История России. Конец XVII – начало ХХ вв. - Владимир Алексеевич Волков Страница 67

На следующий день русская эскадра – линейные корабли «Императрица Мария», «Чесма», «Ростислав» и бриг «Эней» – вновь подошла к Синопской бухте и обнаружила на рейде под защитой шести береговых батарей стоявшую на якоре турецкую эскадру в составе семи фрегатов, трех корветов, двух пароходов, двух военных транспортов и нескольких торговых судов. Силы турок явно превосходили силы, имевшиеся у Нахимова, у которого насчитывалось 252 пушки (у противника – 476 на кораблях и 44 на береговых батареях). Это были укрывшиеся от шторма корабли эскадры Осман-паши, шедшие к кавказскому побережью для участия в высадке десантов в районе Сухума, которые в середине ноября, согласно расчетам турок, должны были содействовать наступлению турецких сухопутных войск на Кавказе. Кроме самого Османа, на эскадре находился его главный советник, англичанин А. Слэйд, и второй флагман, контр-адмирал Гуссейн-паша.

Нахимов установил блокаду Синопской бухты и отправил в Севастополь посыльное судно бриг «Эней» с донесением об обнаружении и блокировании противника. В нем он писал Меншикову: «По обозрении отряда турецких судов, расположенных в Синопе под защитою 6 береговых батарей, я решился с 84-пушечными кораблями «Императрица Мария», «Чесма» и «Ростислав» тесно блокировать этот порт, поджидая из Севастополя корабли «Святослав» и «Храбрый» <…> дабы вместе с ними атаковать неприятеля». Корабли «Императрица Мария», «Чесма», «Ростислав» встали у входа в бухту, закрыв собой выход. Фрегат «Кагул» занял пост для наблюдения в нескольких милях от нее.

16 ноября к Нахимову присоединилась эскадра Ф.М. Новосильского (линейные корабли «Париж», «Великий князь Константин», «Три Святителя»), а немного позже прибыли еще фрегаты «Кагул» и «Кулевчи». Теперь Нахимов имел в своем распоряжении эскадру из восьми боевых кораблей с 720 пушками на борту. Таким образом, по числу орудий русская эскадра превзошла противника.

Поскольку турецкая эскадра в открытом море могла быть усилена кораблями союзного англо-французского флота, Нахимов решил атаковать и разгромить ее непосредственно в базе.

Его замысел сводился к тому, чтобы быстро (в двух-кильватерной колонне) ввести на Синопский рейд свои корабли, поставить их на якорь и решительно атаковать противника с короткой дистанции в 1–2 кабельтова[45].

В ночь с 17 на 18 ноября на эскадре начались приготовления к предстоящему сражению. Закончились они на рассвете. Несмотря на крайне неблагоприятную погоду – дождь и сильный юго-восточный ветер, Нахимов не изменил своего решения атаковать врага в его гавани. В половине десятого на флагманском корабле «Императрица Мария» был поднят сигнал: «Приготовиться к бою и идти на Синопский рейд».

Само сражение началось 18 (30) ноября 1853 года в 12 час.30 мин и продолжалось до 17 часов. Как и было предписано Нахимовым, его эскадра двигалась двумя кильватерными колоннами. В наветренную колонну входили линейные корабли «Императрица Мария» (84-пушечный) под флагом Нахимова, «Великий князь Константин» (120-пушечный), «Чесма» (84-пушечный), в подветренную – линейные корабли «Париж» (120-пушечный) под флагом Новосильского, «Три Святителя» (120-пушечный), «Ростислав» (84-пушечный). Турецкая корабельная артиллерия и береговые батареи подвергли атакующую русскую эскадру, входившую на Синопский рейд, шквальному огню. Противник вел огонь с дистанции в 300 и менее саженей, но корабли Нахимова ответили на яростный неприятельский обстрел, только заняв выгодные позиции. Тогда-то и выяснилось полное превосходство русской артиллерии.

