Борьба между Франциском I и Карлом V (1519-1547) - Анри Лемонье Страница 29

Политика Франциска I в Италии

Позднее Франциск I вновь создал себе в Италии маленькую клиентелу, взяв под покровительство маркиза Салуццо, притязания которого на Монферрат он поддержал, и князя Монако; у Франциска по-прежнему был гарнизон в Мирандоле; он набирал повсюду капитанов — одного из Орсини, Чезаре Фрегозо, Гвидо Рангоне; он завязывал отношения с генуэзскими изгнанниками; он даже заключил союз с Венецией, опять же обеспокоивший императора; он пытался найти общий язык с Павлом III, к которому послал кардинала Жана Дю Белле.

Последние попытки сохранить мир

Когда Карл V отправил к нему в качестве чрезвычайного посла графа Нассау, чтобы попытаться заключить соглашение (1534 г.), Франциск настоятельно потребовал Геную, Асти и Милан; в отношении Милана он соглашался дождаться смерти Сфорца, которая тогда не казалась столь уж близкой. «И все же сколько бы оный граф Нассау и посол императора ни говорили и ни убеждали от имени Его императорского Величества, дабы они (французы) поняли, что все, на чем настаивают и чего желают, невыполнимо, ибо противно Богу, чести, совести и справедливости, оный король Франции не хотел ни от чего отступать».

Смерть Сфорца в октябре 1535 г. дала повод для возобновления вооруженной борьбы.

VII. Национальные легионы

Ордонансы о тяжелой кавалерии

Предвидя близкую войну, Франциск I постоянно занимался реорганизацией армии. В отношении тяжелой кавалерии он только подтвердил ордонансы предшественников[54], посвященные почти исключительно дисциплине в войсках, проверкам личного состава и регулярной выплате жалованья во избежание какого-либо повода для бунта. Даже в период наибольших политических трудностей, перед 1530 г. и после него, военным платили достаточно регулярно. Это позволяют констатировать официальные документы[55].

Значение пехоты

Но на войне все активней использовали пехоту[56] как французскую, так и иностранную: швейцарцев, немцев, итальянцев. Поскольку поступить в роты тяжелой кавалерии становилось все сложнее, многие дворяне смирялись со службой в пехоте, где они имели преимущество — довольно быстро получали низшие воинские звания. Монлюк писал: «Я всегда хотел окунуться в среду пехотинцев». Действительно, послужив в ордонансной роте стрелком, он потом некоторое время носил значок пехотинца.

Иностранная пехота

Кстати, роль пехоты росла повсюду. Брантом, ссылаясь на испанского хрониста, утверждает, что Карл V говорил: «Судьбу моих войн решили фитили моих испанских аркебузиров». Гвиччардини писал, что в штурме или обороне крепостей испанский пехотинец, особенно кастилец, не уступает никому, и получил громкую славу.

Напротив, репутация швейцарской пехоты, нанимавшейся почти исключительно на французскую службу, ухудшилась. Швейцарцы оставались физически сильными, но они закоснели в старых традициях, продолжая сражаться врукопашную и мало пользуясь огнестрельным оружием. После поражения при Павии они обратили на себя внимание тем, что довольно скоро побежали с поля боя. Франциск I устал от их требований. Венецианский посол писал, что король не доверяет швейцарцам и недолюбливает их, считая недостаточно верными и недостаточно послушными на военной службе. И потом он опасался принимать их в свои войска в слишком большом количестве, потому что большинство из них восприняло идеи Реформации[57].

Ордонанс 1534 г.

Таким образом, воспроизводя и дополняя в ордонансе 1534 г. о наборе пехотинцев ордонанс, изданный Людовиком XII в 1509 г., Франциск всего лишь считался с ходом вещей.

Дю Белле пишет, что в 1534 г. война казалась королю совсем близкой, и добавляет: «Чтобы по первому же повелению под его начало могли стать воины, он вместе с членами Совета приказал в каждой провинции своего королевства, по примеру римлян, подготовить по легиону из шести тысяч пехотинцев». То же говорит Монлюк: «При первом слухе о войне король Франциск стал готовить легионеров, что было бы очень хорошим замыслом, будь он хорошо осуществлен».

Легионы

Ордонанс от 24 июля 1534 г. предписывал, чтобы в Нормандии, Бретани, Бургундии и Шампани, Пикардии, Дофине и Провансе, Лангедоке, Гиени было набрано семь пехотных легионов по шесть тысяч человек. Пусть каждый легион насчитывает шесть рот по тысяче человек, каждой из которых командует капитан, имея в подчинении двух лейтенантов, двух прапорщиков, десять сотников, шесть боевых сержантов [sergent de bataille]. Во главе шести капитанов должен стоять легионный полковник.

Обязанности легионеров

Солдатам и командирам (несомненно, кроме полковника) полагалось проживать в провинции, где легион набирался. Этой идее король и его Совет были настолько привержены (по меньшей мере в теории), что было решено: любой, кто перейдет из одного легиона в другой, подлежит «повешению и удавлению». Легионеры и капитаны должны были присягать «служить королю против всех и вся, безо всякого исключения, в любых местах и местностях, где оный государь сочтет это нужным». Они составляли не только военную, но и полицейскую силу, потому что их обязанностью было оказывать вооруженную поддержку при аресте преступников.

Привилегии легионеров

Чтобы привлекать людей в ряды легионеров, им предоставляли привилегии: для дворян[58] — освобождение от всякой службы, связанной с держанием ими фьефа, для простолюдинов — фактически освобождение от прямого налога, тальи (не более 20 су), а также жалованье: для капитанов в мирное время — 50 ливров в месяц, в военное — 100 ливров, для лейтенантов — 25 или 50 ливров, для простых легионеров — 7 ливров 10 су в военное время. Кроме того, придумали систему поощрения и стимуляции соревнования: «Оный государь желает и повелевает, чтобы, если какой-либо солдат выказал личное мужество, будь то в бою, при штурме крепости, при взятии города... В этом случае полковник или капитан, под началом которого он служит, подарил бы ему золотое кольцо (еще одна явная аналогия с римлянами), которое он будет носить на пальце в память о своем подвиге». Кроме того, военные звания в легионе были доступны для простых солдат, вплоть до звания капитана, присуждение которого влекло за собой для простолюдинов получение дворянства. В войне 1536 г. адмирал де Брион, «чтобы поощрять других, велел при всех вручать золотое кольцо» легионеру, который отличился.

Дисциплина в легионах

Чтобы обеспечить сохранение личного состава и поддержание порядка, были предприняты самые строгие меры. Смотр (проверка) каждого легиона должен был проводиться дважды в год, за подмены и за дезертирство полагались строжайшие кары. Легионеры должны были щадить женщин, детей. Богохульство, игры в карты и кости, ссоры, поединки, посещение лагеря девушками запрещались. К наказаниям (в те времена неизменно жестоким) относились обрезание ушей, протыкание языка, повешение и удушение.

Аркебузиры и пикинеры

Тактически легионеры делились на аркебузиров и на алебардщиков либо пикинеров, причем численность первых должна была составлять 12 000 против 42 000, и это наглядно говорит о прогрессе в использовании огнестрельного оружия. В состав защитного доспеха входили