Антон Чехов - Полина Ребенина Страница 63

Вам. Ждите». Свой «подарок», то есть пьесу, Чехов послал Суворину на следующий день и сообщил при этом: «Сочинил я его в один присест, спешил, а потому вышел он у меня дешевле дешевого. За то, что я воспользовался Вашим заглавием, подавайте в суд. Не показывайте его никому, а прочитавши, бросьте в камин. Можете бросить и не читая».

Чеховская «Татьяна Репина» – это одноактная пьеса, действие которой разворачивается в церкви, где венчаются Сабинин и Оленина. Во время богослужения, совершаемого отцом Иваном, присутствующие, не слишком обращая внимания на ход службы, разговаривают о самых разных вещах. Жених жалуется шаферу, что венец давит ему голову, шафер оправдывается. Одни судачат о губернаторе и его «пассии», другие о том, что невеста «привычная», так как проходит через этот обряд уже второй раз, а ещё – что после самоубийства Репиной «все барыни заразились и помешались на том, что они оскорблены» и что из-за этого «вот уже четвёртая отравляется».

Внезапно в храме появляется дама в чёрном, которую Сабинин сначала принимает за Репину. Но это оказывается не сама Татьяна Петровна, а её последовательница, которая по завершении службы тоже принимает яд. В финале пьесы церковный сторож Кузьма говорит: «Каждый день венчаем, крестим и хороним, а всё никакого толку… Всё это зря. И поют, и кадят, и читают, а Бог всё не слышит. Сорок лет тут служу, а ни разу не случалось, чтоб Бог слышал… Уж где тот и Бог, не знаю… Сегодня в обед хоронили барина, сейчас венчали, завтра утром крестить будем. И конца не видать. А кому это нужно? Никому… Так, зря».

На последней странице рукописи Чехов приписал: «А всё остальное предоставляю фантазии А. С. Суворина».

Получив рукопись пьесы, Суворин отпечатал с нее в своей типографии только 3 экземпляра малого формата. В начале мая 1889 года он послал Чехову сначала корректурный оттиск, а затем готовый отпечатанный экземпляр. Чехов ответил ему 14 мая 1889 года и высказал по этому поводу несколько замечаний: «Бумага очень хорошая. Фамилию свою я в корректуре зачеркнул, и мне непонятно, как это она уцелела. Зачеркнул, т. е. исправил, я и многие опечатки, которые то же уцелели, впрочем, все это вздор. Для большей иллюзии следовало бы напечатать на обложке не Петербург, a Leipzig».

Из всего тиража «Татьяны Репиной» только судьба чеховского экземпляра не вызывает сомнений: он по сию пору хранится в коллекции ялтинского дома-музея писателя. В том же 1889 году Чехов откровенно пишет о своей работе и одинокой жизни Суворину: «…Если же из моей работы не выходит по две повести в месяц, или 10 тысяч годового дохода, то виновата не лень, а мои психо-органические свойства: для медицины я недостаточно люблю деньги, а для литературы во мне не хватает страсти и, стало быть, таланта. Во мне огонь горит ровно и вяло, без вспышек и треска, оттого-то не случается, чтобы я за одну ночь написал бы сразу листа три-четыре или, увлекшись работой, помешал бы себе лечь в постель, когда хочется спать, не совершаю я поэтому ни выдающихся глупостей, ни заметных умностей. Я боюсь, что в этом отношении я очень похож на Гончарова, которого я не люблю и который выше меня талантом на десять голов. Страсти мало и прибавьте к этому и такого рода психопатию: ни с того ни с сего вот уже два года я разлюбил видеть свои произведения в печати, равнодушен к рецензиям, к разговорам о литературе, к сплетням, к успехам, неуспехам, к большому гонорару – одним словом, стал дурак дураком. В душе какой-то застой. Объясняю это застоем в своей личной жизни».

33. Лидия Авилова

Однако если и был у Чехова какой-то застой в личной жизни, то, по-видимому, лишь кратковременный и со стороны незаметный. В январе 1889 года в Петербурге познакомился Чехов с писательницей и прекрасной дамой Лидией Авиловой. По отзывам современников, был Чехов красив, талантлив и нравился женщинам. Изучая жизнь Чехова, сталкиваешься по меньшей мере с двумя длительными его привязанностями – это к Лидии Авиловой и Лике Мизиновой. Ну а в конце жизни, само собой, к актрисе Ольге Книппер.

Вот что писал Иван Бунин в годы эмиграции: «До сих пор многие думают, что Чехов никогда не испытал большого чувства. Так думал когда-то и я. Теперь же я твердо скажу: испытал! Испытал к Лидии Алексеевне Авиловой». Лидия Авилова – это та самая прелестная женщина, которая когда-то отправила Чехову послание: «Если тебе нужна моя жизнь, то приди и возьми ее». Ну и Лика Мизинова – красавица, настоящая «Царевна Лебедь», талантливая, любящая женщина, которая Антону Павловичу тоже определенно нравилась. Ее судьба легла в основу сюжета знаменитой «Чайки».

Воспоминания Авиловой, опубликованные в 1910 году, произвели эффект внезапно разорвавшейся бомбы. И. Бунин писал: «Сегодня Зуров принес мне книгу „Чехов в воспоминаниях современников“ со словами: „Прочтите прежде всего „Чехов в моей жизни“ Авиловой, я ничего лучше не читал из женских воспоминаний, – необыкновенно талантливо, живо написано, с внутренней правдивостью, с исключительной деликатностью“. Многие в те времена ничего не знали о ее любви к Антону Павловичу, хотя этот роман длился почти 10 лет. Она бережно охраняла свои чувства ото всех так же, как оберегал их и Антон Павлович Чехов».

Лидия Авилова. Фото конца XIX в.

Бунин опубликовал отрывки из ее воспоминаний, которые мы здесь приводим. Он лично знал Авилову и отзывался о ее облике так: «Авилова (в девичестве Страхова, родная сестра толстовца) была как раз одна из тех, что так любил Чехов, употреблявший для них слово „Роскошная женщина“. Таких обычно называют: „русскими красавицами“, „кровь с молоком“… Чаще всего относят таких женщин к купеческой красоте. Но у Авиловой не было ничего купеческого: был высокий рост, прекрасная женственность, сложение, прекрасная русая коса, но все прочее никак не купеческое, а породистое, барское. Я знал ее еще в молодости (хотя уже и тогда было у нее трое детей) и всегда восхищался ею…»

Первая встреча Авиловой с Чеховым произошла 24 января 1889 года. Вот выдержки из воспоминания Л. А. Авиловой о знакомстве с А. П. Чеховым: «…Я получила записочку от сестры. „Приходи сейчас же, непременно, у нас Чехов“. Сестра была замужем за редактором-издателем очень распространенной газеты „Петербургская газета“. Она была много старше меня… У нее бывали многие знаменитости: артисты, художники, певцы, поэты, писатели. Я была замужем за только что окончившим студентом, занимавшим теперь должность младшего делопроизводителя Департамента народного просвещения.