Линейный корабль «Императрица Мария» оказался засыпан ядрами, значительная часть его рангоута и такелажа была перебита, но флагманский корабль шел впереди, ведя огонь по неприятелю и увлекая за собой остальные корабли эскадры. Непосредственно против турецкого флагманского 44-пушечного фрегата «Ауни-Аллах», на расстоянии около 200 саженей от него, корабль «Императрица Мария» стал на якорь и усилил огонь. Полчаса длился бой между адмиральскими кораблями. Осман-паша не выдержал: «Ауни-Аллах», отклепав якорную цепь, продрейфовал к западной части Синопской бухты и выбросился на мель возле береговой батареи № 6. Команда с турецкого флагмана бежала на берег. Неприятельская эскадра с выходом из строя флагманского фрегата лишилась управления.

После поражения фрегата «Ауни-Аллах» флагманский корабль перенес свой огонь на 44-пушечный турецкий фрегат «Фазли-Аллах» («Аллахом данный» – захваченный в 1829 г. русский фрегат «Рафаил»). Вскоре и он загорелся и выбросился на берег недалеко от центральной береговой батареи № 5. «Императрица Мария» развернулась на шпринге и стала обстреливать другие турецкие корабли, ожесточенно сопротивлявшиеся русской эскадре.

На батарейных палубах русских кораблей дружно и умело действовали артиллеристы, метко поражая корабли противника. «Гром выстрелов, рев ядер, откат орудий, шум людей, стоны раненых, – вспоминал один из участников сражения, – все смешалось в один общий адский гвалт. Бой был в разгаре». Линейный корабль «Великий князь Константин», осыпаемый градом ядер и картечи, стал на якорь и, развернувшись на шпринге, открыл сильный огонь по двум 60-пушечным турецким фрегатам «Навек-Бахри» и «Несими-Зефер».

Через 20 минут первый фрегат был взорван, и дружное русское «ура» прогремело над бухтой. Еще раз развернувшись на шпринге, «Великий князь Константин» открыл огонь по «Несими-Зефер» и 24-пушечному корвету «Наджими-Фешан», и оба эти корабля, охваченные пламенем, выбросились на берег.

Линейный корабль «Чесма» вел огонь преимущественно по береговым батареям № 3 и 4, прикрывавшим левый фланг турецкой боевой линии. Артиллеристы русского корабля метко накрывали цели и одно за другим выводили из строя орудия на этих батареях. Вскоре артиллерийский поединок между русским линейным кораблем и двумя турецкими береговыми батареями закончился полным поражением противника: обе батареи были разрушены, личный состав их частично уничтожен, остальные бежали в горы. Корабли левой колонны русской эскадры встали на шпринг, равняясь по флагманскому кораблю и линейному кораблю «Париж». Командир «Парижа», капитан 1 ранга Владимир Иванович Истомин, сразу же после постановки на шпринг открыл сильный огонь по центральной береговой батарее № 5, по 22-пушечному корвету «Гюли-Сефид» и 56-пушечному фрегату «Дамиад». В 13 час. 15 мин. в результате метких попаданий русских снарядов турецкий корвет взлетел на воздух. Фрегат «Дамиад», не выдержав ожесточенной перестрелки с линейным кораблем «Париж», выбросился на берег. Продолжительная артиллерийская дуэль произошла между комендорами «Парижа» и комендорами турецкого 64-пушечного двухдечного фрегата «Низамие», на котором находился контр-адмирал Гуссейн-паша – второй флагман эскадры противника. В 14 часов на «Низамие» были сбиты фок– и бизань-мачты. Потеряв много орудий, турецкий фрегат вышел из боевой линии и прекратил сопротивление.

Адмирал Нахимов внимательно следил за действиями своих кораблей. Отметив отличную боевую работу личного состава линейного корабля «Париж», адмирал приказал поднять ему сигнал с выражением благодарности. Однако выполнить приказание оказалось невозможно, так как на флагманском корабле были перебиты все фалы. Тогда Нахимов под огнем противника отправил шлюпку с адъютантом. Линейный корабль «Ростислав», заняв удачную позицию, открыл огонь по береговой батарее № 6, а также фрегату «Низамие» и 24-пушечному корвету «Фейзи-Меабуд». После сильной перестрелки турецкий корвет выбросился на берег, а неприятельская