Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 34

— Даже не знаю, — засмущался Ломтев.

— Это не предложение, а приказ старшего по званию. Надеюсь, ты еще не всю воблу раздал?

— Как можно, — принял шутливый тон старшего коллеги Андрей. — У меня для знающего человека и чехонь припасена.

— Так чего же мы тут с тобой тянем? Нас женщины уже заждались. Моя стол накрыла, а твоя голодная сидит.

…Засиделись они допоздна. Жена Ивкова, узнав, что Елена врач, очень обрадовалась.

— У нас у многих от этого жаркого климата проблемы со здоровьем, а к португальскому врачу не пойдешь — там такие цены, ужас. А нашим медпунктом заведует жена одного сотрудника, но у нее только фельдшерское образование. Мы ее Зеленкой зовем. У нее на любую проблему со здоровьем один ответ — «зеленкой помажь», хоть палец порезал, хоть насморк начался. Может, ты, Леночка, согласишься полечить нас? Мой Иваныч похлопочет насчет медпункта.

Мужчины отправили женщин на кухню, а сами остались в комнате за начатой бутылкой портвейна. Майор кратко обрисовал ситуацию в посольской колонии. Тревожных признаков среди советских граждан не наблюдалось. Николай Иванович через плотную сеть информаторов держал все под контролем.

Лена быстро сдружилась с женой Ивкова, которая с удовольствием взялась ее опекать. Они жили в Лиссабоне уже несколько лет, и супруга знала, где покупать продукты подешевле, как торговаться на рынке и много других полезных бытовых мелочей. Жены командированных советских служащих стремились получить при посольстве хоть какую-нибудь работу, так как это приносило в семейный бюджет дополнительную валюту. А деньги для многих были главной целью работы за границей. Валюту тратили очень экономно, стараясь сберечь каждый эскудо, ведь на них можно было купить вещи и предметы, которые с большой выгодой можно перепродать в Союзе. У каждой семьи была заветная цель — накопить или на кооперативную квартиру, или на машину, дачу. Благодаря тому же Ивкову Лену оперативно определили заведующей медпунктом. Жены сотрудников быстро убедились в профессионализме и отзывчивости нового медика, так что скоро она стала популярной личностью в советской колонии среди как взрослых, так и деток. Андрей был только рад, что жена не мается от скуки в чужой стране, а занята делом.

Вскоре он стал обладателем светло-серого пятидверного Renault 5 Alpine. Мотор объемом одна целая четыре десятых литра, мощностью в сто десять лошадиных сил мог по трассе разгоняться до двухсот километров в час. Молодой контрразведчик сосредоточился на изучении представительства ЦРУ в Лиссабоне. На первом этапе надо было вычислить кадровый состав резидентуры. Само здание посольства США тщательно охранялось и находилось под неусыпным контролем, поэтому организовать наблюдение и тем более фотосъемку машин и людей, заезжающих на территорию посольства, было проблематично. К зданию вела двухполосная дорога. Метров за пятьсот на светофоре она делала поворот, так что машины вынужденно снижали скорость. Вот на этом перекрестке на втором этаже углового дома Ломтев снял комнату. Из нее можно было фотографировать притормаживающие машины, их номера, водителя и даже пассажиров, а затем в бинокль из другого окна отслеживать, свернуло авто в ворота посольства или проследовало мимо. Шифровальщик резидентуры, выполнявший обязанности в том числе и специалиста по фототехнике, взвыл, когда увидел, какое количество пленок принес новичок на проявку и печать. Но Андрей вызвался с удовольствием ему помогать и сам быстро приобрел необходимые навыки. Вскоре он смог составить список марок и номеров машин нескольких десятков сотрудников американского посольства и фото их владельцев. Фото отправили в Центр, чтобы проверить по картотеке выявленных сотрудников ЦРУ. Через местную агентуру в МИДе также удалось достать список сотрудников дипломатической службы США. Так как он являлся служебным, а не секретным документом, то это не составило особого труда. Пристальное внимание в списке контрразведчики уделили лицам, помеченным как «персонал радиостанции ВВС», «политический советник Государственного департамента», а также «аналитик Министерства обороны». Под этими должностями чаще всего и скрывались кадровые сотрудники ЦРУ. Списки также ушли в работу аналитикам КГБ. Вскоре в картотеке лиссабонской резидентуры уже насчитывалось два десятка выявленных американских разведчиков. Первый шаг был успешно сделан.

Но на этом успокаиваться было нельзя. Чтобы найти надежный «крючок» для вербовки сотрудника ЦРУ, нужно больше информации, особенно личной, а ее как раз и не хватало. Вернее, она была, но только на самого резидента и его заместителя. Они давно в разведке, но вот их-то пытаться склонить к сотрудничеству было бесполезно. Значит, надо переключать внимание на их окружение. Однако молодой контрразведчик решил начать с изучения самого Дэвида Уиппла и его ближнего круга.

Каждое утро, чуть раньше восьми часов, в предместье Лиссабона совершается обязательный ритуал. Довольно большой участок огорожен высоким, заросшим колючим вьюном забором. В глубине виднеется высокий дом с двумя входами на параллельные дороги. Сначала у главного выезда появляется привратник и бегло просматривает обе улицы. В этот час, как правило, дорога и тротуары пусты. Успокоенный привратник возвращается в дом, чтобы вызвать автомашину. Несколько минут спустя она выкатывается из гаража. Это представительный длинный черный американский лимузин. Из машины выходит шофер, он же охранник, плотный, совершенно лысый человек в темных очках. Он так же внимательно осматривает улицы, надевает фирменное шоферское кепи, подает знак и садится в автомобиль. Только после этого из особняка поспешно выходит мрачный человек в сером костюме и с седыми волосами. Он высок, лет пятидесяти, имеет подтянутый вид теннисиста. Его часто сопровождает личный помощник. Как только они занимают свои места, большой автомобиль отъезжает. Рано и пунктуально, подобно рядовому чиновнику, каковым он и является, но с осторожностью, свойственной его профессии, глава лиссабонской резидентуры ЦРУ отбывает в свой офис. Вечером ритуал повторяется, но только в обратном порядке. Почти все время Дэвид Уиппл проводит в посольстве, редко появляясь на публике.

Чарльз Томас официально числился в штате посольства советником по политическим вопросам. Заместитель резидента хоть и обитал не в особняке, а в апартаментах, но тоже вел довольно отшельнический образ жизни. Ломтев уже в который раз перечитывал его досье, пересланное из Центра, и пытался найти хотя бы малейшую зацепку. Внезапно его озарило — через две недели у мистера Томаса юбилей. Наверняка, по американской традиции, он затеет какой-нибудь пикник. Только заниматься этим будет не он сам, а, скорее всего, его супруга. Экстравагантная женщина, предпочитавшая яркие брючные костюмы и носившаяся по всему Лиссабону на скоростной спортивной машине. Андрей все внимание переключил на супругу. Чутье его не подвело. Дама несколько раз заезжала в дорогой загородный ресторан. Здесь ее почтительно встречали, но