И жизнь, и слёзы, и любовь дома Рюрика - Юрий Николаевич Лубченков Страница 4

Крещение князя Владимира. Художник В.М. Васнецов

К этому времени уже было явственно заметно, что католическое римское христианство было для Руси по идеологическим и психологическим мотивам дальше, нежели православие.

Католицизм был менее озабочен поисками внутреннего единства, более сосредотачиваясь на делах политических. Недаром православные первосвященники никогда не претендовали на светскую власть, в отличие от римских пап, видящих в этом одну из своих главных задач на протяжении многих веков. Для православия соединяющей силой земного и небесного порядков была власть светского владыки, для католичества – духовного. Своеобразие бытия древних славян не предусматривало иного вождя, кроме государя-полководца, объединяющего усилия общинников.

В этом же контексте, возможно, стоит рассматривать и признание непогрешимости папы в делах веры в католицизме, и большая внутренняя свобода православия, выражавшая свое учение не посредством посланий одного человека – папы – но вселенских соборов, на которых право голоса, хоть и совещательного, имели и низшие церковные чины, и миряне. Вечевая общинная традиция далеких эпох военной демократии могла найти здесь большее воплощение для славян, привыкших многие самые важные вопросы жизни решать сообща.

Именно православие, принятое Русью, через поколения и поколения придает своеобразие тем чертам русского характера, изначально сформированного природой и географическими особенностями жизни, который ныне легко отличают во всем мире.

Именно этот характер позволит Руси, задавленной на долгие века чужеземным игом, все же встать в полный рост, поднять свои города и пашни из пепла и в считаные века на глазах неприятно удивленной Европы и иных государств создать великую империю…

Упоминавшиеся ранее 790, 842, 860 годы, как годы крещения отдельных русских князей, кроме того – и прежде всего – годы-этапы активизации восточнославянских племен, их попытка и стремление посмотреть мир и себя показать. Кроме этих дат-вех, скупые строки различных летописей зафиксировали еще несколько дат: в 813 году славяне осуществляют поход на остров Эгину в Эгейском море, а в 839 году посольство восточных славян прибывает к императору Византии в Константинополь и германскому императору в Ингельгейм. Кроме войн и дипломатии способом общения с миром всегда была торговля – к началу IX века купцы из славянских земель наведывались не только в Константинополь, но и в земли хазар, и в Багдад, и в Раффельштедт: Европа и Азия были им равно доступны, интересны и нужны.

Здесь стоит отметить, что и на Западе, и на Востоке знали славян как народ «росов», «русов», а тем не менее такого племени среди славян нет. В IX–X веках в верховьях Днепра, Волги и Западной Двины живет племя кривичей (часть которых, поселившись по течению реки Полоты, стала называться полочанами). На озере Ильмень и на Волхове живут славяне, между Припятью и Березиной – дреговичи, между Сожью и Ипутью – родимичи; по Десне, Сейму и Суле – северяне, по Оке, начиная от ее верховья, – вятичи (именно здесь, на земле вятичей, спустя десятилетия возникнет сначала поселение, а затем и город Москва, по обеим берегам Днепра, в среднем его течении – поляне, по течению Тетерева и Ужа – древляне. Рядом жили их соседи, тоже славяне: на Волыни – дулебы (волыняне, или бужане), по склонам Карпатских гор – хорваты, а уличи и тиверцы – от Побужья и низовьев Днепра до устья Дуная.

Все же источники недвусмысленно указывают на восточнославянских «русов» применительно к данным событиям. Правда, есть и еще масса упоминаний о каких-то других «русах», живущих в Европе – на Балтике, в Прикарпатье, Приазовье, Прикаспии, в Подунавье и в некоторых других местах, но везде тех, где некогда жили древние славяне, еще с древних времен выбравшие красный цвет в качестве боевого. Недаром «русый» первоначально означал багряный, т. е. красный; красные щиты отмечают у славянских воинов все неприятели, а все названия Руси, упоминаемые в западноевропейских хрониках, объясняются из разных языков, но означают одно и то же – «красный», «рыжий».

Стоит также отметить, что когда древнерусский летописец в скором времени поведет рассказ о создании государства Киевская Русь, то там будет идти речь о слиянии двух главных политических центров восточных славян. В Новгороде во главе этого процесса будут стоять приглашенные с берегов Южной Балтики, с тех земель, откуда некогда часть славян ушла к Ильменю, варяги, в Киеве – поляне. И тех и других летописец называет наряду с собственным племенем еще и «русью». И только их.

Славяне на Днепре. Художник Н.К. Рерих

В этом контексте может быть интересно и отметить, что поляне – это предки тех славян, что долгое время жили под властью скифов и в дальнейшем принимали одними из первых все удары Степи. А приглашенные варяги жили на западе, среди все более усиливающихся чуждых им по происхождению племен. Не является ли в этом случае понятие «рус» самоназванием славянских племен, живущих среди чужих языков и народов, – для большего противопоставления себя всем окружающим и для большего подчеркивания своих корней? Изначальным обозначением понятий «мы», «люди», не особенно нужным тем, кто проживал в родственном окружении? Действительно, какой смысл каждый день называть себя русским русскому же соседу – он и так это знает, он сам такой, а вот географическая привязка (современные – москвич, костромич, туляк) нужна ему в повседневной жизни больше – так и в названиях восточнославянских племен больше привязок к местности, чем объяснений происхождения. А вот если ты попал куда-нибудь в Африку – там ты уже не подольчанин, но русский. Может быть, это объясняет схождение термина «рус» из совершенно двух различных географических пунктов, разделенных тысячами километров – с Южной Балтики и Среднего Поднепровья?

К этому времени, к моменту образования единого государства Киевская Русь, восточные славяне прошли большой и сложный путь в своем развитии – некогда свободные охотники стали оседлыми земледельцами, среди которых в результате ума, воли, энергии, храбрости, силы, удачи выделился правящий слой – прежде всего вожди родов и племен и их ближайшее военное окружение. В их руках сосредоточились основная власть и основные богатства общины территориальной, ибо почти постоянно вынужденные искать спасения от степняков славяне периодически уходили с плодородных, но опасных земель в более глухие, лесистые, но безопасные места и там смешивались с местным населением, потом – иногда – возвращались на старые земли, и здесь происходило новое смешение (то, что к этому времени у славян преобладает территориальная, а не кровнородственная община,