Картинки дипломатической жизни. Воспоминания сотрудника миссии Российской империи в Вашингтоне, Брюсселе и Лондоне - Петр Сергеевич Боткин Страница 40

Суд истории – суд Божий. От него не уйдешь, как ни вертись. Правда в конце концов выйдет наружу.

Коснувшись в этом беглом очерке самой черной страницы истории наших дней, приходится, с болью в сердце, признать, что весь мир выказал невероятное равнодушие к судьбе Российской царской семьи.

Благоприятные моменты для спасения, несомненно, были, но никто ими не воспользовался. Теперь это виднее, нежели в то время, но все же ничто не извиняет тех, кто могли и должны были озаботиться о безопасности государя и ничего, в самом деле, не сделали.

Прежде всего, Временному правительству не следовало держать царскую семью под арестом в непосредственной близости к Петербургу, этому центру созданной им революции.

Во-вторых, союзные правительства в самые первые дни царскосельского пленения легко могли настоять перед Временным правительством на переезде царского семейства в одно из ближайших нейтральных государств – Швецию, Норвегию или Данию – для дальнейшего следования в одну из союзных стран, согласно желанию государя.

Даже когда Керенский, под предлогом безопасности, задумал переезд в Тобольск – и тогда можно было спасти государя, изменив в пути маршрут царского поезда и направив его на Мурманск.

Ничего, ничего подобного не было сделано. Месяцы проходили за месяцами, между тем как там, в далекой Сибири, государь был брошен на произвол судьбы. Союзные правительства оставались глухи ко всем призывам, к ним обращенным. Перед нами пачка писем к государственным деятелям по этому предмету, на которые даже не последовало ответа. Все были поглощены тогда своими делами и предпочли закрыть глаза на медленную героическую смерть того, кому больше всего были обязаны счастливым исходом войны.