороны, не опровергается никакими летописными указаниями, а с другой стороны подтверждается топографическими данными. Между деревнями Чермно и Бакиевом, находящимися вблизи друг от друга, почти на самом берегу р. Гучвы находится громадное городище, разделенное на три неправильной формы укрепления. Собственно «Городищем или Замчиском» называется та часть, которая находится у самого берега Гучвы. Городище достигает до 183 сажен в окружности. Местные жители рассказывали одному исследователю, что Чермно было когда-то гораздо обширнее: оно захватывало и противоположный берег Гучвы, где также есть следы укреплений, покрытые дремучим бором. Замечательны также названия двух урочищ, находящихся неподалеку друг от друга: одно из них называется Подмонастырем, другое – Первенец. «Как бы то ни было, – говорит г. Лонгинов при топографическом описания Червена, – название Червеня кроется не в той местности, которую ныне зовут Чермно, а в той, которая, на Вакиеве, зовется Первенцем. Несомненно, здесь был главный пункт города, обнимавшего, вероятно, своими валами и предместьями Чермно, Вакиев, Замчиско, монастырь, а быть может, и близлежащие с двух сторон, на расстоянии около версты от Чермна и Вакиева, села Переспу и Майдан – Переспу. На местах, где находятся обе Переспы, вероятно, были насыпные валы, так как „переспа“, по нашей летописи, означает насыпь»[348]. Разновременно здесь были находимы остатки различных каменных построек. Соседний лес наполнен множеством могил.

К северу от Червеня находился другой центр земли – Холм, основанный или, может быть, возобновленный только Даниилом Романовичем. Существуют некоторые указания, позволяющие отнести этот город к числу самых древнейших городов на Руси, хотя, нужно признаться, они представляются вовсе не убедительными. Данные эти собраны у г. Лонгинова[349] и в VII томе «Памятников русской старины в западных губерниях», в статье г. Хрусцевича[350]. Vilkina saga, на которую ссылается г.