Юрий Козенков - Голгофа России Завоеватели Страница 33

2.

Весомую лепту в сеяние в России террора, хаоса и анархии вносил из далекой Швейцарии и Ленин, нелегально вернувшийся через пять лет в Россию на несколько месяцев в 1905 году. В октябре 1905 года в своей статейке "Задачи отрядов революционной армии" он инструктирует большевиков: "Отряды могли бы быть всяких размеров, начиная от двух-трех человек… Убийство шпионов, полицейских, жандармов, взрывы полицейских участков, освобождение арестованных, отнятие правительственных денежных средств для обращения их на нужды восстания…" 118 в общем ни много ни мало, убивайте чиновников, грабьте банки, развязывайте террор, панику и страх в России…

За многими самыми громкими покушениями стояла покрытая многими тайнами фигура крупнейшего провокатора-революционера под псевдонимом Иван Николаевич, он же Толстый, он же Раскин, он же Евно Азеф - руководитель боевой организации партии эсеров. Оборотень в двух лицах. Одно лицо его более менее известно - с 1892 года самый высокооплачиваемый агент тайной полиции. Многие его действия по организации политических убийств покрывались высокими чинами полиции. А кто водил рукой полиции?… Второе его обличье - социалист-революционер, руководитель боевых групп террористов, посылавший на смерть других, но сам жизнью никогда не рисковавший. А кто водил рукой Азефа с этой стороны?… Безусловно, понятна неразрывная связь между террором и политической провокацией и понятно, что полиция, желая знать все о террористах, где-то шла на прямые нарушения закона, на укрывательство. Однако согласитесь, что на таком же высоком государственном уровне идти на жертвы, тем более в масштабах такой огромной страны, полиция просто так никогда бы не смогла.

Очень характерен в этой связи один примечательный пример. В 1908 году кадеты внесли в Государственную Думу запрос о деятельности разного рода провокаторов, используемых в системе полиции, о наличии агентов-двойников, то есть перевертышей. Кадеты доказали, что о подготовке покушения на дядю царя, великого князя Сергея Александровича, в Департаменте полиции знали заранее и заняли позицию невмешательства… И что же? В январе 1906 года бывший директор Департамента полиции, эстляндский губернатор А.А. Лопухин был арестован и предан суду особого присутствия Сената по обвинению в выдаче Евно Азефа членам ЦК партии эсеров. Лопухин объяснил свой поступок желанием прекратить террористические акты и предотвратить дальнейшее разложение государственного механизма. За что Лопухина приговорили к лишению всех прав, состояния и сослали на 5 лет на каторгу. 119

Вот где чудеса. Директора Департамента полиции арестовали за то, что полиция закрывала глаза на совершаемые теракты, а 5 лет каторги влепила за его действия по пресечению террора и желание предотвратить дальнейшее разложение государства. Щупальца масонов и сионистов пролетали во все щели государственного аппарата России. В этой связи мне кажутся интересными два факта из последующего времени, когда уже совершили революцию в России. Сразу же после Февральской революции в Петрограде была создана Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства по расследованию противозаконных должностных действий бывших министров и других высших должностных лиц царского правительства. Стенограммы ее материалов, изданных в Ленинграде в 1924-1927 годах, показывают, как опрашиваемые на допросах выбалтывали все, о чем в иных условиях не помыслили бы и слова вымолвить.

Историк Н. Яковлев в своей книге "1 августа 1914" приводит интересные выдержки из стенограммы допроса С.П.Белецкого, долгое время служившего в охранке и бывшим в канун войны 1914 года директором Департамента полиции, а в войну - товарищем (т.е. заместителем) министра внутренних дел России. Прославившись многими провокациями и спасая свою жизнь, он старался рассказать все. Например, на допросе 15 мая 1917 года, описывая структуру зарубежной агентуры охранки, Белецкий промолвил: "Затем по вопросу о масонах". Немедленно последовал вопрос председателя: "Какое же отношение имеет департамент полиции к масонам?" 120 Белецкий рассказал то, что он знал, однако комиссию это не заинтересовало, а за длинный язык он был "вознагражден". По распоряжению бывшего тогда министром юстиции масона А.Ф. Керенского, он был брошен в карцер, - почти единственный из всех допрашиваемых, хотя из десятков лиц, прошедших перед этой комиссией, только он один дал показания на несколько сот страниц. Конечно, карцер не сравнить с ленинскими расстрелами без суда и следствия или изуверскими пытками большевиков в гражданскую войну. И тем не менее. Характерность стиля и методов устрашения к тем, кто не умеет держать язык за зубами, ярко прослеживается и через всю историю коммунистического правления. Особо характерным примером был судебный процесс над торговой мафией в Москве, в период руководства СССР Андроповым. После состоявшегося тогда суда, многие ушли от заслуженного наказания, некоторым дали срок наказания от 8 до 14 лет, и только одного человека расстреляли. Соколова Ю.К., директора Московского гастронома № 1, более известного москвичам как Елисеевский. За что же такая суровая кара? Оказывается, за активную помощь следственным органам. В то время как остальные преступники по этому делу любыми путями запутывали следствие, Соколов, памятуя наше уголовно-процессуальное производство, смягчающее наказание тем, кто способствует раскрытию преступлений, и наивно веря нашей Фемиде, раскрыл следствию весь механизм торговой мафии в Москве и назвал соучастников…

