И она поблагодарила богов - Юсси Адлер-Ольсен Страница 122

— Мы связались с ее приемной семьей в Мейдрехте. Они, конечно, потрясены. Просили передать, что вчера и сегодня пытались до вас дозвониться.

Никки кивнула.

— Они сказали, что ваша сестра очень хотела вернуться домой. Она несколько раз звонила сюда, но тоже не смогла до вас дозвониться.

От этих слов сжималось сердце, но у Никки была веская причина не подходить к телефону. Тайна ее молчания осталась в старой красной будке у Харлеммерхаута.

— То есть вы не считаете ее наркоманкой?

— Нет.

— Однако обстоятельства весьма красноречиво указывают на передозировку.

— Возможно, но это был не тот случай.

— Вы когда-нибудь видели это? — Он показал два сложенных обрывка вощеной бумаги. Именно так Франк всегда фасовал кокаин. В их районе эти свертки знали все.

— Нет. Я никогда не видела, чтобы она принимала подобное.

— А это? — Он продемонстрировал стеклянный пузырек с завинчивающейся крышкой, доверху забитый капсулами.

Никки кивнула — эти тоже были всем известны. — Это попперс. Его свободно продают на Вармусстрат. Они там на витринах стоят. И эти, и «И-Бустер», и куча других. Рядом с «Кава-Кава», «Флауэр Пауэр», «Криптонитом», «Крейзи Джекс» и прочей дребеденью по тридцать два пятьдесят.

— Вы на редкость хорошо осведомлены, фру Ландсаат.

— У меня просто хорошая память.

Он поднял одну капсулу: — Попперс, он же амилнитрит. Две минуты кайфа, если вдыхать пары. Говорят, приятное ощущение: в голове шумит, а сердце колотится, как у новорожденного. Но штука чертовски ядовитая, если принять ее внутрь. Выпить, к примеру. Вы знали об этом? — Он кивнул эксперту-криминалисту, который вышел из комнаты и передал ему какую-то вещь.

— Нет, не знала. — Никки тяжело опустилась на табурет. Солнце скрылось за стеклами окон. Она чувствовала смертельную усталость — и физическую, и душевную. — Эксперты нашли в квартире вскрытые капсулы?

— Пока нет, но, возможно, найдут. А вот это они обнаружили. Тоже знаете, что такое?

Никки посмотрела на маленькие таблетки. — Нет, — честно ответила она.

— Это совсем другая история. У этих мерзавцев много названий: рогипнол, рапи, а мои американские коллеги зовут их таблетками для изнасилования на свидании. Весьма точное название, не находите?

Никки не знала, что ответить.

— Они в десять раз сильнее валиума. Под их воздействием часто насилуют женщин. В Нью-Йорке их уже много лет можно купить всего по пять долларов за штуку. Теперь они появились и у нас в Нидерландах. Слышали о них раньше?

— Слышала, но никогда не видела. И у Милле тоже.

— Достаточно незаметно бросить одну такую таблетку в стакан с колой. И всё, пара секунд — и человек отключается. Хотя не всегда: иногда жертва просто чувствует слабость и головокружение, но чаще всего преступник может увести ее прямо на глазах у друзей, и те ничего не заподозрят. Решат, что подружка перебрала лишнего, обычное дело.

Он высыпал пригоршню таблеток на шаткий кухонный стол.

— На следующий день чувствуешь слабость. Зрачки расширены, мысли путаются. Действие проходит не сразу, и жертва вообще ничего не помнит. Разве что надетое наизнанку белье подскажет, что произошло.

— Я никогда не видела, чтобы Милле что-то принимала.

— Она ведь занималась проституцией?

— Да. Но совсем недолго.

— Ей мог дать это какой-нибудь клиент, решивший поразвлечься бесплатно. Она приводила клиентов домой?

— Нет.

— Что ж, экспертиза покажет, было ли это сегодня. У нее был сутенер?

— Да, его зовут Франк. Его вы можете засадить пожизненно.

— Возможно, это дело рук конкурентов, решивших переманить ее. Как фамилия этого Франка, вы знаете?

— Нет, но он суринамец. Я знаю, где он живет. Один раз ходила туда, чтобы забрать Милле домой.

— Вот как? И вам удалось без проблем увести ее?

— Нет, она была без сознания. Нам пришлось нести ее на себе. Это было в субботу, как раз перед тем, как я отвезла ее на ферму в Мейдрехт.

Детектив поднял палец: — Вот видите, без сознания! Ваша сестра была совсем юной, так что он, скорее всего, пичкал ее рогипнолом, чтобы не возиться, и лишил невинности, пока она спала. И это наверняка повторялось, мы такое уже встречали. Девочка получает дозу таблеток и отключается, клиенты делают с ней все, что хотят, а потом ей дают попперс, чтобы вернуть к жизни — примерно так же, как нашатырь приводит в чувство боксера в нокауте. Никки обхватила голову руками. Сил слушать это больше не было.

Никки схватилась за голову. Она больше не могла этого слушать.

— А когда девчонки втягиваются, они понимают, что таблетки и попперс помогают заглушить боль. Мужчины, которые платят за них, бывают весьма жестокими. Этот Франк предлагал клиентам какие-то особые извращения, вы что-нибудь слышали об этом?

Никки зажала уши. — Я ничего об этом не знаю! — закричала она так громко, что из соседних комнат прибежали двое экспертов. — Милле никогда бы не приняла эту дрянь добровольно.

Детектив жестом отослал коллег обратно, положил руку ей на плечо и подождал, пока она поднимет голову.

— В мире полно садистов, фрёкен Ландсаат. А в квартале красных фонарей не так-то просто найти добровольных жертв, готовых на подобные извращения. Возможно, этот Франк решил провернуть здесь особое дельце, и ваша сестра оказалась его лучшим товаром. Разумеется, сейчас мы не можем исключать, что у вашей сестры случилась передозировка, но мой опыт подсказывает, что в этом деле кроется нечто иное. Вы уверены, что рассказали мне все? Может, подозреваете кого-то конкретного? — Он пристально посмотрел на нее и поднялся. — Я вернусь через пару минут, возможно, вы что-то вспомните.

Никки проводила его взглядом. За его спиной криминалисты выдвигали ящики, фотографировали улики, приподнимали ковры и копались в цветочных горшках.

Таблетки рогипнола, лежавшие рядом с ней, заманчиво поблескивали. «Может, просто принять парочку и покончить со всем этим?» — подумала она теперь, когда жизнь ускользала от неё, а в теле не осталось ни капли тепла. Как и надежды.

Она нащупала таблетки и спрятала в ладони штуки четыре-пять. Они были холодными и осязаемыми.

Впрочем, были люди, которые заслуживали эти таблетки куда больше, чем она. Почти все, с кем ей довелось столкнуться за последние дни, если уж на то пошло.

Она разжала пальцы, и таблетки скатились ей на колени.

«Подозревает ли она кого-то?» Да, подозревает, но уж точно не