Темные гастроли - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 29

— Да, думаю, да. — Зеленцов продолжал смотреть на портрет. — Вы знаете, кто он такой?

— Да, нам известно его имя и адрес. По идее, я не должен вам об этом говорить, но думаю, вам стоит знать. — Девяткин помедлил, прежде чем добавить: — Этот преступник совершил много злодеяний, но с вашей помощью мы его поймаем.

— Скажите, откуда в людях столько жестокости? Я просто не могу понять, как человек мог пойти на такое? Чем эти молодые люди могли кому-то насолить?

— О нет! Не делайте этого, — Девяткин жестом остановил Зеленцова. — Стоит только начать искать рациональное зерно в действиях преступника, и вы завязнете по самую шею. Мой вам совет: оставьте это дело профессионалам, а сами занимайтесь Люсей или тем, что вам больше всего нравится. Только не тратьте свою жизнь на выяснение мотивов действий преступников.

— Хорошо, я постараюсь последовать вашему совету, — произнес Зеленцов, но фраза прозвучала не слишком искренне.

— Скажите, у вас есть телефон? — желая сменить тему, спросил Девяткин. — Мне нужно позвонить на работу, а искать телефон-автомат на улице не очень хочется.

— Аппарат в гостиной.

Зеленцов провел майора в гостиную, где на высоком комоде стоял телефонный аппарат. Подняв трубку, Девяткин набрал номер телефона отдела. Дежурный ответил после второго гудка.

— Дежурная часть, старшина Широков, слушаю, — прозвучал в трубке голос.

— Привет, старшина, это майор Девяткин, — сообщил майор. — Не посмотришь, мой стажер Малгаджаров еще в лаборатории?

— Из технического отдела все уже ушли, товарищ майор. Лейтенант Рукавишников минут десять назад ключи сдал, — услышал он в ответ.

— Что ж, тогда запиши для него сообщение. — Девяткин быстро надиктовал текст с просьбой отправить в типографскую печать листовку с портретом Омарова. Покончив с сообщением, он спросил: — Для меня что-то важное есть?

— Так точно, товарищ майор. Подождите минуту, я найду записи. — Какое-то время в трубке был слышен лишь шелест страниц, затем старшина вновь заговорил: — Нашел. Первое сообщение от капитана Губанова. Вахтер не уверен, что у НИИ орудовал Омаров. И второе сообщение от лейтенанта Червяченко: Егор Купчихин не берется опознать Омарова на сто процентов, но вероятность есть. Больше никаких сообщений.

— Не то, что я ожидал, но отрицательный результат — тоже результат, — философски изрек Девяткин и положил трубку.

— Не слишком хорошие новости? — догадался Зеленцов.

— Ничего, ваших показаний хватит, — бодро заявил Девяткин. — Идентифицируем одного, а за ним и остальные потянутся. Что ж, мне пора. Вам спасибо за помощь.

— А вам удачи в поимке преступников. — Зеленцов протянул ладонь для рукопожатия.

— Не забудьте прийти подписать показания, — напомнил Девяткин и ушел.

Сидя в машине, пока водитель вез его домой, Девяткин вспоминал, как тяжело было Зеленцову вспоминать то, что он видел у НИИ. «Каково же тем, кто попал в перестрелку у театра? А ведь моя семья входит в их число. Не фактически, конечно, а скорее морально. Представляю, сколько раз перед мысленным взором Светланы вставала картина того, что могло с ними случиться, задержись они после спектакля на театральной площади. А дети? Каково было им? В школе наверняка разговоры только о нападении. Как я могу помочь им пережить шок?»

Подъехав к дому майора, Хамидов остановил машину, попрощался и уехал. Выйдя из машины, Девяткин пробежал глазами по окнам. Почти все окна были темными, и неудивительно, время приближалось к одиннадцати вечера. Не горел свет и в квартире майора. «Наверное, Светлана уже не ждет, — подумал он. — Ничего, утром поговорим». Он поднялся на третий этаж типовой пятиэтажки, открыл дверь ключом, вошел в квартиру и тихонько прикрыл дверь. Сбросив обувь, на цыпочках прошел в кухню. Не успел он положить портфель с материалами дела на табурет, как услышал голос жены.

— Не крадись, дети у бабушки, а я не сплю.

Девяткин улыбнулся. Ну конечно! И как он мог подумать, что жена не встретит его, когда он вернется домой? Случалось ли такое хоть раз за их совместную жизнь? Пожалуй, нет. Чувство нежности к жене охватило его, и, когда Светлана, еще сонная, появилась на кухне, он сгреб ее в охапку, оторвал от пола и закружил по комнате.

— Пусти, сумасшедший, ты же всю мебель посбиваешь, — радостно улыбаясь, запротестовала Светлана.

— И пусть. Поднять недолго, — возразил Девяткин, но жену на пол опустил. — Как же я соскучился!

— Вижу, — Светлана нежно потрепала его по волосам. — Голодный?

— Даже не знаю. Столько всего навалилось, думать о еде совсем некогда, — честно признался Девяткин.

— Садись уж, накормлю тебя, — Светлана направилась к холодильнику. — Сложный день?

— Не то чтобы сложный. Скорее утомительный. Зато у нас прорыв!

— Вот как? Расскажешь?

Пока жена хлопотала, собирая на стол нехитрый ужин, Девяткин делился новостями. Рассказал о встрече с таксистом Силычем, о бесплодных проверках Иссопова, о пакете, присланном из Москвы, и о визите к архитектору Зеленцову. Активно работая вилкой, Девяткин отправлял в рот овощное рагу и едва успевал жевать: так сильно ему хотелось обсудить новости с женой.

— Завтра с утра пойдет совсем другая работа. Причастность Омарова к преступлению у НИИ практически доказана, осталось привязать его к нападению у театра, а дальше дело техники, — запивая ужин сладким чаем, поделился он. — Уверен, дальше дело пойдет быстрее.

Упоминание о театре заставило Светлану поёжиться, и Девяткин это заметил. Он отложил вилку в сторону и притянул жену к себе. Усадив Светлану на колени, Девяткин прижал ее к себе и крепко обнял.

— Нелегко тебе пришлось, да, светлячок? — прошептал он ей на ухо.

Ласковое прозвище, которым муж называл ее только в самые трепетные моменты их жизни, чуть не заставило Светлану разрыдаться. Страх за семью, тоска из-за разлуки с мужем и болезнь матери стали для нее серьезным испытанием, расшатав крепкую нервную систему. Прижавшись лицом к широкой груди мужа, она затаилась, не желая выдать истинные чувства. Ей не хотелось волновать мужа больше, чем это было необходимо, а бояться задним числом казалось глупостью.

— Чего притихла? — Девяткин поднял лицо жены. — Ну же, не таись. Расскажи мне все. Поделись своими страхами, и я уберегу тебя от них.

— Все в порядке, — собравшись с духом, Светлана взглянула прямо в глаза мужа. — Ты дома, и значит, все позади. Ведь так?

— Наверное, — неуверенно произнес Девяткин. — Раз ты так считаешь…

— Пойдем спать. Твоя подушка уже забыла, каково это — принимать на себя вес мужчины, — то ли в шутку, то