100 дней Фолклендов. Тэтчер против Аргентины - Патрик Робинсон Страница 114

К рассвету 6 июня десантные катера были в безопасности. «Сэр Гераинт» загружался для перехода в бухту Тил, «Сэр Тристрам» был под погрузкой для Фицроя, а валлийские гвардейцы начинали посадку на «Феарлесс», который должен с наступлением сумерек идти к острову Лайвели. «Эксетер» остался в Фолклендском проливе, а «Инвинсибл» с «Бриллиантом» шли на юг, чтобы препятствовать аргентинцам доставлять подкрепление. Командор Сэм Данлоп наконец направил свой отважный «рабочий дом» «Форт Остин» на север Атлантики, – домой.

На «Гермесе» инженеры заключали пари о том, когда котлы полностью выйдут из строя. Они постоянно давили на меня, чтобы на некоторое время вывести корабль из района боевых действий для проведения так необходимого и запоздалого технического обслуживания. Мы прошли без технического обслуживания котлов приблизительно двадцать тысяч миль и теперь должны были хотя бы их почистить. Я сопротивлялся инженерам в течение двух недель – тогда этого требовали жесткие обстоятельства. Сейчас на берегу функционирует такая критически важная передовая авиационная база. Возможности авиационного прикрытия возросли и время реакции значительно сократилось. Поэтому я мог более серьезно подумать о долговременных проблемах авианосца.

Моим первым шагом было привести «Гермес» в наилучшее состояние к тому времени, как можно будет предоставить такую же возможность «Инвинсиблу». Нам нужно было отойти примерно на пятьдесят миль на восток в менее опасные воды для проведения необходимых работ. Это не окажет существенного влияния на авиационное прикрытие и поддержку войск десанта, поскольку самолеты «Гермеса» можно было переправить на передовую авиабазу через «Инвинсибл», а сам «Гермес» мог бы со скоростью, несколько большей половины максимально возможной, быстро возвратиться и возобновить свою деятельность в период последних дней или недель боевых действий на островах.

Успешное завершение операции на земле и наличие двух взлетно-посадочных полос на берегу позволяли нам сократить число авианосцев в районе действий до одного. Тогда «Инвинсибл» мог бы сразу после возвращения «Гермеса» уйти из района для проведения трехнедельного технического обслуживания (в море) до того, как последнему необходимо будет идти домой для проведения полного технического восстановления. Затем «Гермес» снова займет место «Инвисибла». Ввиду сравнительной новизны «Инвинсибла» предполагалось, что у него будут значительно более высокие шансы продержаться в течение четырех или пяти месяцев при проведении в середине этого периода только трехнедельного технического обслуживания в море.

Завершение работ на аэродроме Порт-Стэнли для действий с него перехватчиков «Фантом» должно в свою очередь позволить увести один авианосец совсем. Такая работа, особенно с учетом наступления зимы и при условии отсутствия дальнейших возражений со стороны Аргентины, может длиться месяцы.

«Илластриес» был нашим джокером. Далеко не факт, что ускоренная программа его строительства будет закончена в срок, но если все-таки будет выполнена, это значительно ослабит крайне напряженный график использования двух действующих авианосцев. Но план смены авианосцев в июне от него зависеть не мог.

Я преднамеренно упростил продолжительную и сложную часть работы штаба по планированию обеспечения поддержки островов одним авианосцем независимо от продолжительности работы по модернизации взлетно-посадочной полосы в Порт-Стэнли для приема «Фантомов». Но, похоже, мои коллеги на берегу никаких проблем в этом не видели. Их не волновали мои усилия по обеспечению авиационной и морской поддержки боевых действий на берегу, у них было более чем достаточно собственных проблем. Приняв решение, я сделал несколько философских заметок в дневнике, размышляя о поведении людей теперь, когда у нас появилось больше свободного времени. Я могу упомянуть о своем, поскольку записи в дневнике, после того как я скатился до обеспечивающей роли, становятся все длиннее и длиннее. Больше нет ничего подобного старому: «они уничтожили прошлой ночью мой старый «Шеффилд»… Тоска. Теперь я стал своего рода Самьюэлем Пеписом[85] из Морских Глубин.

Я начинаю приходить к заключению, что дает себя знать синдром «стареющего заместителя командующего». Люди начинают находить, что имеют некоторое свободное время, и деятельно организовывают себя до полной остановки. Убежден, что на определённом этапе степень организации и предварительного планирования должны быть тщательно сбалансированы. Их недостаток ведет к хаосу, а избыток – к отсутствию гибкости.

Принцип «командуй отрицанием» [позволить твоим доверенным людям действовать до тех пор, пока они не провалят дело] должен срабатывать… если только они обеспечены информацией об изменяющейся обстановке. Это будет время от времени нарушаться. Но обычно такие нарушения не должны перевешивать очень важные преимущества гибкости, быстрой реакции, инициативы и неожиданности, которую мы получаем. По существу бюрократическое мышление мирного времени избежать открытия огня по своим станет препятствием для поражения противника!

Итак, пока они чистят котлы, я возвращаюсь к делу. Около 03.00 7 числа «Феарлесс» вместе с «Эвенджером» и «Пенелопой» прибыли к острову Лайвли и к своему удивлению обнаружили, что десантные катера, которые еще ночью ушли с гвардейцами, не вернулись. Поэтому они спустили два свои тдка, которые приняли часть войск для еще одного ужасного перехода, и с остатками войск возвратились в Карлос.

Утро по существу было за нами. Аргентинцы послали фоторазведчик (реактивный «Леар») на большой высоте над Восточным Фолклендом. «Эксетер» Хью Бэлфора как всегда находился в готовности и сбил самолет «Си Дартом», все пять членов экипажа погибли. В то время как валлийские гвардейцы осуществляли посадку на «Сэр Галахад» для второй попытки добраться до Блафф Коув в Фицрое, я добродушно дискуссировал с командиром «Алакрити» Кристофером Крейгом: его 4,5-дюймовая артустановка оставалась неисправной в основном из-за износа ствола. Наша дискуссия проходила примерно в таком ключе:

– Хорошо, – убеждал я, – полагаю, что вам лучше бы отправиться домой и там ее отремонтировать.

Как и ожидалось, ответ капитана 2 ранга Крейга был таким:

– Нет, сэр, все в порядке. Я предлагаю остаться здесь и воевать до тех пор, пока этот чертов ствол не отвалится совсем.

– Нет, Кристофер, – продолжал я терпеливо, – «Алакрити» проявил себя хорошо, но корабль изнашивается. Идите и приведите его в нормальное состояние, а затем возвращайтесь обратно.

– Но, сэр, мы могли бы, конечно, еще немного повоевать, хотя бы следующую неделю или около того, – сказал он.

– Я так не думаю. Передайте ваши запасы и уходите, – сказал я, беспомощно переходя на довольно жесткий формальный тон, который появляется у меня, когда я говорю от всего сердца, и добавил:

– Кристофер… большое спасибо за все, что вы сделали.

Это не было адекватным прощанием с особенно храбрым офицером, который воевал с нами с первого дня. Я никогда не умел как следует попрощаться.

Той ночью «Сэр Галахад» оставил бухту Карлос, направляясь в