Три путешествия в Страну невыученных уроков. Все приключения в одном томе - Лия Борисовна Гераскина Страница 41

– Это он, – прошептала Катя.

– Он, – подтвердил я.

– Я не смею заговорить с ним.

– Я тоже, – прошептал я.

Окно барского дома раскрылось. В окне показалась пожилая женщина.

– Мишенька! – закричала она. – Иди завтракать, поспеши, мой дружок.

– Сейчас, бабушка, – ответил мальчик.

– Уходим, – шепнул мне Рекс. – За мной.

– Пошли, пошли, Катя, – поторопил её я и зашагал за Рексом.

Мальчик пошёл домой, но несколько раз останавливался и оглядывался на нас. Через несколько минут мы миновали Тарханы и зашагали по просёлочной дороге.

– Вот и сбылось твоё желание, Катя, – сказал я.

– Да, – задумчиво ответила Катя. – Я этого никогда не забуду. А ты не знаешь, почему он так пристально нас разглядывал, но не подошёл к нам, не сказал ни слова?

– Не знаю, – признался я.

– А я знаю, – сказал Жако, – он ведь большой фантазёр. Он был уверен, что ему это всё пригрезилось… Вспомните, когда он пошёл на зов бабушки в дом, он три раза оглянулся, ища нас. Но по выражению его лица было заметно, что он нас уже не видит.

– Может быть, ты и прав, Жако, – задумчиво произнесла Катя и, оглядевшись вокруг, спросила: – Мы опять идём в лес?

– Туда-то я вас и веду, – отозвался Рекс. – Видите? Под большим деревом шалаш из веток. Вот там и отдохнёте.

В шалаше было довольно просторно. Катя сразу повалилась на траву: устала. Рекс растянулся у входа в шалаш. Жако взлетел на ветку дерева.

– Люська была куда выносливей, чем эта воображала, – ворчал пёс. – Думает, что если она красиво воет…

– Поёт, а не воет, – поправил его я. – Перестань ворчать. Ты уже не щенок, а взрослый пёс, веди себя хорошо.

Рекс обиженно умолк. Я погладил его по голове, и он лизнул мне руку.

– Мы скоро вернёмся домой? – спросила, зевая, Катя.

– Не торопись, девочка, – ответил Жако и, слетев с ветки, сел мне на плечо.

– Теперь, когда ты отдохнула, мы отправляемся в путь, – сказал Рекс и забегал, нюхая землю. Потом остановился, оглянулся на нас и рявкнул: – В путь! Я нашёл дорогу.

– Только не беги как сумасшедший! – крикнула Катя. – У тебя четыре ноги, а у нас только две.

Рекс что-то проворчал, но замедлил свой бег. Постепенно лес превратился в прекрасный парк с цветочными клумбами, деревья были аккуратно подстрижены. Вдали белели высокие дома.

– Стойте! – вдруг крикнул Жако. – Я узнал это место. Здесь когда-то побывал один из моих хозяев и сфотографировал этот парк. Это Царское Село! А в этом большом здании лицей.

– В котором учился Пушкин? – спросил я.

– Почему «учился»? – возразил Жако. – Он, наверно, ещё его не окончил. Посмотрите, у входа в музей собралось много карет. Вероятно, в лицее происходит какое-то необыкновенное событие…

– Я знаю! Я догадалась! – крикнула Катя. – Это выпускной вечер…

– Очень может быть, – согласился Жако.

– Смотрите, смотрите! – крикнул я. – Подъехала ещё одна карета… Из неё выходит какой-то старик…

– Какой-то старик! – насмешливо сказал Жако. – Да это же поэт Державин. Я видел его портрет в книге у своего хозяина. Но там он не такой дряхлый. Смотрите, как медленно подходит он к парадной двери, опираясь на плечо лакея.

– Как обидно, что мы не можем войти туда, – вздохнула Катя. – Я читала об этом выпускном вечере… Неужели мы так и не увидим Пушкина? – И она тяжело вздохнула.

– Пошли дальше? – спросил Рекс.

– Подожди, Рекс, – ответил Жако. – Я хочу сказать вам что-то важное… Правда, я не уверен, но попытаться можно… Один из моих ранних хозяев, а их у меня было немало за всю мою долгую жизнь… Да, что я хотел сказать? Ах да, так вот, этот мой хозяин, которого звали Махамед Али, умел превращать людей в невидимок…

– Не рассказывай сказки, – проворчал Рекс.

– Жако никогда их не рассказывает, – сердито оборвал Рекса попугай. – Так вот, если вы хотите войти в лицей…

– Но, насколько я знаю, – перебил я Жако, – для этого нужна шапка-невидимка, а во всех сказках она одна, а нас с Катей двое.

– Никаких шапок у Махамеда Али не было, – ответил Жако. – Он произносил какое-то древнее заклинание, которое в его семье передавалось от отца к сыну в течение многих лет. Наверное, Махамед Али, умирая, передал его своему сыну.

– К чему ты всё это говоришь? – нетерпеливо спросила Катя.

– К тому, – ответил Жако, – что я запомнил это заклинание, хотя не понимал слов, из которых оно состоит, и если вы с Витей очень хотите попасть на выпускной вечер в лицее…

– Конечно, хотим! – закричали мы с Катей.

– Я не обещаю, что это получится, – сказал Жако. – Прошло столько лет с тех пор, как я слышал это заклинание от хозяина… Может быть, я что-то забыл. Но попытаемся… Витя, возьми Катю за руку. Так. Закройте глаза. Всеми силами души желайте стать невидимыми для человеческих глаз. И если всё получится, не бойтесь. Когда вы вернётесь, то обретёте себя. Готовы?

– Да! – сказали мы с Катей одновременно.

Жако произнёс на каком-то странном гортанном языке несколько непонятных фраз, помолчал, и я испугался, что он забыл какие-то волшебные слова, но Жако радостно вскрикнул и заключил своё заклинание длинной непонятной фразой.

– Откройте глаза!

– Куда ты дел детей?! – испуганно закричал Рекс.

– Получилось! Молодец, Жако! – похвалил себя попугай. – Идите и старайтесь ни к кому не прикасаться. Мы с Рексом будем ждать вас. Когда выйдете, не ищите нас. Мы сами вас найдём.

– Что ты сделал с моим хозяином и с этой девчонкой? – грозно зарычал Рекс.

– Успокойся, – ответил Жако. – Я люблю его не меньше, чем ты. Дети скоро вернутся невредимыми.

О чём они говорили дальше, мы с Катей не слышали. Подбежав к зданию лицея, мы поднялись по лестнице, вошли в большой зал и стали у стенки, чтобы никого не задеть. Зал был переполнен. На стульях важно восседали пышно одетые дамы, мужчины в таких же костюмах, какие были у артистов в опере «Евгений Онегин», которую я видел в театре.

За длинным столом сидели мужчины. И среди них мы заметили старика, которого Жако назвал поэтом Державиным. Он весь подался вперёд, напряжённо и радостно слушая кудрявого лицеиста, приложив ладонь к уху.

– Узнаёшь? – шепнула мне на ухо Катя. – Ой, я сейчас умру! Это же Пушкин! Слушай!

Звонкий голос, выразительное чтение околдовали нас. Мы пропустили начало и только вот что услышали:

– С холмов кремнистых водопады

Стекают бисерной рекой,

Там в тихом озере плескаются наяды