Николай Японский - Дневники св. Николая Японского. Том ΙII Страница 307

Павел Мацумото, из Отару и Темия, на Эзо, прибыл, привез двух дочек в школу: одной двенадцатый год, другой девятый: дети здоровые и веселые. Послали их ночевать в «хатагоя», так как прибыли в восемь часов вечера, — в школу вести детей поздно, да и растрепаны с дороги; пусть отдохнут и приберутся. Павел Мацумото один из старых, почтенных катихизаторов; детей его воспитать Церковь должна. И будут воспитаны. Встретил их на станции и проводил в Миссию гвардеец, брат жены Павла (и стало быть сын Мацмайского «кароо», ныне служащего солдатом), по имени Яков, пять лет состоящий на службе в Токио и ни разу не бывший здесь в Церкви. Хорош!

Купил три куска шелковой материи для подарка о. Феодору Быстрову с отправляющимся завтра в Россию о. Андроником; стоят 64 ены 80 сен: один кусок — красноватого кохаку, 27 фут, 25 ен 70 сен, другой — донсу — стального цвета, с рисунком, 35 фут, на женское модное платье (портной в магазине, у Эцинго, размерял и сказал, что меньше нельзя), 31 ена 50 сен, третий — кайки — синеватого с отливом, 7 ен 60 сен.

28 ноября/10 декабря 1898. Суббота.

Литургию (обычную, с шести часов) служил о. Андроник. Потом в Крестовой Церкви о. архимандрит Сергий отслужил ему напутственный молебен. В девять часов он отправился из Миссии. Последним пожеланием моим ему было, «чтобы поскорее в России выздоровел и возвращался на службу сюда, или же прислал бы вместо себя человека столь же способного к миссионерству, как сам, плюс доброе здоровье». В самом деле, жаль очень человека; лучше его для миссийского служения до сих пор ни одного не было, не исключая и о. Анатолия. Но, знать, не воля Божия быть ему здесь. — До станции железной дороги здесь проводили его отцы Павел Сато и архимандрит Сергий, до судна на Иокохам–ском рейде о. архимандрит Сергий. В двенадцать часов судно снялось (тогда же снялось и то, на котором, под гром салютов, уходил в Америку Великий князь Кирилл Владимирович). В Кобе судно простоит три дня, которые о. Андроник употребит, чтобы попрощаться с Оосакской Церковью и побыть в Кёото. На пути он, быть может, заедет в Иерусалим. Почему я написал две карточки туда: одну высокопреосвященному Епи–фанию, Архиепископу Иорданскому, другую монахине Митрофании Богдановой.

В час Р. М. пришел любительский хор семинаристов; поют все лучше и лучше, — японские и русские гимны и песни. Советовал поддерживать в Семинарии сие дело — набирать певцов из новопоступающих. Ныне командует хором Никон Мацуда, бойкий мальчуган из старшего курса. Угощены чаем с «сенбей», как вчера просил присланный депутатом малыш–певец Пимен.

Павел Мацумото долго рассказывал о Церкви в Отару и Темия. Христиан до сотни, на молитву собирается не меньше тридцати, новые слушатели всегда есть; оба города, тянущиеся по берегу рейда без перерыва и составляющие в сущности один, все больше и больше растут: Саппоро, напротив, убывает. Будущность принадлежит первым. Земли там, даже в худших местах, по восемь ен цубо: значит, под Церковь землю купить нельзя: но нынешний наемный дом для Церкви очень удобен. — Христиане единодушны: ныне собрали между собой пожертвований шестьдесят пять ен на фисгармонию для обучения пению и гробный покров.

29 ноября/11 декабря 1898. Воскресенье.

За Литургией было несколько офицеров и матросов с «России». Когда я кончал давать крест после службы, один боцман подошел и подал коробку с словами: «Просят принять лепту с „России”»; оказалась великолепная, широкая, голубого цвета лента с оттиском парохода «России» на обоих концах, — для закладки в Евангелие. Это вследствие моих слов в кают–компании, когда на днях был на «России» и когда офицеры предложили ленту к букетику цветов, составленному для меня посланницей, что «такая лента годилась бы на закладку в Евангелие»; тогда офицеры дали две ленты для сего, узкие; ныне прислали даже уж слишком широкую. Вложена будет в готовимое ныне напрестольное японское Евангелие.

После Обедни был один гвардеец, родом из Сакуяма; всего десять дней, как принят на службу и спешит в Церковь: значительная разница с тем, что был третьего дня, — пять лет на службе и ни разу в Церкви! От домашнего воспитания, вероятно.

В четвертом часу был капитан «России», земляк Александр Михайлович Доможиров, проститься: послезавтра уходит в Нагасаки и оттуда в Порт–Артур. Человек — достойный уважения, не своекорыстный, а думающий о пользе другим от своей службы, желающий сделаться директором Морского корпуса, чтобы потрудиться над добрым направлением четырехсот юношей. Дай Бог ему, и дай Бог побольше таких!

30 ноября/12 декабря 1898. Понедельник.

После полдня была христианка из Мито, Елена, жена богатого торговца каменным углем, родом из Токио, Какегарачёо; пришла к отцу, семидесяти одного года, опасно больному. Она с мужем христиане; отец и мать ее язычники, и первый — заклятый буддист. Убеждал ее не дать умереть отцу в душевной слепоте и уйти в вечный мрак; дал христианских книг.

[Пропуск в оригинале]

6/18 декабря 1898. Воскресенье/

До Литургии было крещение нескольких. За Литургией приобщено человек восемьдесят, с детьми. После службы мы с архимандритом Сергием отправились в Посольство, где служили молебен по случаю тезоименитства нашего Государя и потом завтракали. Вернувшись, я побыл в три часа у больного старшины Церкви Канда Иоанна Айзава, человека достойного по своей религиозности. Потом о. Феодор Мидзуно, возвратившийся с посещения Церквей в Симооса, рассказал о состоянии Церквей: в местах, где нет катихизаторов, совсем плохо, как в Омигава, Чёоси: где живут катихизаторы идет дело порядочно, как в Котода, Оота, особенно в Суга; человек пятнадцать нашел приготовленных к крещению и крестил. Филипп Узава, имея до ста домов христиан в своей и соседних деревнях и школу с шестьюдесятью учениками, не может один управиться со всем. Просил Сократа Хираяма, у которого теперь совсем нет дела, помогать ему по школе; но Сократ, должно быть, потому что старше по летам и ученее по–китайски Филиппа, отказывается, а сам, получая семь ен от Миссии, не имеет в настоящее время ни одного слушателя (да и не может быть самостоятельным проповедником, как не кончивший курса в Катихизаторском училище).

После рассказа о. Феодора сейчас же я продиктовал письмо к Сократу, чтобы перешел из своей деревни в Суга, к Филиппу Узава и помогал ему по школе и проповеди, — Посетил о. Феодор и Павла Ниицума (бывшего иеромонаха) в Нанае; детей у него с Марьей уже трое; оба исповедались и приобщились: являют усердие, хотя пока на словах, о просвещении своих соседей христианством.