О музыке. Лекции и интервью - Карлхайнц Штокхаузен Страница 33

каждой группы. На каждой ветви есть центр с двумя подгруппами по краям, и каждая подгруппа, в свою очередь, представляет собой центр с двумя подгруппами. Подобно мобилям Александра Колдера, здесь существует множество возможностей комбинации музыкальных моментов, которые можно зафиксировать для конкретного исполнения или серии исполнений.

Наконец, существует четыре I-момента: I(m) с M-характеристиками, I(d) и I(k), а также чистый I-момент. I означает неформальный (Informal) или неопределенный момент: размытый, статичный, без направления; такие моменты на самом деле самые длинные в сочинении, и они служат для нейтрализации трех главных категорий. I(m) и I(k) могут меняться местами, но I(d) всегда находится между ними; а чистый I-момент всегда находится в самом конце и никогда не меняет своего положения.

Перейдем к материалу. Во всех М-моментах соло сопрано доминирует как самый линейный звуковой элемент всей композиции, который сопровождается медными духовыми инструментами – четырьмя трубами и четырьмя тромбонами (8). Когда слышно сопрано соло, особенно значимой становится разговорная речь и всё, что имеет к ней отношение. Из всего сказанного про гетерофонию должно быть ясно, что здесь также подчеркивается хаотичность в определенных пределах: времени, распределения элементов, звуковысотности, тембров, длительности. Хаотичность является специфической характеристикой М-моментов; отсюда следует, что центральный, чистый М-момент становится тем моментом, элементы которого распределены предельно хаотично.

В К-моментах ведущую роль играет большой хор мужских голосов, и чистый К-момент представлен исключительно мужскими голосами. Характерными инструментами являются ударные: различные группы металлофонов, большой тамтам, цимбалы – также вибрафон, металлический ударный инструмент с фиксированной звуковысотностью. Также используются кожаные инструменты, высота звука которых варьируется от приблизительного до определенного, куда входит открытый мной специальный барабан в форме фасолины, который позволяет делать глиссандо и гамму из звуков фиксированной высоты. Всё это дополняется ударными инструментами, которые производят согласные звуки, вроде шшш, ссс, ррр и так далее. Шепот, шумы, напоминающие глухие согласные, такие как звуки трубчатых погремушек (картонных или пластиковых с дробью), или звук шаркающих ног хористов по помосту – всё, что имеет шумовой характер определенного диапазона: фссс или ффф. В любой момент, когда производится такой звук, вы понимаете, что это влияние К-моментов, тогда как любая речь – от нормальной до самой искусственной – может быть идентифицирована как М-момент (9).

Третья группа, D-моменты, характеризуется в основном женскими голосами. Они должны быть чистыми и высокими, чтобы мелодические линии полифонии можно было лучше различить в верхних регистрах. Также и электрический орган, который позволяет точно отмерить длительности до самого их окончания, без потери качества звука, и снять их резко и чисто. В определенных пределах здесь также участвуют медные духовые инструменты и голоса. Иными словами, пение – это отличительная черта D-моментов. Так из разных компонентов составляется комбинация: момент D(m) состоит, скажем, из пения с небольшим добавлением шепота, или смеха, или вздохов, или любого другого элемента, проистекающего из М. Но эти вмешательства всегда строго дозированы (10).

К каждому моменту прилагается некоторое число нотных листов меньшего формата, имеющих те же самые буквенные обозначения и номера. Это так называемые вставки, и каждая вставка обладает характерным фрагментом самого момента. Когда моменты составлены в определенном порядке, существуют инструкции и стрелки, указывающие на места вставок. Стрелка, указывающая на следующий момент в выбранной последовательности (в любой выбранной последовательности), означает, что надо взять вставку из исполняемого момента и поместить ее в контекст следующего момента. В партитуре есть пробелы специально для вставок из предыдущего или следующего момента, и вставленная музыка перенимает отдельные характеристики длительности, темпа и динамической кривизны того момента, в который она вставляется. На одном полюсе находятся моменты, которые ничего не берут и ничего не дают: они нейтральны и самодостаточны. На другом – моменты, которые вбирают в себя многое из непосредственного окружения и также многое отдают. Между этими крайностями существует множество степеней взаимосвязанности, которые я точно определил.

К-моменты всегда активные. Они влияют на другие, но сами не испытывают влияния. Самый сильный момент – тот, который меньше всех берет и отдает, а самый слабый – тот, который опознается труднее всего, потому что у него очень много общего с предыдущим и последующими моментами. Впрочем, это применимо к чему угодно – даже к людям. Те, кто переполнен воспоминаниями и надеждами, практически не существуют как личности, как и те, кто находится под влиянием окружающих до такой степени, что их невозможно отличить в толпе. А тот, кто ничего не берет или кому ничего не нужно, но при этом он влияет на окружающих, – очень силен.

Всё сказанное о внутренней структуре «Моментов» приложимо и к выбору материала. Когда я занимался планированием, то имел в виду конкретный материал. Я предполагал минимум исполнителей. В первую очередь мне нужен был хор, потому что я хотел интегрировать все аспекты языка; солирующий голос и группа голосов. Мне нужны были инструменты: я думал использовать гобой, например, в сочетании с трубами и другими инструментами, но забыл о об этом по мере сочинения. На самом деле, чем глубже я погружался в формирование момента, тем меньше материала мне требовалось, я находил куда более интересным тщательно рассчитывать, как много и как мало общего будут иметь между собой моменты (11).

Нотация также отражает внутренние связи. Какую нотацию выбрать для предельно детерминированного D-момента, где выделена полифоническая структура, синкопы и так далее? Разумеется, в большинстве случаев я применял классическую нотацию. А в моментах с обширной М-компонентой статистической хаотичности я применил графическую нотацию из полей, внутри которых элементы были распределены более или менее свободно, с более неопределенной звуковысотностью. Для хора я просто отметил линии, обозначающие самые высокие и самые низкие звуки диапазона, и обозначил внутри подъемы и спуски: получилась относительная нотация звуковысотности. Такой же принцип я применил и ко времени: для барабанщика я нарисовал прямоугольник определенной длины и сигнал от дирижера – число 7, которое означало, что в течение этого временного диапазона исполнитель может сделать семь ударов по барабану – любому барабану. Или к голосам: я дал им семь ничего не значащих слогов: «Ох!», или «Пюю!», или «Хой!», или «Ах!». И каждый мужчина-певец в группе выбирал на свое усмотрение определенное число этих слогов, которые он использовал в качестве комментариев в те секунды, когда пела сопрано. Это вело к контролируемой случайности распределения этих слогов во времени и таким образом – к порядку. Мужчины-певцы слушали и смотрели на сопрано и произносили: «Ох-хххх!», или «Вау!», или «О-ля-ля!» – из списка, указанного в нотах.

Один из вариантов начала «Моментов» – это I(m) – момент, неформальный, неопределенный момент с М-характеристиками. Я называю его «моментом аплодисментов». Обычно