Между вызовом и тишиной. Что происходит с теми, кто вызывает скорую, и с теми, кто к ним мчится - Дмитрий Болтунов Страница 34

Но тут мы уперлись в стену: мужчина наотрез отказался ехать в больницу. Он мотал головой, с трудом выговаривая:

– Не-е хочу! Меня ж выкинут оттуда!

– Но вам надо! – уговаривала врач, присев рядом. – Иначе останетесь без пальцев! Понимаете?

Мужчина лишь отмахнулся своей скрюченной рукой.

– Долго вы просидели на лавочке? – спросила доктор, стараясь говорить спокойно.

Мужчина задумался, его взгляд был мутным.

– Не знаю… – пробурчал он. – Который час?

– Полдень, – ответила врач, уже заполняя направление.

Мужчина поморщился.

– Ну… часа три. Не меньше.

Пока они говорили, я делал свое: ЭКГ, глюкоза, катетер, сухие повязки на уши, нос, пальцы… Когда я закончил, мужчина, кряхтя и ругаясь сквозь зубы, все же согласился доехать до больницы. Дальше – хирурги.

Но медицина свято чтит закон парных случаев. Ничто не предвещало беды, когда в половине двенадцатого ночи пришел вызов: «боль в конечностях». Учитывая, что зима, а лед и снег – все еще экзотика для россиян, такой повод в топе. Но меня смутила фамилия пациента. Уж больно знакомая. И инициалы.

– Удивительное совпадение, – пробормотал я, уже почти зная, кого увижу.

И точно. Тот же мужчина. Дома. Разумеется, когда все оттаяло, начались адские боли. Ожидаемо. Как и то, что на руках и лице вздулись огромные пузыри, налитые желто-бурой жижей. Ну все, это конец.

– Почему вы дома, а не в больнице? – спросила врач, сдерживая вздох.

Вопрос был риторическим.

– Ну так… я это… Вы уехали, а я… потихоньку ушел. Чего там торчать-то? – он говорил сквозь стиснутые зубы, держась за запястья.

Мы с доктором переглянулись и синхронно, тяжело выдохнули. На этот раз потребуется что-то очень серьезное. Придется списывать сильнодействующие препараты.

– Что ж, снова едем в больницу, – констатировала врач, доставая шприц.

Мужчина лишь кивнул, лицо исказила гримаса боли.

– А что… с пальцами? – Он осторожно коснулся огромного пузыря на носу.

– И… с носом?

Врач промолчала, сосредоточенно набирая лекарство. А мне дико захотелось наорать на него. Хотя толку – ноль.

– Вам хирург все расскажет, – ровно ответила доктор, поднося иглу к катетеру. В ее усталом голосе не было ни надежды, ни осуждения. Только констатация факта.

Глава 17

Свадьба

Смена не задалась с самого утра. Даже, наверно, с того, что началась в восемь, а не как обычно – в девять. Очень ранний подъем в половине пятого, чтобы успеть на первый поезд метро, иначе – опоздание. Хуже было то, что спать лег в два ночи – у моих спортсменов тренировка закончилась почти в полночь. Пока доехать, прийти в себя, поесть… и, в принципе, уже можно не ложиться. Как назло, я еще и один оказался: мой напарник заболел. Восхитительно. Радовало только, что утром не надо было оставаться на конференцию.

Поступавшие вызовы тоже как-то не добавляли радости – все сплошь беременные. Буквально только что сдал в приемном покое девушку двадцати лет на десятой неделе беременности с угрозой прерывания. Четвертую из семи выполненных вызовов.

– Знают же, что я не люблю все, что связано с беременными и гинекологией, – ворчал я, недовольно забивая в планшет информацию, – лучше бы ДТП какое дали…

Водитель, сидевший рядом, усмехнулся:

– Че ты ворчишь? Работа не пыльная – приехал, забрал, уехал. Вот и все… Эх, молодежь.

