В разные годы. Внешнеполитические очерки - Анатолий Леонидович Адамишин Страница 80

Затратную часть операции «выход за пределы статус-кво» американцы возложили на ФРГ («У вас глубокие карманы», – как-то сказал циник Буш Колю), сами же отделались обещаниями. А нужда наша в неотложной помощи не в последнюю очередь вызывалась финансовым саботажем Центра ельцинской номенклатурой.

В памяти немцев осталось, что зеленый свет на объединение дал, в конечном счете, Горбачев. И не только немцев. Когда я читал рассекреченные в США записи бесед Коля с Бушем, впечатлили неоднократные вопросы американского президента, согласился ли на объединение Горбачев.

Ключевые параметры обсуждались на двусторонних советско-германских встречах в Москве и в Архызе в феврале и июле 1990 г. Именно в Москве был подписан 12 сентября 1990 г. Договор об окончательном урегулировании с Германией (вот что выросло из работы группы 2+4!). Увы, в 2024 г. Россия денонсировала этот Договор. Мотивированная Германии не выполняет его.

Одновременно был парафирован Договор о добрососедстве, партнерстве и сотрудничестве между Советским Союзом и ФРГ (подписан 9 ноября 1990 г. в Бонне). Он до сих пор остается правовым фундаментом наших отношений. Наряду с двумя другими основополагающими документами.

И с российской, и с немецкой стороны говорят об историческом примирении. (Было такое!) Его невозможно было бы добиться без Горбачева. Дружественная, мирная и крепкая экономически Германия полностью отвечает интересам России (верно и сегодня), другое дело, что до этого сегодня очень далеко. С нею у нас отношения всё же получше, чем со всеми другими западными странами.

Думаю, стоит процитировать такого грамотного политика (и философа), как лорд Р. Дарендорф. В беседе со мной в феврале 1996 г., оценивая последствия объединения Германии, он сказал: «Россия получила в обмен за объединение максимум практически возможного. То, что определено соглашениями, Германией выполнено на деле. Конечно, на бумаге можно было выторговать и больше, но вряд ли это было бы немцами соблюдено. Важное достижение России – это широко распространенные чувства доброй воли по отношению к русским среди немецкого населения».

2024 год: как же всё или почти всё изменилось за прошедшие годы, часто с ног на голову, и всё же, всё же, думаю, можно сказать, что и в нынешней Германии позитивного отношения к нам больше, чем в любой другой западной стране.

Усилила ли объединенная Германия НАТО? Безусловно, да. Но избежать этого в конкретных международных обстоятельствах было практически невозможно. А кто знает, может быть, и не нужно. С учетом исторической памяти, непреходящих опасений германского реваншизма, может быть, НАТО (и Европейский союз) дают некоторую подстраховку. Во всяком случае, в том, что касается ядерного оружия. ФРГ, как уже упоминалось, не может им обладать, равно как химическим и бактериологическим. Американские ядерные заряды, как и иностранные военные контингенты, не могут размещаться на территории бывшей ГДР. Немецкие вооруженные силы не должны были по соглашениям превышать 370 тысяч человек, сейчас их значительно меньше (чуть больше 200 тысяч).. Если и начнут под давлением США довооружаться (см. Трамп. Начало 2024 года), то этот уровень превзойти не имеют права.

Популярно умозаключение, что немцы могли дать больше. Это невозможно ни доказать, ни опровергнуть. По политическому счету добились немалого. Была поставлена окончательная точка под Второй мировой войной. Была решена задача закрепления послевоенных границ Германии. И нельзя сказать, что это произошло автоматически. Не случайно был заключен договор между ФРГ и Польшей, подкрепляющий общий тезис о неизменности границ. (Вспомним Миттерана!) Кстати, это не позволило горячим головам в «новой» Польше требовать, во всяком случае тогда, пересмотра ее восточных границ.

На самом финише переговоров, в сентябре 1990 г., Горбачев и Коль обговорили финансовую сторону вопроса[122]. Вот что пишут эксперты: с нашей стороны была названа сумма расходов по выводу советских вооруженных сил – 35–36 миллиардов марок. Коль соглашался на 8 миллиардов. В итоге драматической торговли было договорено: 3 миллиарда марок на пребывание в бывшей ГДР советских войск до сентября 1994 г. (это три года после Горбачева!), 1 миллиард – на оплату транспортных расходов, 8,5 миллиардов – на строительство квартир для военнослужащих Западной группы войск и еще 200 миллионов марок – на переобучение. Кроме того, предоставлялся беспроцентный трехмиллиардный кредит. По соглашению от 1992 г. некоторую компенсацию от объединенной Германии получили советские граждане, угнанные в нацистскую Германию, а также узники концлагерей. Один из приезжавших в Рим в октябре 1991 г. руководителей среднего звена (Геннадий Васильевич Кулик) говорил мне о конструктивном поведении Коля: в один момент, когда у нас в казне оставались считанные десятки миллионов долларов, он согласился досрочно перевести значительные средства, выделенные немцами на вывод наших войск.

Здесь не учтены средства, выплаченные советским, а потом и российским, гражданам еврейской национальности, в той или иной форме пострадавшим во время войны.

Среди них блокадники Ленинграда, повторю, исключительно еврейской национальности.

Признавая свою историческую ответственность за блокаду Ленинграда (с ее огромными человеческими жертвами) и после наших настояний в ходе многолетних переговоров, германская сторона в 2019 г. приняла решение о добровольном гуманитарном жесте – выделении 12 миллионов евро на строительство двух объектов, не связанных с еврейской национальностью. Однако решение это немцы до сих пор не провели в жизнь и ответили отказом на все наши напоминания.

В контексте перемен в Восточной Европе нельзя не вспомнить политику американской администрации в «час истины», пришедшийся на три года, с 1989 по 1991-й.

Буш сам подвел итог своим действиям, торжественно заявив перед обеими палатами Конгресса в январе 1992 г.: «Благодаря Богу Соединенные Штаты выиграли холодную войну». И повторил еще раз: «Холодная война не окончилась, она была выиграна». Он объявил об этом еще раньше, выступив по телевидению на Рождество, 25 декабря 1991 г., сразу же после трансляции по CNN последнего выступления Горбачева и кадров, показывающих спуск флага с серпом и молотом. Буш разъяснил телезрителям, что увиденное ими означает победу в войне, которую США вели против коммунизма более сорока лет. В короткой речи слово «победа» прозвучало трижды.

Меньше года назад, когда США во время первой войны в Ираке нуждались в СССР, он говорил совсем по-другому. Тогда он считал, что холодная война окончилась благодаря сотрудничеству с Горбачевым. Но, как выясняется из рассекреченных документов, лукавил. Когда в феврале 1990 г. Коль предлагал Бушу сделать нам определенные уступки, тот грубо отмахнулся: «К черту Советы, верх взяли мы, а не они».