И она поблагодарила богов - Юсси Адлер-Ольсен Страница 105

Впрочем, эта портовая история вскоре сослужила Марку хорошую службу.

Слухи дошли до Багдада, и в благодарность за борьбу с врагами режима и преданность президенту Марку предложили представлять интересы брата в Ираке. Констанд был в бешенстве: с ним никто не посоветовался. Видимо, иракцы решили, что брат за брата отвечает по умолчанию.

Именно поэтому Констанд создал компанию «Месопотамия Консалт», назначил Марка директором и поручил ему ряд мелких задач, от которых вреда было больше, чем пользы.

Оглядываясь назад, годы жизни Марка в Багдаде можно было назвать весьма удачными. Он находился на безопасном расстоянии, компания приносила доход, а возвращаясь изредка в Антверпен, он привозил с собой Хелен.

Вскоре Анна и Хелен стали неразлучны. Им было весело вдвоем, да и Марк с Хелен составляли отличную пару, пока все не кончилось.

В конце концов Марку наскучило жить в Ираке, где под гнетом санкций обстановка становилась все хуже, и он попросил вернуть его в Европу.

Чтобы не держать брата близко к себе, Констанд подстраховался: назначил его руководителем новой холдинговой компании «М-Консалт» в Амстердаме, объединившей под своим крылом все структуры и архивы завершенных и текущих проектов.

Констанд вздохнул спокойно лишь тогда, когда брокеры Хёйзер и Потс вошли в совет директоров в качестве надежных гарантов финансовой стабильности компании. Теперь все было под контролем: без их согласия и подписи Констанда Марк не мог провернуть ни одной крупной сделки.

Тем не менее на новом посту Марк получил прекрасную возможность реализовать собственную концепцию: он конфиденциально поставлял авторитарным режимам идеи по подавлению населения, требуя взамен долю в торговле и дилерские права на территории этих стран.

Дела быстро пошли в гору. Марк брался за всё: устраивал забастовки с целью выявления смутьянов, организовывал теневые поставки через третьи страны и привлекал наемников с Кингс-роуд в Лондоне.

В целом схема Марка работала неплохо, однако расходы слишком часто превышали доходы.

Констанд предпочитал закрывать на это глаза. Марк получил все, к чему стремился: скромную роскошь, непомерное самомнение, полное отсутствие чувства меры и упоительное балансирование на грани закона. Пока дела как-то двигались, вреда от этого не было. Со временем Констанд даже решил, что связи Марка в Голландии могут пригодиться для реализации некоторых долгосрочных планов.

К тому же Марк проявлял заботу о Деннисе и был подчеркнуто ласков с Анной. Это заставило Констанда терпеть его присутствие, хотя он прекрасно понимал, что с таким братом любые договоренности — лишь вопрос времени.

Но теперь все это не имело значения.

Все осталось в прошлом.

Жестокие тюремщики так и не смогли выпытать у него, на кого он работал и какую задачу выполнял в Курдистане. И тут Марк бессилен, какие бы планы по спасению он ни строил.

Констанд обречен, а иракцы приберут к рукам все его дела.

С трудом приподняв голову, он заметил, что солнечные пятна на грязных стенах блекнут. Он ощутил сырость камеры и ледяной холод в груди. В животе нестерпимо крутило. Он посмотрел на полотенце из отеля «Алькадра», измазанное его собственными испражнениями. Неужели придется воспользоваться им снова?

Он устремил взгляд в окно, всматриваясь в туманное небо, и удивился нахлынувшим чувствам. Констанд попытался сгнуть, но во рту пересохло. Хоть бы один раз! Хоть один раз ради Анны и Денниса! Всего один раз в жизни он искренне пожелал, чтобы у Марка все получилось.

Он посмотрел на серую железную дверь. Шаги снаружи звучали необычно.

Дверь распахнулась, и к нему втолкнули Анну. Им позволили побыть в объятиях друг друга пару минут, а затем с криками выволокли ее обратно.

— Это твой последний шанс вернуть ее домой, — произнес надзиратель. — Подумай хорошенько и расскажи все, что знаешь.

За три тысячи шестьсот километров от этой камеры Марк де Вирес только что распрощался с няней, Никки Ландсаат.

Он вошел в кабинет, еще раз ласково потрепал Денниса по щеке, аккуратно пододвинул ногой к стене разбитый монитор и посмотрел в окно вслед Никки Ландсаат, которая направлялась к перекрестку.

Странная она все-таки. Красивая и, безусловно, умная, но какая-то бесцеремонная, да еще эта ее упругая походка, от которой сумочка то и дело подскакивала на бедре.

Главное, что она ладила с Деннисом. Несмотря на инцидент с компьютером, он твердо решил не увольнять ее, пока не вытащит Констанда и Анну домой.

Кто знает, может, при случае ему удастся затащить ее к себе в спальню.

Он провожал взглядом ее покачивающиеся бедра, пока она не свернула налево на Вагенвег. «Надо же, — подумал он. — Я полагал, она пойдет направо, к остановке. Хотя, возможно, ей нужно в другую сторону».

Он удовлетворенно кивнул. Мужчина, шедший следом за Никки Ландсаат, тоже повернул туда. Да, видимо, ей нужно было именно туда. Да и откуда ему знать? Сам-то он автобусами не пользовался.

«Прежде чем Констанд и Анна вернутся, ты будешь моей». Он снова плотоядно улыбнулся. Уж он-то найдет способ затащить ее в постель, а если она вздумает отказать, то деньги наверняка помогут решить эту досадную проблему.

Впрочем, времени оставалось не так много. Она здесь ради Денниса, а мальчик не пробудет у него вечно — лишь до тех пор, пока Петер де Бур не передаст остальную часть плана по «Кью-Петрол», а иракцы не отпустят Констанда и Анну.

Он ни секунды не сомневался в успехе: план был безупречен. Если у тебя есть качественный товар, за него всегда можно потребовать хорошую цену. Конечно, иракцы изначально требовали совсем другую сделку в обмен на жизни Констанда и Анны, но его предложение их сразу заинтересовало.

Кому, как не Саддаму Хусейну, могла прийтись по душе идея парализовать деятельность государственной нефтяной компании Кувейта в Европе?

Никому.

Впервые эта мысль зародилась у Марка в связи с историей одного сталелитейного завода в Южной Голландии. Тогда иракцы обратились к нему с просьбой достать чертежи неких странных конструкций. Марк понятия не имел, для чего нужна эта ерунда, да ему было и плевать. Он просто нашел нужный завод. То, что детали предназначались для сборки гигантских пушек в Ираке, его не волновало. Главное — сделка выгорела и принесла прибыль.

Директор завода тоже отлично нажился на том контракте и не скупился на благодарность: за его счет Марк развлекался в публичных домах Нью-Йорка и охотился на кабанов на северо-востоке Польши. А затем на