Я оторвался от планшета и удивленно посмотрел на него.

– Тут дело не в сложности, а в том, что я просто это не люблю. Тот только пожал плечами и загрузил какую-то передачу в соцсети. Там опять говорили о политике, я вновь погрузился в планшет. Но ненадолго – в кармане зазвонил служебный телефон. Я полез в карман, планшет начал падать на пол, я попытался его поймать, но сделал только хуже – с торпеды тут же рассыпались листы карт вызовов.

– Да чтоб тебя! Да? – снял я трубку, собирая одной рукой бумагу.

– Тебе еще долго? – отозвался диспетчер.

– Нет, я заканчиваю, – было крайне неудобно уползти почти под приборную панель и говорить по телефону.

– У тебя все хорошо? – подозрительно спросил диспетчер.

– Да, – выдохнул я, – бумага рассыпалась.

– А, тогда закрывайся и поедешь на свадьбу, – удовлетворенно сообщил он.

– А что случилось?

– Что-то непонятное. Сестра невесты внезапно побелела, покрылась потом и потеряла сознание.

Подсознательно я даже обрадовался. Наконец-то что-то стоящее. Да, медики радуются тому, чему обычно принято сочувствовать. Рукой нашарил планшет и попытался выбраться обратно.

– Кидаю?

– А у меня есть выбор? – угрюмо ответил я. Такое описание ничего хорошего не предвещало. Еще и на свадьбе, где наверняка будет очень много народа.

– Нет, – невозмутимо ответил диспетчер, – тогда лови.

Планшет возмущенно заорал.

– Эй, я еще вызов даже не закрыл! – возмутился я, слушая короткие гудки. – Блин. Что там могло случиться?

Заткнув гаджет, я быстро закрыл недописанную карту и открыл новую. И присвистнул. Адрес указывал на огромный отель «Палас» в М. Значит, людей там не просто много, а очень много. Еще меньше мне понравилось, что пострадала сестра невесты. Свадьба была безнадежно испорчена, и, скорее всего, меня в качестве развлечения возьмут в осаду все, кто там есть.

– Погнали.

– Куда ехать, шеф? – усмехнулся водитель, заводя машину.

– Отель «Палас».

Водитель тоже присвистнул.

– Ты же бывший артист? – лукаво улыбаясь, спросил он, трогая машину и с сиреной выезжая с территории больницы. Я кивнул. – Ну, вспомнишь былое.

Я промолчал.

Доехали мы очень быстро – меньше, чем за пять минут. Нас действительно встречала толпа. Невеста в пышном белом платье бросалась в глаза. Рядом с ней стоял крупный мужчина в костюме-тройке, по всей видимости, жених, поддерживая худую девушку в ярко-красном платье мини. Волосы закрывали ей лицо, и мне не понравилось, что они были мокрыми. Оставалось надеяться, что ей какой-то доброхот плеснул в лицо, когда она потеряла сознание.

Когда мы медленно подъехали, толпа расступилась. Я выскочил из кабины под гомон людей, кричавших о чем-то наперебой, с грохотом открыл боковую дверь и помог уложить пострадавшую на носилки. Увы, мокрые волосы были отнюдь не из-за воды в кувшине. Девушка была белая, как мел, а со лба стекал пот.

– Что с ней?! – Дверь снова с грохотом открылась, а машина дернулась. Кто-то приложил все силы, для протискивания внутрь.

– Вы ей кто?

– Отец.

– Хорошо, закройте дверь.

Мужчина, которому на вид было около шестидесяти, захлопнул дверь. Машина снова дернулась. «Кажется, водитель – Кирилл? – сделает мне выговор», – отстраненно подумал я, быстро накладывая манжету тонометра на руку пациентки.

– Что случилось? – спросил я, втыкая оливы фонендоскопа в уши и накачивая грушу. Мужчина молчал. – Ну?

– Так вы…

– Говорите! Быстро!

– В общем, – приободрился он, –