Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина Страница 365

– Я смотрю, Досифей не на шутку развернулся! – пробормотал Мономах.

– А то! Есть заготовщики дров – только мужики, само собой, уборщики и те, кто служит при церкви – наводит там порядок, следит за иконами, свечами и так далее. По-моему, Досифей очень любит власть и себя в ней: его прямо-таки прет от того, что люди идут к нему за советом и слушают его проповеди, открыв рты!

– Как думаешь, мог он приказать убить Олега?

– Трудно сказать. На самом деле, пока что я ничего криминального не заметил: все, кого я встречал, находятся в общине добровольно, никого ни к чему не принуждают. Досифей – прирожденный лидер. Он всегда мягок и приятен в общении, но, полагаю, ему и не нужно никого запугивать: если потребуется, с этим отлично справятся его подручные, Марфа и Константин!

– Они кого-то покалечили?

– Я такого не видел. С другой стороны, я в общине без году неделя…

– Тебе удалось выяснить, приходил ли к Досифею Олег, и что произошло после?

– Пока нет. Понимаешь, если я стану задавать вопросы, это могут счесть подозрительным. И потом, как ты себе это представляешь – показывать всем фотку Олега и спрашивать, не видели ли они его?

– Нет, конечно, но… как-нибудь, исподволь…

– Я пытался, но пока информации – ноль. Возможно, если я смогу приблизиться с Досифею, мне удастся выяснить что-то еще. По-моему, я ему приглянулся!

– Ты, это, поосторожней, Темка!

– Пап, Досифей вовсе не по этой части! – рассмеялся тот.

– Откуда ты знаешь? Может, он умело маскируется!

– Не думаю, что ему придет в голову силой принудить меня к чему-то: я моложе и сильнее! Но ты даже не беспокойся ни о чем таком: Досифей – нормальный мужик, без всяких там странных наклонностей.

– Ага, нормальный – дядьку твоего грохнул и не поморщился!

– Сомневаюсь, что он это сделал.

– А кто, Константин?

– В общине почти все смотрят Досифею в рот и готовы на что угодно, чтобы получить его одобрение. Так что, как ты понимаешь, недостатка в исполнителях не возникло бы!

– Не скажи! – возразил Мономах. – Одно дело – собирать с лохов бабки и свинарники чистить, и совсем другое – человека убить, тут особый характер нужен… Джип с кенгурятником есть у Досифея?

Артем покачал головой.

– Видел только грузовичок, но я в гараже не был. Мне нужно время, пап, и я обязательно что-нибудь накопаю!

– Времени мало, Темка, ведь отпуск не бесконечный!

– Ничего, меня подождут. Если хочешь знать, я вообще не уверен, хочу ли продолжать работать там…

– В сборной? Брось, тебя же ценят, обожают и платят отлично!

– Все так, но…

– Что-то случилось, сын? – встревожился Мономах. – Может, поделишься?

– Возьмешь меня к себе в штат?

– Ты же знаешь, я был бы только рад, но для твоей карьеры это шаг назад!

– Да бог с ней, с карьерой! Пап, жить надо сегодняшним днем. Погляди на Олега: еще вчера он был, а сегодня…

– Вот потому-то я и не хочу, чтобы ты задерживался в общине: не ровен час, тебя раскроют, и…

– И – что, убьют, как Олега?

– А почему нет? Кто их знает, сектантов этих?

– Ладно, пап, не кипишуй! – отмахнулся Артем. – Если я почую опасность – сразу же свалю, слово даю… Ладно, я пошел: у нас комендантский час, и меня могут хватиться, ведь я ночую в бараке вместе с другими парнями!

Условившись о времени следующей встречи, отец и сын расстались. Отпускал Артема Мономах с тяжелым сердцем: он уже утратил брата и не пережил бы потери сына. Конечно, община Святого Ангела – не бандитское логово в прямом смысле слова, но кто знает, на что способен человек, любящий власть, если почувствует, что его положение под угрозой?

В сгустившихся сумерках Мономах едва различал очертания местности. Наконец он вышел на полянку, за которой начинался участок леса, на опушке которого стоял домик Африканыча. Внезапно он услышал странный звук за спиной, похожий на хрюканье, и резко обернулся: перед ним, всего в каких-нибудь двадцати метрах, стоял, роя землю передней ногой, кабан. Мономах было понадеялся, что встретился с заплутавшим домашним животным, но нет – он мог отличить обычного хряка от дикого кабана и знал, что тот является опасным зверем. Что делать в такой ситуации, Мономах понятия не имел, поэтому застыл на месте, надеясь, что животное не нападет – в конце концов, кабаны, даже дикие, не питаются людьми!

