Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 1 - Александр Дмитриевич Григорьев Страница 136

Иной бы похвастал моготой своей;

И я как похвастаю Владимер славнокиевьской

Уж я гоны-ти гонять по тридцать вёрст

И роздолья-ти метать по шестидесяти вёрст

20. Между четьями-петьями черьковныма (так)

И между звонами колоколенныма!..»

Ище большой за меньшого прятаитьсе.

Сидел как детинушка удаленькой;

Становилса на се́реду кирписьнюю

25. И навпротив Владимера киевского

И крест-от кладёт по-писаному,

А поклон-от кладёт по-уцёному —

На все сто́роны цеты́ре.

«Уш я гоны-ти гонять да по тридцеть вёрст

30. И роздолья-ти метать по шестидесети вёрст

Между четьями-петьями черковныма,

Между звонами колоколенныма!»

Как спроговорил Владимер славной киевьской:

«Вы подите, конюхи, на конной двор;

35. Уш вы выпустите, конюхи, тритцеть жеребьцей да с одным жеребьцём».[379]

Как спроговорил детинушка удаленькой:

«Уш ты ой ес[л]и, Владимер славной киевьской!

Уш ты дай мне-ка строку на неде́лецьку!» —

«И не дам тибе строку на неде́лецьку!» —

40. «Дай ты мне строку хош на шесь дён!» —

«И не дам тибе на шесь дён!» —

«И дай ты мне хош на петь дён!» —

«И не дам тибе на петь дён!» —

«Дай ты мне хош на цетыре денька!» —

45. «И дам тибе строку на цетыре денька!»

И пошёл как детинушка удаленькой

По цисту полю да по роздольицю,

Крык крыкнул да по-богатырьскому,

Свист свиснул по-соловьиному.

50. И заслышило сердецюшко кониноё —

И бежит его сивушко-бурушко

И повалилса подле землю беленьким заюшком.

И как спроговорил детинушка удаленькой:

«Уш ты ой еси, сивушко-бурушко

55. И мален[ь]кий косматоцько!

Ище я тобе провиноватилсе:

О велик залок[г] да я ударилса —

Не о сто рублей да не о тысицу,

О буйну твою да св[о]ю голову!»

60. Как спроговорил сивушко-бурушко:

«Ты корми меня по три зори да по три утренной,

И пой ты миня водицей медо́вою!»

И кормил как детинушка удаленькой

И кормил он пшоницей белоярою,

65. И поил он водицей медову[о]ю,

И накладывал уздецьку тасмянную,

И накладывал седелышко черкасьскоё,

И подстегивал потпружецьки булатные.

И говорят ему люди посторонные (так):

70. «И на що же ты, детинушка удаленькой,

И подстегиваш подпрушецьки[380] булатные?»

Как спроговорыл детинушка удаленькой:

«И не ради красы, да ради крепости!»

И садилса детинушка удаленькой,

75. И поехал детинушка удаленькой

Ко Владимеру киевьскому.

И приехал детинушка удаленькой

Середь двора да середь царьского,

И не привязал, не приковал своего коня.

80. И заходит детинушка удаленькой

И становитсе на се́реду[381] кирписьнюю.

И спроговорил детинушка удаленькой:

«Уш ты ой еси, Владимер славной киевьской!

И на що у нас записи написаны,

85 За людей у нас записи положены?»

И спро[го]ворыл Владимер славной киевьской:

«И подите, конюхи, на конной двор;

И выпустите, конюхи, тритце́ть жерепце́й».

И пошли его конюхи на конной двор,

90. И выпустили конюхи тритцеть жерепцей и с одным жерепьцём...

И нацели сивушка-бурушка покусывати,

И нацели косматоцька полегивати.

Нацел его сивушко-бурушко полегиватьсе,

Нацел косматоцько понивкиватьсе[382], —

95. Повыскоцил повыше-то лесу дремуцего,

А пониже-то облака ходяцего.

Кар жеребець за реку убежал,

Сер жеребець на коленки пал,

А тем жерепцам и вести нет.

100. Как спроговорил Владимер славной киевьской:

«Вот тибе, детинушка, полгорода,

Вот тебе, детинушка, пол-Киева,

Вот тебе, детинушка, полдворьця восударьского!»

Как поехал детинушка удаленькой[383]

105. По цисту полю да по роздольицю, —

Стретилась калика перехожая,

Стретилась калика переежджая.

Как спроговорил детинушка удаленькой:

«Уш ты ой еси, калика перехожая,

110. Уш ты ой еси, калика переежджая!

Уш ты дай мне-ка платье калическоё,

Отдай ты мне шляпу Земли Греческую,

Отдай ты лапотоцьки семи шолков,

Отдай ты костыль крепка́ дерева́,

115. Отдай ты мне крес сорока пудов!»

Как спроговорыл калика перехожая,

Да спроговорит калика переежджая:

«Не отдам тибе платья каличиського,

Не отдам те лапотоцёк семи шолков,

120. Не отдам тибе шляпы Земли Гречеськой,

Не отдам костыля крепка́ дерева́

И не о́тдам креста сорока пудов!»

И спроговорыл детинушка удаленькой:

«Добром не отдаш — си́лою возьму!»

125. Как спроговорыл калика перехожая:

«На ты, детинушка, платьицё,

На ты, детинушка, лапотоцьки,

Возьми ты, детинушка, косты́ль крепка́ дерева́,

Возьми ты, детинушка, шляпу Земли Гречесьску,

130. Возьми ты, детинушка, крес сорока пудов;

Оставь ты, детинушка, добра коня!»

Как оставил детинушка добра коня,

Как пошол веть детинушка удаленькой.

И приходит детинушка удаленькой,

135. И приходит каликой перехожою.

И доходит калика до Владимера,

И добираитьсе калика до Владимера.

И добралса калика до Владимера,

И спроговорыл калика про Владимера:

140. «Уш ты ой еси, Владимер славной киефьской!

Можно ле, Владимер славной киефьской,

Можно ле задти к тебе в полатоцьки?»

Как спроговорыл Владимер славной киефьской:

«Ты поди, поди, калика перехожая!»

145. Как зашёл веть калика перехожая.

«Перво-то место — в дубовой скамьи́,

Второё-то место — в дубово́й лафки́,

А третьё-то место: куда хош, садись!»

А как спроговорыл калика перехожая:

150. «А кали́ки-то место на песьнём столбу́!»

Сидит у его Цюдищо поганоё,

Поганоё да некрещоноё.

Потребовало Цюдищо боранины.

Принесли ему, Цюдищу, боранины.

155. Он на вилки ткнул да зараз зглонул.

Как спроговорит калика перехожая:

«Эдако собакищо обжорцивоё!

Кабы́ у вас собакище поро́зорвало!»

Спроговорыло Цюдищо поганоё,

160. И потребовало Цюдищо телятины.

Принесли ему Цюдищу телятины.

Он на вилки ткнул да зараз зглотнул.

Как спроговорыт калика перехожая:

«Эдако собакищо обжорцивоё,

165. Обжорцивоё да ненажорцивоё!

Кабы́ у вас собакище́ поро́зорвало».

Как спроговорыло Цюдищо поганоё,

И потребовало Цюдищо гусёвинки.

Принесли ему Цюдищу гусёвинки.

170. Он на вилки ткнул да зараз зглонул.