Маньчжурия. Финал Второй мировой войны - Алексей Васильевич Шишов Страница 11

2. Кроме японских войск, против нас имеются части МЧГ (Маньчжоу-Го) в количестве 13 смеш. бригад, двух отд. бригад, пяти пех. бригад, четырех кавбригад и одна дивизия спокойствия (полицейская дивизия умиротворения). Эти части в текущем году японцами реорганизованы, усилены японским офицерским составом и вооружены японским оружием. Считаю, что части МЧГ не будут достаточно хорошо драться в наступлении, но в обороне их необходимо учитывать как силу, способную обороняться.

3. Значительная часть наших войск в связи с выделением старых дивизий на Запад состоит из новых формирований и требует подготовки и сколачивания. Особенно большой подготовки требует командный состав, который в основном – молодой и не имееет достаточного опыта.

4. При указанном соотношении сил и группировок японских войск в Маньчжурии для разрешения активных задач фронта потребуется усилить войска фронта десятью стрелковыми дивизиями и десятью авиаполками, преимущественно вооруженными новой материальной частью, и довести количество боеприпасов до 12 боекомплектов против имеющихся 5–6 боекомплектов, по винтпатронам – 4 боекомплекта.

5. Сейчас трудно сказать, как сложится дальнейшая обстановка. Во всяком случае при сложившейся обстановке войса ДВ фронта должны быть готовы ко всем неожиданностям.

Учитывая, что (в) составе войск фронта имеется значительное количество вновь сформировавшихся соединений, веду усиленную боевую подготовку и боевое сколачивание частей, обеспечивая их постоянную готовность.

В этом отношении крайне болезненно отразится выделение из состава войск 105 тыс. старослужащих бойцов и младших командиров и 1750 средних командиров на новые формирования центральных округов. Обучение молодого пополнения потребует около трех месяцев, в течение которого (обучения) части фронта будут иметь до 30 % необученного личного состава.

В целях обеспечения боевой готовности и для того, чтобы войска были постоянно готовы ко всяким неожиданностям, прошу отменить выделение из состава ДВФ по телеграмме № орг/3220–105 тыс. младших командиров, старослужащих красноармейцев и 1750 командиров.

(Приписка:) По-прежнему продолжается поток от больших и малых управлений с требованием людей, химсредств, оружия и т. д. Если бы посылал, то уже остался бы без войск и оружия. Прошу указаний всем, чтобы такие большие вопросы подписывались только т. Шапошниковым по Вашему поручению».

Сталин, разумеется, не стал отменять вывод части войск Дальневосточного фронта на действующий советско-германский фронт. По-иному он поступить просто не мог. Но просьба генерала армии, которого он знал по Гражданской войне, по 1-й Конной армии, о наведении должного порядка в использовании сил и средств ДВФ была уважена.

В Генеральном штабе РККА знали, что войска Дальневосточного фронта каждодневно готовятся к отражению ожидаемого вторжения японских войск в восточную часть страны. Поэтому с конца июня 1941 года в приграничье шло создание глубокой, многополосовой обороны. Каждая стрелковая дивизия, полк создавали оборонительные рубежи, отсечные позиции, противотанковые рвы, позиции для артиллерии и танков, командные пункты и убежища, инженерные сооружения, прокладывали дороги и колонные пути.

К 30 июля 1941 года на основных оборонительных рубежах завершилось создание батальонных районов обороны: 3–4 километра по фронту и 1,5–2 километра в глубину. К 1 сентября того же года на основных доступных для вероятного противника направлениях строительство полевой обороны было завершено на всю оперативную глубину.

Создание приграничных укрепленных районов в полосе Дальневосточного фронта было завершено за три месяца. Здесь сразу же началось боевое дежурство. В 1941 и 1942 годах, когда угроза нападения японцев на советское приграничье была вероятной, «ночью на огневых позициях и укреплениях дежурило 50 процентов личного состава».

К обороне городов привлекались формирования Всеобуча и местные истребительные батальоны. Их к началу 1944 года в Приморском крае было создано 41, в Хабаровском крае – около 20.

Войска Дальневосточного фронта в первые три года Великой Отечественной войны отрабатывали ведение активной и упорной бороны. Много внимания уделялось маршевой подготовке, что скажется в августе 45-го в ходе боевых действий в Маньчжурии.

К примеру, «на дивизионных учениях 23–26 апреля 1942 г. маршевая нагрузка для пехотных подразделений в 12-й стрелковой дивизии составляла 80–120 км, в 204-й стрелковой дивизии – 70–100 км. В отдельные дни учения стрелковые полки и батальоны совершали переходы 25–30 км, с ходу занимали оборону на выгодных естественных и заранее подготовленных рубежах».

Можно сказать, что к 1945 году советские войска на Дальнем Востоке были готовы отразить нападение милитаристской Японии: они были бдительны, совершенствовали свою выучку, хотя и сократились численно за счет тех сил, которые перебрасывались на фронты Великой Отечественной войны. Что касается вооружений, то конечно же, все новое, современное в те годы требовалось на западе, а не на востоке СССР.

…Японское командование планировало вести войну на Дальнем Востоке против Советского Союза не только на суше, но одновременно и на море. С этой целью в районе военно-морской базы Оминато специально был создан 5-й флот военно-морских сил Японии.

Летом 1941 года Берлин активно подталкивал Токио к открытию второго фронта против СССР на Дальнем Востоке. Тому есть много документальных свидетельств. Так, министр иностранных дел гитлеровской Германии И. Риббентроп в шифрованной телеграммме германскому послу в Токио О. Отту от 10 июля наставлял его:

«Я прошу вас, примите все меры для того, чтобы настоять на скорейшем вступлении Японии в войну против России. Как я уже упомянул в моем разговоре с Мацуока, чем скорее это произойдет, тем лучше. Наша цель остается прежней: пожать руку Японии на Транссибирской железной дороге еще до начала зимы. После поражения России положение держав оси будет таким прочным, что разгром Англии или полнейшее уничтожение Британских островов явится только вопросом времени…»

Но посол Отт желаемого от японской стороны добиться так и не смог. Нападение гитлеровской Германии и его сателлитов в конце лета 41-го уже шло не так, как требовалось планом «Барбаросса». Оттого и появилась в «Секретном дневнике войны», который велся императорским генералитетом, такая запись: «С начала войны прошел ровно месяц. Хотя операции германской армии продолжаются, сталинский режим вопреки ожиданиям оказался прочным».

Самые пессимистические оценки в конце 1941 года стал давать 5-й отдел разведуправления Императорского Генерального штаба (работавший против СССР). Там сделали вывод, что «если Красная Армия в этом году оставит Москву, она не капитулирует». В августе месяце 41-го уже писалось: германо-советская война «затягивается», что для воюющей Японии становится в ближайшей перспективе реальной опасностью.

Но… высший японский генералитет не желал лишиться «золотой возможности» получить свою долю в советской территории Сибири и Дальнего Востока. Но для этого следовало «обрушиться» на СССР вслед за Германией. Исследователь