Какая-то тень метнулась из-за дерева в сторону разъяренного зверя.

– Пошел отсюда! – услышал Мономах низкий женский голос. Голос звучал спокойно и властно, словно говорящая даже не сомневалась в том, что ее послушаются. И как ни удивительно, она не ошиблась: кабан, громко хрюкнув напоследок, развернулся и затрусил в обратную сторону. Мономах шумно выдохнул и собрался поблагодарить неизвестную местную жительницу, но она исчезла! Как такое могло произойти, ведь он отвлекся всего на секунду? А была ли она вообще, женщина, или только привиделась Мономаху? А кабан?

На подходе к домику Африканыча он увидел свет на крыльце: старик стоял, облокотившись на ветхие перила, на них стоял большой фонарь.

– Ну, слава богу, вернулся! – воскликнул Африканыч. – А я уже искать тебя собрался – ночь на дворе!

– Да брось, Африканыч, что тут может произойти-то? – пожал плечами Мономах, у которого все еще сводило пальцы ног и рук при воспоминании о встрече в лесу. – Не джунгли ведь!

– Джунгли не джунгли, а пропасть можно запросто! – сердито возразил старик. – Вон, в полукилометре отсюдова, болото – бог знает, сколько народу там сгинуло! И зверья всякого полно: волков, конечно, нет, а вот медведи да кабанчики водятся… Ты чего на ночь глядя в лес-то поперся? Делать там сейчас нечего: для ягод и грибов еще рано, а гулять лучше при дневном свете!

– Ты прав, Африканыч, – примирительно кивнул Мономах. – Больше не буду!

Он вдруг вновь ощутил себя мальчишкой, которого дед отчитывает за плохое поведение. Чувство было приятным.

– Ну, пошли в дом, что ли! – проворчал старик, беря в руку фонарь. – Я чайник поставлю.

– Африканыч, а ты не в курсе, что за женщина могла пойти в лес в такое время? – спросил Мономах.

– Женщина? – переспросил тот. – Я же говорил тебе, что поблизости не живет никто, кроме Аграфены!

Однако выглядел старик не слишком уверенным, и это не укрылось от Мономаха.

– Говорил-то говорил, но я видел кого-то в лесу, – сказал он, решив не рассказывать о кабане, чтобы не волновать своего и так обеспокоенного хозяина.

– Может, из сектантов кто? – предположил Африканыч. – Хотя чего им по лесу-то шататься по ночам…

Прежде чем войти в дом, Мономах оглянулся. Перед ним чернел лес, кажущийся таким гостеприимным и мирным при свете дня и становящийся таинственным и опасным в ночной мгле. Кто знает, что может таиться в его чаще?

– Хорошие тут места, – заметил Антон, не поворачиваясь к Алле и внимательно глядя на дорогу. – Даже странно, что в этом направлении столько заброшенных деревень и поселков!

– Видимо, все дело в работе, – ответила на это Алла, глядя в окно на проплывающие мимо мирные зеленые пейзажи. – Если людям негде заработать денег, они уезжают…

– Вы правы, – кивнул Антон, не отрывая взгляда от ветрового стекла. – Думаю, правительству стоит чуток отвлечься от проблем мирового масштаба и задуматься о насущном: каждое поселение нуждается в градообразующем предприятии. Это может быть лесопилка, птицефабрика, молокозавод или что-то еще… Не понимаю, почему никто не решает эту проблему, ведь новые рабочие места выгодны для государства!

Они вели ничего не значащий разговор, стараясь хоть на время отвлечься от размышлений о деле, которое им предстоит. Оба чувствовали себя не лучшим образом: общаться с людьми, состоящими в секте, пусть они и называют себя иначе и даже претендуют на принадлежность к официальной церкви, обычно тяжело. Захотят ли они отвечать на вопросы? Если нет, Алла не сможет их заставить, ведь ордера на обыск она так и не получила, поэтому придется действовать на добровольной основе. А кто, спрашивается, сам признается в преступлении?