Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд Страница 84

– Мы все люди… – прошептала Мира дрожащим от избытка чувств голосом. – И когда внутри болит, то болит одинаково. Поверь мне, я понимаю тебя. И понимаю твою боль.

Ратмир передёрнул плечами, но не отстранился. Не сумев что-либо сказать, он лишь всхлипывал. Слова, застрявшие в горле комом, так и не были произнесены.

Мягкий, обволакивающий голос Миры действовал на него как лекарство.

– Не живи с чувством вины, это кого угодно сломает.

Ратмир по-прежнему сидел, уткнувшись в голову Миры, и тяжело дышал, не в силах остановить исходивший изнутри рёв сердца.

Ласковые руки Миры, понимающе гладившие поникшие плечи Ратмира, помогали ему успокаиваться и приходить в себя.

Сложно было предположить, сколько они просидели в машине, обнимая друг друга, но, когда дрожь в теле Ратмира отступила и всхлипы стали тише, девушка облегчённо вздохнула.

Ратмир успокоился.

И вновь приятный аромат табака и мужского парфюма, исходивший от его кожи, одарил Миру волной теплоты.

Когда Ратмир отстранился, они оба выпрямилась и посмотрели на дорогу, а не в глаза друг другу.

Повисла тишина. Но не такая, которая могла смутить их, нет.

Ратмир прочистил горло и только собрался обратиться к Мире, но она опередила:

– Отвези меня домой.

Ратмир посмотрел на неё с удивлением.

– Ко мне домой, – пояснила она мягким голосом, полным решимости.

Ратмир молчал, не торопясь выезжать на трассу.

– Я думаю, нам не стоит усложнять наши отношения, – сказала Мира, посмотрев на Ратмира, на лице которого на свету блестели ещё не обсохшие дорожки слёз. – Правда, не стоит.

С минуту он молчал и с непониманием смотрел на неё пустым взглядом.

Затем он молча кивнул, его руки легли на руль.

В это время неподалёку от дома Миры припарковался тонированный Lexus серебристого цвета.

На заднем сидении сидел мужчина, на лице которого тянулись бледные бугристые рубцы, словно маленькие расползающиеся во все стороны змейки. Он докурил очередную сигарету и выбросил окурок через приоткрытое окно. Затем поднял обратно на лицо чёрную тканевую маску, которую опустил на подбородок, чтобы покурить.

Приспустив козырёк кепки указательным пальцем, он скрыл лицо от зоркого взгляда водителя, который задержал любопытный взгляд на своём пассажире.

Откинув голову на светлую кожаную подушку кресла, мужчина закрыл глаза, лишённые ресниц и бровей. На губах без чётких линий, скрывшихся под маской, заиграла довольная ухмылка.

«Добро пожаловать в родные края спустя пять лет», – пронеслось у него в голове. Ухмылка медленно исчезла, оставив на лице лишь безжалостный взгляд серых глаз.

Одно правильное решение в силах изменить ход событий.

Глава 28

Какова сущность, такова и внешность

– Она приехала, – прозвучал голос водителя, непрерывно следившего за подъездом Миры.

Мужчина, сидевший позади него, резко открыл глаза и оторвал голову от подголовника. Выпрямившись, он нажал на кнопку электроподъёмника, и стекло опустилось до уровня глаз.

Мира вышла из чёрного BMW и быстрыми шагами, беспокойно оглядываясь по сторонам, подошла к железной двери подъезда.

Несложно было узнать этот воинственный профиль за рулём машины: Ратмир провожал Миру сосредоточенным взглядом, не торопясь уезжать.

– Какая встреча, – прошептал мужчина, и губы под маской сложились в подобие кривой улыбки.

Расплывчатые очертания глаз, похожие на два круглых шара, казались неестественно маленькими и выражали сильную заинтересованность в происходящем. Мужчина потянулся в карман чёрного пальто с приподнятым воротником и достал телефон. Бегло прочитав входящее сообщение, его серые глаза вновь устремились в сторону подъезда, за дверью которого только что скрылась женская фигура.

Напоминая больше тень, нежели живого человека, мужчина сказал властным тоном:

– Едем.

