Не выть по-волчьи - Юлия Ива Страница 4

Я ещё раз глянул на себя в зеркало: волосы всклокочены, губы распухли. Вспомнил: «А ты красивый стал…» Сумасшедшая! Улыбку было не удержать.

Спорить с матерью больше не хотелось. Фиг с ним, пусть будет оверсайз. Зато не придётся прятаться от Алисы.

Мама тоже присмотрелась к моему отражению:

– Что с губами? Обветрились? Возьми гигиеническую помаду. И не смотри так, она мужская, специально для тебя купила.

Глава 4

Утром по пути в школу я наконец чувствовал себя человеком: в плечах не тянуло, в подмышках не давило, запястья не мёрзли на ветру. Даже вчерашняя ссора с Алисой не казалась серьёзной проблемой. Прямо обидно, как зависим человек от шмоток!

Рыкова в школе не было – по слухам, уехал на соревнования по дзюдо. Без него класс будто утратил точку притяжения: парни не собирались большой компанией, ничего не обсуждали, а, сидя на местах, лениво зависали в своих телефонах. Кравец и Зоров, вечно вместе таскавшиеся за Рыковым, сегодня даже не смотрели друг на друга. Девчонки или вяло переговаривались, или болтались где-то за пределами класса. Всем было скучно.

Кажется, этот Рыков не делал ничего особенного, но всегда оставался в центре внимания. И это его собственная суперспособность – деньги и статус отца, успешного бизнесмена, тут далеко не главное. У большинства одноклассников родители тоже не колхозники, в «А» класс абы кого не берут, но именно Рык стал лидером. У него для этого было всё: уверенность, решительность, сила, ещё и влиятельный отец за спиной – в общем, то, чем я отродясь не мог похвастаться. Со своими Александр Рыков держался открыто и дружелюбно, но, если кто-то осмеливался выступать против него, быстро ставил на место, причём не только словами. Естественно, все мечтали быть в его лагере.

И я тоже.

Нестерпимо хотелось подойти к Алисе, но я опасался, что тут же огребу учебником по башке. Потом пару раз поймал на себе её выжидающий взгляд и наконец решился: на большой перемене подкараулил девчонок в коридоре. Ухмыльнувшись, Вероника ушла в класс, а мы с Алисой встали у окна. Она на меня не дулась, смотрела с интересом и улыбалась:

– А ты смелый стал, Данечка. И Рыка не боишься.

– А я никогда трусом и не был.

– А вот и был! – Алиска хитро прищурилась, поигрывая прядью волос. – Пауков боялся, которые в песочницу залезали.

– Ну, Рыков же не п-паук, – подыграл я, пьянея от её духов.

– Рыков – тарантул!

– Да ладно! – Я поймал Алису за руку и мягко потянул к себе, но она качнулась назад:

– Не наглей.

– Я просто духи хотел понюхать!

Алиса с усмешкой поднесла запястье к моему носу. Поражаясь собственной смелости, я быстро тронул губами нежную кожу. Алиса отдёрнула руку.

Мимо, уткнувшись взглядом в пол, прошмыгнула Настя Кутузова. Бедолага! Как она живёт в современном мире? В школьной раздевалке то и дело тискаются парочки, на чердачную лестницу бегают целоваться, а на переменах иногда такое обсуждают, что даже я краснею.

– Классный аромат, – сказал я и понял, что улыбаюсь до ушей.

Алиса вскинула подбородок:

– Франция. Прямо из Парижа.

Моя улыбка скукожилась, как яблочный огрызок на солнце.

– Рыков п-подарил?

Алиса не ответила. Поправила лямку рюкзака и пошла прочь. На ней была короткая юбка в складку, и несколько секунд я тупо глазел на стройные ноги в чёрных колготках. Потом бросился догонять:

– Стой! Ты перевод сделала? Дай списать.

Алиса недоверчиво покосилась:

– Списать инглиш? Тебе?

Я пожал плечами и признался:

– Забил вчера на уроки. – Это была правда.

Алиса приостановилась перед дверью в класс:

– Впервые в жизни, что ли? – Глядя на меня, она задумчиво похлопала пальцем по губам, будто решала, поверить или нет. – Ну ладно. Садись со мной, всё равно до звонка не успеешь переписать.

Я едва сдержал ликующий вопль. Под удивлённо-ехидными взглядами одноклассников мы ввалились в класс и уселись за одну парту в конце третьего ряда. Целых сорок пять минут я дышал французским ароматом и касался Алисиного локтя своим.

– Ну и вымахал ты, Ванюхин, всю парту занимаешь, – ворчала она, но не отодвигалась. А я не мог сдержать дурацкой улыбки.

Я неплохо учился и английский любил, но впервые мечтал, чтобы урок никогда не заканчивался. Хотя понятия не имел, о чём трындела англичанка.

Потом пришло сообщение с неизвестного номера: «В двенадцать у Рыка соревы кончаются. Ещё успеешь завещание написать». Наверное, Кравец развлекался. Я показал ему средний палец, и Кравец зловеще ухмыльнулся в ответ. Значит, он.

Но меня даже предстоящее возмездие от Рыка не пугало. После вчерашней встречи с Алисой на детской площадке будто сорвало тормоза, и я сам себя не узнавал. Ну, в конце концов, не убьёт же меня Рык, не совсем он отмороженный. Да и Кравец с Зоровым вроде вполне адекватные.

Английский закончился, и мы с Алисой разошлись по своим местам, а потом в мессенджере я прочитал: «Вечером на горке».

После уроков я шагал в раздевалку, окрылённый Алисиным сообщением. Теперь можно было не мчаться сломя голову, чтобы никто не заметил стрёмную куртку. Я вышел из школы и притормозил, поджидая Алису. Пора было ехать к репетитору, но нестерпимо хотелось увидеть её ещё раз.

Они с Вероникой появились в дверях, заметили меня и зашушукались. Пока подходили, Алиска дразняще смотрела в упор. Её глаза смеялись. А потом резко стали холодными и колючими, как осколки тёмного стекла.

Оставив Веронику, она шагнула ко мне и отрывисто спросила:

– Это что?

– Ты о чём? – Кажется, я глупо улыбался просто оттого, что она была рядом.

Пальцем с блестящим ноготком Алиса ткнула мне в грудь и прошипела:

– Вот об этом. Это куртка Рыка!

Опешив, я молча таращился на неё.

Вокруг нас начали собираться любопытные одноклассники. Алиса на них не обращала внимания.

– Я чего-то не поняла, Ванюхин. Может, объяснишь? – потребовала она, стискивая ладонями лямки рюкзака. Вид у неё стал воинственным, а голос резким и противным: – Ты что, рыковские обноски носишь?!

Я заморгал. Щёки обожгло стыдом. Горло связало, как от неспелой хурмы, – не выдавить ни слова.

– Да ладно тебе, может, это другая куртка, – тихо сказала Вероника, схватив Алису за рукав. Та дёрнулась, высвобождая руку:

– Я, по-твоему, слепая?! – Она брезгливо скривила губы. – У внутреннего кармана уголок чуть надорван, правда, Дань? Это мы с Рыком бесились, и я случайно зацепилась браслетом.

– Нет! – Я распахнул куртку, демонстрируя невредимый карман. Алиса по-дурацки вскинула брови и