Цвет империи - Дмитрий Маркович Губин Страница 64

«Процветание нашей Отчизны находится в прямой зависимости от развития в ней интенсивной научной деятельности. Развитию народного самопознания среди других наук более всего способствует изучение отечественной истории, старого быта наших предков, истории их культуры и письменности…».

В 1901 г. Николай II удостоил его орденом св. Андрея Первозванного. В возрасте 73 лет Михаил Иванович вышел в отставку с зачислением в члены Государственного совета, но отбыл не в столицу, а в Конотоп, где и скончался 28 октября 1905 года.

О чем умолчали Ильф и Петров: подлинная история гусара-схимника из Харьковской губернии

Знаменитый советский карикатурист киевлянин Борис Ефимов вспоминал, что первой «вещью» Ильфа и Петрова с которой он познакомился, был напечатанный в «Огоньке» «Рассказ о гусаре-схимнике», опубликованный с подзаголовком «Отрывок из романа «Двенадцать стульев»» о любимце столичной публики, ставшем отшельником, но проигравшем битву с клопами.

Ни псевдонимы, а тем более настоящие фамилии, авторов, ни их герой Остап Бендер ещё ничего не говорили читающей публике. А название романа показалось Ефимову нелепым. И, тем не менее, главный редактор журнала «Огонёк» его родной брат Михаил Кольцов (настоящая фамилия братьев Фри-лянд – ред.) именно историю гусара-схимника выбрал для «раскрутки» будущей классики советской сатирической литературы.

«Блестящий гусар, граф Алексей Буланов, как правильно сообщил Бендер, был действительно героем аристократического Петербурга. Имя великолепного кавалериста и кутилы не сходило с уст чопорных обитателей дворцов по Английской набережной и со столбцов светской хроники. Очень часто на страницах иллюстрированных журналов появлялся фотографический портрет красавца-гусара – куртка, расшитая бранденбурами и отороченная зернистым каракулем, высокие прилизанные височки и короткий победительный нос» – так начинается этот рассказ, вошедший в 12 главу романа «12 стульев».

Александр Ксаверьевич Булатович (инок Антоний)

Все дальнейшие перипетии повествования не оставляют сомнений – реальным прототипом бендеровского «графа Буланова» был Александр Булатович – офицер, путешественник и христианский подвижник. Однако его подлинная биография совершенно не напоминает созданный Ильфом и Петровым сатирический образ, а походит, скорее на остросюжетный авантюрный роман с весьма трагической, а отнюдь не комической развязкой.

По прозвищу «Мазепа»

8 октября 1870 года в Орле в семье командира 143-го Дорогобужского полка генерал-майора из потомственных дворян Гродненской губернии (по другим данным – получил дворянство за беспорочную службу) Ксаверия Викентьевича Булатовича родился сын Александр.

«В 1870 г. была в Ельце холера, носили по домам мантию св. Тихона. Холера поражала больше всех беременных, а мать носила меня тогда под сердцем. Когда мантия была принесена в наш дом, мать молила Бога сохранить ей и младенцу жизнь. Унесли мантию, и у матери случилась холера. Но благодатная сила сохранила её, и меня. Это было 13 августа. Ровно через 33 года в этот день о. Иоанн Кронштадтский благословил меня идти в монахи. Я вижу в этом Промысел Божий», – рассказывал сам Булатович в 1913 году сотруднику «Русского слова» Панкратову.

Вот так коротко он, бывший гусар и путешественник, ставший к тому времени схимомонахом Антонием, и сформулировал главные вехи своей жизни. Фактическое её начало и трагический конец неразрывно связаны с селом Луциковка Лебединского уезда Харьковской губернии (ныне – Белопольский район Сумской области Украины).

Отец умер, когда Саше было всего три года, и мальчик знал его только по рассказам матери и наградам, оставшимся в семье. Вдова генерала, Евгения Андреевна, перевезла в слобожанское имение Луциковку, принадлежавшее её бездетной тётке Елизавете Львовне Курис, троих детей – Сашу, Машу и Лизу. Там они и жили до 1884 года, получая семейное образование.

Исследователь жизни и творчества Булатовича Исидор Кацнельсон утверждает: «Уже тогда складываются некоторые черты его характера и мировоззрения: смелость, настойчивость, страстная любовь к родине и глубокая религиозность».

С детства Саша слушал рассказы Елизаветы Львовны о своих славных родственниках. О прибывшем из Франции прадеде Льве (Алоизии Луи) Альбрандте – херсонском городском голове с 1800 по 1821 год, о брате деда – герое кавказской войны генерал-майоре Льве Львовиче и деде-полковнике Андрее Львовиче, который строил Военно-Грузинскую дорогу и в тех местах был зарезан чеченцами вместе с женой.

Рассказывала она и о своём покойном супруге Платоне Ивановиче – потомке казацкого гетмана Данилы Апостола, бывшем феодосийском полицмейстере и секретаре генерал-губернатора Новороссийского края Михаила Воронцова. В благодарность за службу, император Николай I дважды дарил ему бриллиантовый перстень, а в 1836 его пожаловали камер-юнкером Высочайшего Двора.

Эти перстни, а также награды покойного отца постоянно напоминали Саше Булатовичу, что он «рождён для службы царской».

Вскоре после смерти тётки Евгения Андреевна переехала с детьми в Петербург. В Луциковку, которую генеральша получила в наследство, они ездили на лето. В столице девочки поступили в Смольный институт (Елизавета вскоре скончалась от брюшного тифа, а Марию впоследствии выдали замуж за князя Орбелиани, она прожила 103 года и умерла в Канаде). Саша, которому шёл тогда четырнадцатый год, стал посещать подготовительные классы Александровского лицея.

Успешно сдав вступительные экзамены, Саша Булатович стал лицеистом. Неудача постигла его на экзамене по… географии: ему едва удалось добиться проходного балла. И это человек, который в будущем сотрёт с карты не одно «белое пятно»! Вплоть до окончания лицея он учился отлично, переходя с наградами из класса в класс. Там ещё с первого набора, где были Пушкин и князь Горчаков, готовили будущих дипломатов и высших государственных чиновников, поэтому воспитанники тщательно изучали иностранные языки – французский, английский, немецкий, а также юридические дисциплины. Математикой и геодезией Булатович овладел самостоятельно.

Сам же он вспоминал о своих лицейских годах так: «В молодости я любил уединяться и молиться. Когда я учился в Александровском лицее, была у меня пуговица с вделанным в неё Спасителем. Я держался за неё, когда отвечал урок, и учение моё поэтому шло успешно».

В 1891 г. Булатович окончил лицей в числе лучших и определился на службу в собственную Его Императорского Величества канцелярию по ведомству учреждений императрицы Марии, которое руководило учебными и благотворительными учреждениями. Ему был присвоен чин 9-го класса, т. е. титулярного советника.

Однако он подаёт прошение о выдаче на руки документов и зачисляется рядовым на правах вольноопределяющегося в лейб-гвардии гусарский полк 2-й кавалерийской дивизии.

После пятнадцати месяцев службы Булатович получил первый офицерский чин – корнета (на пять классов ниже, чем ему полагалось после лицея на гражданской службе!). Ещё через год он был командирован в фехтовальную команду, а затем вернулся в полк инструктором фехтования и в декабре 1894 года был