Темные гастроли - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 32

— Завтра суббота, — намекая на официальный выходной, протянул Губанов. — Или полковник вместе с нами решил и по выходным бдить?

— Пока банду не обезвредим — никаких выходных. А то, что и в субботу без внимания полковника не обойтись, так нам не привыкать, — отрезал Девяткин и уже чуть мягче добавил: — Ничего, парни, вот закончим с этим делом, постараюсь выбить вам неделю отгулов.

— Это другое дело, — ободрился Губанов. — А с Яценко ведь не нам нянчиться. Желает свой выходной в кабинете сидеть — препятствовать никто не станет. Вот если бы он с нами на задание собрался, тогда пиши пропало. Он, поди, лет десять из кабинета не вылезал.

— Попридержи язык, капитан, — одернул приятеля Девяткин.

— Виноват, товарищ майор, — быстро отступил Губанов. — Так что, по домам?

— Идите уже, а то мы так не до отгулов, а до выговора договоримся, — устало ответил Девяткин. — Отдохните как следует, завтра нас ждет трудный день.

Собираясь домой, оперативники и не предполагали, что уже через несколько часов им вновь придется ехать в управление, а обо всех мероприятиях, так тщательно спланированных накануне, придется забыть.

* * *

В 1978 году досуг воронежцев был скромным и предсказуемым. После смены на заводе или серых будней в конструкторском бюро люди собирались у телевизора. Смотрели «Очевидное-невероятное» с его бессменным ведущим профессором физики Сергеем Капицей, играли в домино во дворе или шли в кинотеатр «Спартак», чтобы в третий раз посмотреть нашумевший фильм Эльдара Рязанова «Служебный роман».

Летом начинались пикники на реке Чернавке, с гитарой и поджаренным на костре хлебом. Под бренчание гитары по берегу разносились песни Визбора и Высоцкого, перемежаясь со шлягерами Аллы Пугачевой вроде «Арлекино» и популярными в те годы новинками восходящей звезды Валерия Леонтьева, покорившего сердца советских людей после выпуска «Песни–77».

Зимой воронежцев манил каток у фонтана в парке культуры и отдыха «Динамо», а любителей погреть косточки — парилка в гостинице «Строитель», где за солидную сумму в пятьдесят копеек ты получал два часа отменного пара, веник и кусок мыла. Те, кому баня в гостинице была не по карману, отправлялись в обычную общественную баню, где за те же два часа, веник и мыло их кошелек «худел» всего на пятнадцать-двадцать копеек. В качестве компенсации за меньший комфорт любители дешевого пара, выйдя в предбанник, могли насладиться ледяной газировкой всего за три копейки, если, конечно, ребятня, пасущаяся там с утра до вечера и заказывающая газировку не иначе как с двойным, а то и с тройным сиропом, не прикончит сироп еще до обеда.

Воронежцы, ценящие более культурный отдых, покупали билет в филармонию на «Веселую арию» или посещали литературный вечер в Литературном музее имени Никитина. Кто-то предпочитал посетить Музей воинской славы, кто-то спешил расширить познания о малой родине в краеведческом музее, выбирая доступные развлечения по доступным ценам.

Но для особых случаев воронежцы выбирали ресторан «Океан». Это чудо архитектурной мысли построили в 1975 году на проспекте Революции, и с тех пор оно как магнит притягивало воронежцев, непривычных к столь изысканным интерьерам. Двухэтажное строение с плоской крышей, широкими, во всю стену, окнами и неоновой вывеской на фасаде, оно резко контрастировало с серыми типовыми домами. Заведение поражало посетителей современным внутренним убранством: медная барная стойка, цветомузыка по последнему слову техники, сеть из тысячи ярких лампочек на потолке и импортные напитки в меню. А какие блюда! Тут тебе и осетрина под белым соусом, и черная икра в стеклянных вазочках с позолоченными ложечками, и рис с креветками. Салат оливье исключительно с импортным соусом и уж совсем невероятная экзотика — кольца кальмаров в особом кляре. Запивать все эти деликатесы предполагалось тоже не водой из-под крана. Уважающие себя горожане запивали деликатесы ереванским коньяком «Двин», ромом «Бодегита», а если экзотика ближе к душе, то можно выбрать коктейль из рома и апельсинового сока. А уж о десертах можно было слагать легенды. Чем не рай на земле?

Понятное дело, что рай этот не для обычного дня и не для всех, ведь самый скромный счет за компанию из четырех человек редко оставался двузначным. Если ты заплатил в «Океане» пятьдесят рублей за компанию, значит, ты и не посидел вовсе, но воспоминания о посещении «морского рая», хранящиеся в сердце городского обывателя, того стоили. Да и обыватель захаживал в этот ресторан не так уж часто. Завсегдатаями здесь были партийные шишки, командировочные из Москвы, директора заводов и фабрик да редкие счастливчики, коим довелось иметь в ресторане «блат». Простые смертные — токари, библиотекари, учителя и дворники — появлялись здесь разве что в компании более маститых гостей.

А уж как эти гости расфуфыривались перед походом в райское место! Дамы делали укладку в парикмахерской, душились исключительно французскими духами, надевали платья, пошитые на заказ в ателье, и ювелирные изделия, все, какие были в их распоряжении. Их кавалеры повязывали галстуки, влезали в костюмы-тройки и лакированные туфли. Парфюмом тоже не пренебрегали, как-никак идут «в свет». И неважно, какой повод привел их сюда: юбилей ли, годовщина свадьбы, награда, приуроченная к празднованию государственного праздника, или просто солидная премия, полученная стараниями начальника, — столик в «Океане» бронировали за несколько недель до предполагаемого торжества. А если забронировали, то уже не отказывались, пусть хоть весь мир рухнет в одночасье — поход в «Океан» останется неизменным.

Семейная пара Чардымцевых так и поступила: несмотря на волнения в городе, связанные с происшествием в день премьеры спектакля, супруги решили не отменять поход в ресторан, ведь место было заказано еще в середине августа. Повод тоже был нешуточным: десять лет совместной жизни — это вам не премия в честь празднования годовщины Октябрьской революции. А если учесть, сколько препон им пришлось преодолеть на тернистом пути к семейному счастью, то и говорить не о чем.

Жизнь в браке Юлии и Антона Чардымцевых безоблачной не назвал бы и самый непритязательный зритель. Почему зритель? Да потому что, как утверждали немногочисленные друзья Чардымцевых, историю их семейной жизни впору было излагать на подмостках театра. Тут тебе и трагедия в стиле Шекспира, и комедия фарса в лучших традициях Жан-Батиста Мольера.

Само их знакомство началось с удивительной истории, когда у Юлии в электричке кто-то украл кошелек, а она обвинила в краже Антона, который ни разу в жизни чужого не взял. Тогда от тюрьмы будущего супруга Юлии отделяла тончайшая грань, и только благодаря добросовестному труду оперативников Ленинского района, в ведение которых входили и