Через час они подъехали к высотному зданию в элитном районе города. Оказавшись на парковке на цокольном этаже, мужчина в пальто обратился к водителю:

– На сегодня ты больше не нужен.

– Хорошо, хозяин, – ответил худощавый водитель лет сорока в строгом тёмно-синем костюме с широким галстуком.

Недовольно сморщившись от его слов, сидящий на заднем сиденье человек грубо рявкнул с отвращением в голосе:

– Не называй меня так, сколько раз можно повторять?!

– Вы же знаете, строгое указание хозяйки, – виновато произнёс водитель, следя за ним через зеркало заднего вида. – Иначе нельзя, уволит.

– Такими темпами ты вылетишь раньше, – недовольно бросив, мужчина вышел из машины. – Ключи заберу у охраны.

– Может, всё-таки вечером я ещё понадоблюсь? – поинтересовался водитель, выглянув из окна с тревожным видом.

– Игорь, успокойся. Я в состоянии позаботиться о себе сам.

– Хозяйка будет недовольна, – голос Игоря, как и его вид, стал более взволнованным.

Смотря на удаляющуюся широкую спину в строгом чёрном пальто до колен, водитель до последнего надеялся услышать положительный ответ на ранее заданный вопрос. Но вместо этого тот вновь сморщился от слова «хозяйка» и молча махнул рукой в чёрной кожаной перчатке в знак того, что тема закрыта, а затем скрылся за дверью, ведущей в лифтовый холл.

Войдя в квартиру, он огляделся, ощутив, что воздух был холоднее, чем обычно, а мраморный пол под босыми ногами показался ледяным. Удовлетворённо хмыкнув себе под нос и повесив в шкаф пальто, не включая света в прихожей, он не спеша прошёл прямиком в спальню.

Квартира на самом последнем этаже высотного здания отличалась как убранством, так и габаритами: огромные панорамные окна в гостиной, широкая лоджия, где он часами засиживался в кресле наедине с гнетущими мыслями. Холодную атмосферу «убежища», как он называл свою квартиру, подчёркивал мрачный тёмно-серый оттенок стен, отражавший внутреннее состояние самого владельца.

Он лёг на софу, что стояла у изножья огромной кровати, рассчитанной минимум на трёх человек, и уставился в зеркальный потолок. Чёрная футболка с V-образным вырезом открывала шею и руки, усыпанные такими же бледно-бугристыми рубцами, что и лицо.

Глядя на своё изуродованное тело, чаще всего скрывавшееся под чёрной одеждой и обнажавшееся исключительно дома, он по привычке с любопытством рассматривал себя. Внимательно исследуя правую часть лица, по которой протянулись особенно плотные и выступающие над кожей рубцы, он презрительно присвистнул. Глаза, походившие на отверстия, смотрелись неестественно маленькими на обезображенном лице. Одни сплошные рубцы, тянувшиеся к шее и распространившиеся по всему телу, словно корни многолетнего дерева. Непрерывное напоминание прошлого без единого шанса на настоящее.

– Живой уродец, – прошептал мужчина своему отражению. А ведь ему всего-то двадцать семь лет. Он с ненавистью отвернулся, не желая более видеть то, что каждый раз вызывало приступ отвращения.

Кровь медленно начинала закипать, гнев лавой разливался по венам, злость прорастала настолько глубоко, что становилась частью пострадавшего тела.

Одного взгляда на себя хватало для того, чтобы не забывать, кто он и откуда. А главное, – зачем вернулся. Спустя столько лет. Спустя столько адской невыносимой боли.

Поток мрачных мыслей прервал звонок в дверь.

Он резко повернул голову в сторону гостиной, которая вела в прихожую. Прислушавшись, в надежде, что это могло помочь хоть что-то расслышать, он недовольно скривил губы.

Звонок прозвонил снова.

Затем ещё раз, торопливо, заставив лежавшего на софе мужчину взбеситься.

Кто-то упорно не желал уходить.

– Твою мать!.. – зловеще прошипев сквозь зубы, он резко встал на ноги и направился в прихожую.

На экране видеодомофона показалась знакомая женская фигура с присущим ей взбалмошным поведением и неукротимым желанием потревожить покой младшего брата.