По дороге в Рай - Джордж Пусеп Страница 60

В доме у родителей Артура царила тишина, как будто кто-то умер. Мать Артура принялась накрывать на стол. Все молча сели. Гога сидел рядом с Артуром, когда она подошла, наклонилась и шепнула:

— У меня сегодня весь день дергается левое веко. Это значит, все будет хорошо. Примета такая, — добавила она и перекрестилась. — Дай боже!

Чем яснее становилась картина произошедшего, тем сильнее на Гогу стала накатывать волна тяжелых чувств, обычно заканчивающаяся депрессией. «Как все это некстати! — с тяжелым сердцем думал Гога. — Да еще и страну покидать надо, где так долго мучился и трудился!» Одна лишь мысль о том, как закончили Божо и Грицкевичи, вызывала содрогание. «Напрямую лететь нельзя! Подумают, что убегаю. Значит, надо как-то по-другому. Еще и визу нужно получить. Но лучше не здесь. Сначала полечу в Прагу к Игорю и Тане. Оттуда — в Вену, для отвода глаз. Как раз там и денег возьму. Потом в Амстердам — для оформления визы. Буду петлять, как косой, чтобы замести следы. Кто их знает? Может быть, следят? Ты же о прослушке тоже ничего не знал. А у этих возможности по всему миру».

В Праге Гога провел пару недель. Таня подарила ему небольшой молитвенник. Теперь это было единственное, что еще как-то поддерживало веру. Веру в то, что все обойдется и будет хорошо.

Амстердам

Амстердам 1998 года произвел на Гогу удручающее впечатление. Со своими хиппи, проститутками и наркоманами этот город только усиливал и без того ужасное состояние. Жизнь в один миг перевернулась вверх тормашками. Теперь надо было думать, что делать в России. Чем заниматься? Как зарабатывать на жизнь? Станут ли искать? Что будет с детьми, если это, не дай боже, случится? «Успокойся! Это просто приступ паники. Ничего страшного не произошло. Остался бизнес, который приносит стабильный доход и за которым следит Тигран. А он человек порядочный», — уговаривал себя Гога.

С Тиграном Гогу познакомил Артур, когда они начали работать с аппаратурой против боли. Это был образованный, уравновешенный и очень умный человек. Сам врач, из респектабельной армянской семьи потомственных врачей и профессоров. Он отличался интеллигентностью, умением себя вести и, главное, порядочностью. Потомственные лавочники его недолюбливали, завидовали и считали выскочкой. Артур, хоть и строил из себя друга, тоже не жаловал коллегу.

— Интэлигэнт хуев…

Артура вообще больше тянуло к бандитам и к оружию, целый арсенал которого хранился у него дома.

В Амстердаме Гога снял номер в самой захудалой гостинице в центре города и целыми днями спал. Вставал только для того, чтобы поесть, сходить в туалет и снова в постель. Проснувшись, он начинал думать. Но ничего толкового в голову не приходило. Становилось только тяжелее на душе, и он вновь заваливался спать.

Через десять дней Гога получил визу, взял билет и отправился в Москву. Деньги, которые он так бережно откладывал, теперь оказались как никогда кстати. «Как в воду глядел, — думал Гога. — Конечно, есть Тигран и бизнес… но надолго ли?»

Еще в начале их сотрудничества Кира интересовалась:

— Почему ты не откроешь бизнес с Тиграном?! А то все кормите этого Артура! А он и знать не знает, что у вас там происходит. Только деньги гребет! Хорошо устроился!

— Ты серьезно? — удивился Гога.

— А что? Никто ничего не узнает! Что ты из себя все время честного строишь?! Он с тобой делится доходами от лабораторий?! Нет! Так почему ты должен с ним делиться?!

— Ну, ты даешь… — ухмыльнулся Гога. — Во-первых, я к его лабораториям не имею никакого отношения. Во-вторых, еще как узнает. А в-третьих, даже если бы и не узнал, Кирочка… Я так не привык. У нас все по-честному.

— Ну и дурак! У него этих бизнесов как грязи! Посмотри, как они жируют! «Роллс-Ройс»! «Рендж Ровер»! А у Эллочки теперь еще и красный спортивный мерседес! Ха!

— Хорошо, Кира. С тобой все ясно. Давай закроем эту тему.

Гога вдруг понял — Кира на полном серьезе думает, будто в ее предложении нет ничего зазорного, и искренне верит, что все можно провернуть втихую. «Ну и птичка… Вообще мозгов нет!»

Будучи в Москве, Гога, конечно, очень рассчитывал на Артура. Он наверняка позаботится об их общем деле. Ведь для Гоги теперь это был единственный источник дохода. «Да, у него сейчас ситуация — не позавидуешь. И забот по горло. Но ведь не я же хапнул миллионы! И то, что мне пришлось убраться из страны с семьей и вся моя жизнь встала с ног на голову… тоже, по большому счету, не моих рук дело. Ведь федералы не за нами гонялись. На нас никто и внимания не обращал. А получилось, что мы попали под раздачу. Помимо того, когда все было нормально, я же следил за его интересами. Каждый месяц его долю передавал. Точь-в-точь. Тютелька в тютельку. Он даже не знал, за что и сколько. Или он считает, я свалил из Америки только из-за себя, спасал свою шкуру?! А то, что Кирочка под прессингом могла наговорить — мало не покажется, в голову не приходило?! Ладно, посмотрим».

Дачница

От покойного мужа Кира унаследовала два земельных участка. Гога к этому не хотел иметь никакого отношения. «Ее прошлое, пусть сама и занимается».

— Жора, я хочу продать участки, — как-то во время завтрака заявила Кира. — Не хочу никаких воспоминаний.

Гога пожал плечами.

— Как хочешь — твои участки! Только не делай глупостей. Сейчас особой нужды в деньгах нет. Подумай и потом уже решай.

Участки располагались в охраняемых поселках. Один по Дмитровке, в двадцати километрах от МКАД, другой — в сорока. Оба по тринадцать соток. Гога с его американским опытом понимал — пройдет немного времени, и эта земля станет золотой. Поэтому продавать ее сейчас, да еще и по таким бросовым ценам, было глупо.

— Мне предлагают пять тысяч долларов. За каждый! — торжественно заявила Кира, бросив на него деловитый взгляд «бизнес-леди».

Гога приподнял брови.

— Пять тысяч? Кира, мы получаем десять тысяч каждый месяц! А иногда и больше. Что для тебя сейчас значат эти десять тысяч?

— Это будут мои собственные деньги. Я хочу иметь что-то свое. Эти участки напоминают мне о прошлом. Хочу начать все с чистого листа.

— Делай как хочешь. Но, по-моему, это глупо. Они же кушать не просят.

Гоге все-таки удалось убедить Киру не продавать один участок, что по