Опасная профессия - Жорес Александрович Медведев Страница 140

с множеством гостей – часть обычного ритуала гостеприимства. Это вносит разнообразие и в жизнь студентов, замкнутых в академической среде. Без такого ритуала просто частный, дружеский визит иностранного гостя даже в знаменитые кампусы не имеет большого интереса, тем более для такого гостя, как я, не умеющего водить машину. Любые достопримечательности и развлекательные заведения вокруг кампусов, включая рестораны, клубы или кинотеатры, приспособлены главным образом для посещения их автомобилистами. Кинофильмы на большом экране можно смотреть, не выходя из машины. В США, как оказалось, были университеты и в городах, самым большим из них был в 1974 году Городской университет Нью-Йорка (The City University of New York). Они входили в систему бесплатного государственного высшего образования со свободным доступом. При поступлении в них не было конкурса и вступительных экзаменов. В таких университетах учились сотни тысяч студентов, половину из которых составляли афроамериканцы, латиноамериканцы, азиатские меньшинства и молодежь из развивающихся стран. В этих университетах научных центров обычно не было. Государственными являлись и университеты штатов, но в них были вступительные экзамены и конкурсы, обучение было бесплатным для жителей данного штата и платным для жителей других штатов и иностранцев. За счет платного обучения пополнялись бюджеты университетов, и в них велись научные исследования, а уровень образования считался высоким. Однако наиболее престижными и богатыми в США всегда были частные университеты, которые нередко носят названия по имени своих основателей. Старейший среди них, Гарвардский, был основан в 1636 году Джоном Гарвардом. Хорошо известны Университет Джона Хопкинса, Рокфеллеровский университет, Университет Вандербильта, Стэнфордский университет и ряд других. Их, с отдельными небольшими частными колледжами, больше ста. Поступление в такой университет требует сдачи сложных экзаменов, а учеба – достаточно высокой оплаты. Многие научные лаборатории, а иногда и факультеты в таких университетах основываются независимо и получают названия по имени того или иного магната, желающего увековечить свою благотворительную деятельность. Почти каждый знаменитый американский миллиардер оставил стране новый университет или колледж. Эта особенность американской системы высшего образования была для меня очень интересна. В Великобритании частных университетов нет и высшее образование было бесплатным для всех жителей страны, являющихся ее гражданами. Иностранцам, желавшим получить образование в Великобритании, приходилось полностью оплачивать обучение. Частное обучение в Англии допускалось в ограниченном объеме лишь в системе среднего образования.

Из Нью-Йорка я в тот же день выехал в Калифорнию, но с остановкой в Канзас-Сити, столице сельскохозяйственного штата Канзас, главного производителя американской пшеницы. В школе медицины Канзасского университета у меня был запланирован семинар по проблемам старения. Столица штата оказалась большим, но малоинтересным для туриста городом. Деловой центр состоял из высотных зданий, а обширные жилые кварталы – из семейных домов. Промышленный район города специализировался на переработке сельскохозяйственных продукции. На улицах в центре почти не было пешеходов. Большой клуб «Плейбой» был единственным публичным местом развлечения для местных жителей.

В открытке, отправленной в Лондон во время стоянки поезда уже в Колорадо, я писал Рите и Диме: «От Канзас-Сити мой вагон находится в составе особого туристического поезда – в двух вагонах есть специальный второй стеклянный этаж с креслами для обозрения. Да и природа интересная, уже горы, пустыни, Wild West, ковбои. Но поезд все равно наполовину пустой, торопливые американцы в основном летают. В поезде есть и комната отдыха, где можно писать за письменным столом, что я сейчас и делаю. После Калифорнии я начну двигаться уже в сторону Лондона…»

С кресла обозрения я мог увидеть не только знаменитые Лас-Вегас и Санта-Фе, но и пустыню Аризоны. Утром 6 мая наш поезд прибыл в Лос-Анджелес. В этот же день, ранним вечером, планировался мой доклад-семинар о молекулярных аспектах старения в Геронтологическом центре Университета Южной Калифорнии. Этот центр (полное его название Ethel Percy Andrus Gerontology Centre) был основан в 1965 году первым в США ректором университета – женщиной. Меня пригласил для этого доклада профессор Бернард Стрелер, мой старый друг, с которым я переписывался с 1959 года и встречался в Москве в 1961 и в 1972 годах. Я также редактировал перевод на русский язык второго издания его книги «Время, клетка, старение», которая вышла в Москве в 1967 году. Я всегда считал Стрелера наиболее выдающимся геронтологом-теоретиком не только в США, но и в мире. Бернард, или Берни, как и я, родился в 1925 году. Во время войны он служил во флоте. После окончания университета увлекся биохимией растений и сделал несколько важных открытий механизма биолюминесценции, идентифицировав особое вещество люциферин, которое, как оказалось, определяло способность к люминесценции у бактерий и некоторых насекомых. В области геронтологии, интерес к которой появился у Стрелера в 1955 году, он пытался разгадать механизм видовой специфичности старения. В 1966 году он основал новый геронтологический журнал Mechanisms of Ageing and Development, который стал лучшим в геронтологии по так называемому индексу цитирования. В состав редколлегии он включил и меня. Это означало, что я должен рецензировать статьи, которые журнал получал от советских ученых. (За несколько лет было только две таких работы.)

Мы оба были рады этой встрече. После моего доклада и короткого приема Бернард повез меня к себе домой. Он жил в ста километрах к югу от Лос-Анджелеса в горном поселке, построенном вокруг живописного озера. Это был типичный для Калифорнии поселок-кооператив, на частной земле которого новые жители могли селиться лишь с согласия здешних обитателей. Всего было не больше трехсот семейных домов, жили в них лишь относительно состоятельные представители среднего класса: профессора, бизнесмены, актеры Голливуда. Рядом с поселком была и школа для детей. На всем побережье и на горных склонах Калифорнии разбросаны сотни таких элитных поселков большего или меньшего размера. Непосредственно в больших городах жили бедняки и иммигранты из Мексики и Китая (железную дорогу из Чикаго в Сан-Франциско и вдоль побережья на юг и на север строили в конце XIX века в основном китайские рабочие, которые здесь и остались).

Весь дом Стрелера был фактически редакцией журнала, который делался самим Бернардом и его женой Теодорой. Трое их взрослых детей жили отдельно в разных районах Калифорнии. Адресом журнала, куда присылались рукописи, был именно их поселок Agoura, которого нет на географических картах. На следующий день Бернард повез меня на своей машине в Пасадену, город, расположенный недалеко от Лос-Анджелеса. Там в Калифорнийском технологическом институте (частный исследовательский университет) работал Макс Дельбрюк, ученик Тимофеева-Ресовского, которого в 1969 году я привозил в Обнинск на встречу с учителем (см. главу 11). Дельбрюк жил с женой недалеко от Пасадены в большом доме с садом тоже