Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин Страница 117

Но война не закончится, пока мы не победим. Победа приведет к иному миру, иной России, иному Западу, иной Украине – все изменится. Нам бы хотелось, чтобы Трамп вернулся к своим изначальным позициям, которые во многом были благоприятны для нас, но это маловероятно. Даже если это произойдет, геополитика останется неизменной.

Татьяна Ладяева. Поясните, почему Илон Маск так упорно призывает рассекретить документы по делу Эпштейна? Какова его задача? Его действительно волнует эта тема или он хочет показать, что Трамп не выполняет обещания? Может ли он в какой-то момент договориться и перестать призывать к этому раз в неделю?

Александр Дугин. Илон Маск заметил, что сторонники Трампа – десятки миллионов активных избирателей – отвернулись от него. Но лозунги и программные принципы, благодаря которым Трамп победил, остаются мощными драйверами американской политики. Этот огромный блок людей, разочаровавшихся в Трампе и никогда не примкнувших к демократам, оказался без лидера – это золотая акция политической победы. Маск поссорился с Трампом по другому поводу – из-за потолка госдолга, принятого в так называемом большом прекрасном законе. Он выждал, не комментируя двенадцатидневную войну с Ираном, а затем представил проект партии «Америка», призванной воплотить цели, которые не смог реализовать Трамп, включая публикацию списков Эпштейна.

Он назвал свое движение – Make America Greater (а не Great Again). Это сравнительная степень: не вернуть Америке былое величие, а сделать ее более великой. Это футуристический проект: Америка никогда не была по-настоящему великой, но может ею стать. Смена одной буквы задает новый вектор все той же консервативной политики – защите традиционных ценностей, антиглобализму, антилиберализму, антиатлантизму. Маск берет на себя миссию реализовать то, что Трамп провалил. Как это будет происходить, предсказать сложно, но с его влиянием – 200 миллионов подписчиков в запрещенной в Российской Федерации сети X – его богатством, энергией и огромной поддержкой это серьезный замысел.

MAGA, потерявшая Трампа, – это миллионы людей. Маск задумал амбициозный проект с партией «Америка». Руководство демократов и республиканцев, за редким исключением – вроде Томаса Мэсси или Марджори Тейлор Грин, – погрязло в педофильских скандалах. Лишь немногие политики не связаны с произраильским лобби, вроде AIPAC (Американо-израильского комитета), которое сейчас вызывает ненависть у американцев. Наступил переломный момент: огромное поле американского электората осталось без лидера. Они не поддержат ни тех ни других.

Трамп разрушил республиканскую партию, превратив ее в сборище агрессивных радикалов – это не то, за что голосовали люди. Демократическая партия продолжает разлагаться. Появляется новый электоральный континент – простые американцы, порой с футуристическими, порой с консервативными взглядами, которыми никто не занимается. Если в истории Америки и был шанс создать третью партию, то он именно сейчас.

Неоконы похитили Трампа[87]

От переговоров едва ли что-то следует ожидать

Татьяна Ладяева. Давайте начнем с нового раунда переговоров. По крайней мере, какие-то предпосылки есть. Я говорю о переговорах между Москвой и Киевом. По сообщениям некоторых СМИ, в том числе турецких, новая встреча в Стамбуле может состояться в среду или четверг. Но, скажу честно, официального подтверждения пока нет. Якобы Зеленский накануне заявил, что готов наконец-то встретиться, хотя Москва долго ждала от него хоть какой-то реакции. Очень хочется услышать ваши прогнозы, Александр Гельевич.

Александр Дугин. Я уже не раз высказывал свою точку зрения: сейчас переговоры с Украиной имеют лишь один смысл – показать Трампу решимость России стремиться к миру. Трамп, как мы видим, относится к нам с недоверием, не вполне веря в наше миролюбие. Кажется, он начинает осознавать, что нас устроит только победа. Поэтому переговоры могут касаться лишь одного: немедленного признания Украиной своего военного поражения. Но в текущих условиях это абсолютно нереально.

Возможно, будут затронуты второстепенные вопросы – например, передача тел тысяч или десятков тысяч украинских солдат их семьям или другие гуманитарные и технические аспекты. Это правильно, но без безоговорочной капитуляции Украина ничего предложить не может, а нас ничего иного не интересует. Таким образом, мы посылаем Трампу четкий сигнал: мы готовы к миру, но только к такому, который подразумевает безоговорочную капитуляцию Киева и признание его полного поражения в этой войне. Это наше условие мира, и мы на нем настаиваем. Оно многократно – прямо или косвенно, чаще косвенно, но иногда и прямо – доносилось до американской стороны.

Поэтому реальных предпосылок для переговоров сейчас нет. Украина меняет свою позицию, потому что режим Зеленского ощущает колебания Трампа. Это еще не значит, что Трамп бросил Украину один на один с Россией или даже с Евросоюзом. Но их блеф становится очевидным. Когда Трамп предлагает Евросоюзу платить за американское оружие для Украины, это абсурдная риторика, как многое из того, что он делает в последнее время. Бюджет НАТО в основном состоит из американских средств, Европа вносит лишь малую долю. Перепродавать американское оружие НАТО – значит перепродавать его самим США. Европейцы в растерянности, не понимая, что за этим стоит. Вести войну с нами на Украине самостоятельно они не способны, даже если задействовать экономический потенциал Германии и скромный потенциал Франции – этого недостаточно. В таких условиях Зеленский понимает, что дела идут плохо, даже если это пока не полный отказ от помощи, а лишь колебания Трампа. Эти колебания – уже катастрофа для Украины.

Зеленский не мог достичь своих целей в войне с нами, даже имея полную поддержку США и Евросоюза, безлимитный кредит, огромное количество вооружений, политическую и финансовую поддержку. Он ничего не добился. Теперь, когда позиция Трампа начинает колебаться – он еще не отказал, но уже колеблется, – это немедленно отражается на всей системе украинской политической и военной власти. Именно поэтому Зеленский затевает игру в переговоры – он чувствует, что ситуация ухудшается. Говорить о сокращении или прекращении поставок оружия из США пока рано, но даже эти колебания достаточны, чтобы украинская система начала сбоить. Поэтому, честно говоря, эти переговоры нам не нужны. Убеждать Трампа уже бесполезно – он действует по своей собственной программе. Как мы неоднократно говорили, мира – то есть победы России – он нам не подарит, а будет сопротивляться.

Недавно подавляющее большинство республиканцев проголосовало за возобновление помощи Украине, как и все демократы. Лишь 60 республиканских конгрессменов высказали альтернативную точку зрения –