Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов Страница 50

– Давайте, – согласился Дима. – Я бы разобрался как раз с домашкой заранее, чтобы на неделе чувствовать себя свободнее.

– Да, мне тоже нужно позаниматься дома, – согласилась Маша.

Таня стояла рядом и влюбленно рассматривала фотоаппарат, висящий на шее, нежно придерживая его руками и ощупывая курки пальцами. Так и не произнеся ни слова, она молча посмотрела на своих друзей.

Миша усмехнулся:

– Что ж, значит, нам всем будет чем заняться. Тогда до понедельника?

– До понедельника, – согласилась Маша и как-то игриво улыбнулась Мише.

Глава 14. Ночной гость

Дома, после того как Миша наконец-то разобрался со всеми домашними заданиями и долгами по школе, он вновь решил вернуться к своим размышлениям о терзавших его проблемах. О сигналах, о рисунках, об автобусе, который он видел, и о том, стоит ли дожидаться признания от Маши или стоит сделать первый шаг и пригласить ее на танцы. Выйдя в коридор, который встретил его мягким поскрипыванием половиц, Миша двинулся в сторону кухни, чтобы поставить чайник. Дожидаясь, пока чайник закипит на плите, Миша вдруг решил помыться пораньше, пока родителей нет дома. К тому же, пока его никто не торопил к ужину, можно было залезть в горячую ванную с горячим чаем и часик просто побалдеть, отдавшись блаженной неге и ни о чем не думая. От одной только мысли об этом у Миши резко приподнялось настроение и пробежали мурашки по спине. Довольный своей идеей, он тут же побежал в ванную, воткнул сливную пробку и включил воду. Вернувшись на кухню, он налил себе чай, сделал бутерброд со сгущенным молоком и отнес все это в ванную, расположив на одной из свободных полочек, предназначенных для средств гигиены. Сбегав быстренько к себе в комнату за полотенцем и чистым бельем, Миша тут же вернулся обратно, разделся, взял бутерброд с чаем и залез в ванну с горячей водой.

Ванная комната, в которой он расположился, была маленькой, но весьма уютной. Настоящая капсула тепла, в которой Миша всегда чувствовал себя более защищенным, чем в своей комнате. Белый кафель, который добавлял еще больше света, чистая блестящая раковина и аккуратные полочки с принадлежностями, расположенные в углах комнаты. Покончив с бутербродом и чаем, Миша вернул кружку на одну из полочек и вновь провалился в горячее небытие. Пар, заполнивший ванную комнату и покрывший своей пеленой зеркала, лишь еще больше отрывал Мишу от реальности, погружая его в глубины дремоты. Из прихожей доносился звук тикающих часов, а на кухне раздавалось редкое потрескивание остывающего чайника.

«А что, если я ошибся? – подумал Миша. – Что, если я неправильно считал знаки? Что, если никаких знаков и вовсе не было?» Миша поймал себя на мысли, что думать об обратном ему намного приятнее. Наверное, все откроется на танцах в субботу. Даже если она так и не позовет его, он обязательно пригласит ее на танец сам. А почему бы и нет? Умыв лицо уже теплой водой, Миша откинулся назад и принялся разглядывал стаканчики с зубными щетками. Представляя, как он впервые будет танцевать в полумраке под музыку, Миша вдруг обнаружил, как в глубине души зашевелились какие-то нежные и незнакомые ему ранее чувства. «Какая глупость, – сказал он себе, – эти размышления только усугубляют ситуацию». Когда его мысли были заняты всякими романтическими приключениями, Миша ловил себя на том, что может часами проводить время в туманных грезах. Скинув остатки нежной дремоты, он еще раз умыл лицо, открыл слив в ванной и поднялся, чтобы помыться. Уже полчаса спустя, вытираясь полотенцем, Миша прогуливался по своей комнате. Внимательно разглядывая карту Васильевского острова на стене и задумываясь о рисунках, которые он видел во дворах. Завтра он целый день посвятит этому вопросу. Обязательно. От размышлений его оторвал звонок телефона, раздавшийся из коридора. Немного удивленный, Миша накинул домашнюю одежду и вышел в коридор. Сняв трубку, он неуверенно ответил:

– Слушаю.

– Здравствуйте, а можно Мишу Разумова к телефону? – спросила Маша, голос которой он узнал сразу же. В груди опять заныло какое-то неприятное, но до жути манящее волнение.

– Привет, Маш, это я, – ответил Миша максимально отстраненно и безразлично, старательно подавляя волнение в голосе.

– Я тебя не отвлекаю?

– Нет, что ты, я уже закончил делами с делами и как раз… ничего не делал.

– Хорошо, я хотела с тобой немного поболтать об этом всем, если ты не против, конечно.

– Об это всем? – переспросил Миша, и его волнение усилилось.

– Ну да. Знаешь, о том, что сейчас происходит. У нас.

– У нас? – опять переспросил Миша, и его голос немного задрожал.

– Ну да. Все эти… приключения с автобусом, если так можно выразиться, тебе не кажется, что это может быть очень опасным?

– А… ты об этом.

– Да, а ты о чем подумал?

– Да ни о чем, просто немного потерялся. Как раз размышлял об опасности всего этого мероприятия… Ты знаешь, это ведь и правда может быть очень опасным. Но у нас есть огромный козырь в рукаве.

– Какой?

– Наш инженер-волшебник, который поможет нам узнать об автобусе до его внезапного появления на улице перед нами.

– Ну да, это правда. И все же я думаю, может, нам стоило бы кому-нибудь сообщить об этом всем?

– Я бы с радостью, но ты же слышала, они не поверят ни за что в жизни. Я и сам иногда сомневаюсь и задумываюсь: а не сошел ли я с ума часом?

– А ты правда его видел?

– Да, – тихо ответил Миша и как-то обиженно спросил: – Ты мне не веришь? Скажи, я не обижусь, я прекрасно тебя понимаю.

– Нет, я тебе верю, Миш. Но это так странно, просто мистика какая-то.

– Согласен. Именно поэтому я хочу сначала его сфотографировать. Сфотографировать его и эти рисунки, поймать с поличным и уже потом попробовать обратиться в милицию.

– А если они и тогда не поверят?

– Я не знаю, будем думать. Наверное, будет иметь смысл рассказать об этом другим людям, чтобы они знали.

– Наверное, – тихо ответила Маша. – Послушай, я еще хотела кое о чем тебя спросить, но только ты должен пообещать, что это останется между нами, хорошо?

– О чем? – Сердце Мише вновь сжалось.

– Сначала пообещай, что никому не скажешь!

– Хорошо, обещаю, что никогда и никому до конца своей жизни не расскажу об этом диалоге.

– Хорошо! – Маша засмеялась. – Слушай, я хотела тебя спросить кое о чем. Ты помнишь, что в следующую субботу