Возвращаясь к прозаическим практикам террора, убийцам и преступникам, необходимо сказать, что пресса того времени постоянно, как и в наши дни 90-х годов, подбрасывала поленья в костер хаоса, раскручивая маховик нестабильности государственных структур. Поток статей о якобы жестокости и деспотичности царского режима, который вынужден был применять законные меры защиты общества от убийц-террористов, подогревали страстишки как столичной, так и провинциальной нигилистической интеллигенции, вгоняя ее в раж от словоблудных сентенций о несчастных революционерах, которые несут свободу народу, о реакционном режиме самодержавной власти и о жестокостях военно-полевых судов.

Кто же в прессе разжигал эту ненависть против законной власти? Вот только краткий перечень этих адептов хаоса и мятежа в России. Перечень представителей русских газет только в одной Государственной Думе в 1908 году:

"Санкт-Петербургские Ведомости"

- 

ГЕССЕН Арон Ильич,

"Русь"

- 

АБИЛЬЕВИЧ Шльома Менделевич и СТЕМБО Авраам Лазаревич,

"Товарищ"

- 

БЛАНК Рубин Маркович

"Петербургский листок"

- 

ЧЕРКАССКИЙ Арон Мовшевич

"Сегодня"

- 

КРИЧМЕР Авраам Янкелевич

"Речь"

- 

НЕМАНОВ Лейба Мовшевич

"Русское слово"

- 

РУМАНОВ Абрам Бенжемин, СТЕМБО Аврам Лазаревич

"Русский голос"

- 

СТОЛКИНД Абрам Янкелевич

"Слово"

- 

ЛИВШИЦ Яков Борисович

"Одесский листок"

- 

ЦИТРОН Авраам Лейбович

"Одесские новости"

- 

ЭРМАНС Соломон

"Киевская мысль"

- 

КУГЕЛЬ Натан и НЕМАНОВ Лейба Мовшевич

"Киевские новости"

- 

БАЛАБАНОВ Соломон

"Южный край"

- 

ЦИТРОН Авраам Соломонович

"Саратовский листок"

- 

ЛИВШИЦ Янкель

"Тифлисский листок"

- 

СТЕМБО Авраам Лазаревич

"Современное слово"

- 

НЕМАНОВ Лейба Мовшевич

"Биржевые ведомости"

- 

КРЕЧМЕР

"Вечерняя газета"

- 

"Час"

- 

АРОНОВСКИЙ Самсон Самсонович

"Виленский вестник"

- 

БОГОРАЗ (Тан)

"Бессарабская жизнь"

- 

"Астраханский листок"

- 

"Голос Москвы"

- 

В центральных органах печати России наблюдалась такая же картина. Редакторами следующих изданий печати были евреи:

"Экономической жизни"

- 

Вайсберг

"Правды"

- 

Савельев

"За индустриализацию"

- 

Таль

"Крестьянской газеты"

- 

С.Б. Урицкий и Гинзбург

"Огонька"

- 

М. Кольцов

"Комсомольской правды"

- 

В.М.Бубекен

"Водного транспорта"

- 

Е.Цехер

"Красной звезды"

- 

М.М.Ланда

"Рабочего пути"

- 

С.Шейдлин

"Рабочего"

- 

Л.Хейфец и т.д.

Ложь, дезинформация, провокации - вот главные инструменты сионистской печати в России по дестабилизации работы государственных институтов власти и возрождению позывов к мятежу среди народа. Например, события 9 января 1905 года, которые всегда трактовались с позиций невиданного преступления самодержавия, когда народ вышел к царю с прошением, всегда приписывались попу Гапону, как действия провокаторские, подготовленные царской охранкой. Но ведь известно, что после расстрела этого шествия, организованного Гапоном при поддержке эсеров, и, в частности, Петра Моисеевича Рутенберга, его организаторы скрылись, и вечером этого страшного дня Гапон поехал с Рутенбергом в Вольное экономическое общество - гнездо масонов, о котором писала Кускова в 1955 году, и выступил там с никому не нужной речью. 122