Современный российский детектив - Анна Майская Страница 98

Павел на лестнице посредине включил свет и Сергей из-за угла увидел лежащих на полу связанных Настю и Василька. Действовать было рано. Пленников необходимо было вывести наружу. В руках Павла оказался пистолет. Он взял за шиворот Настю и потащил наверх. Втащил брыкающуюся девушку и положил у ног матери. Та замычала, задергалась. Павел прицелился, Настя напряглась, пытаясь освободить руки. Он рассмеялся звериным рыком и пошел снова в подвал. Мальчишку таким же манером он вытащил и положил на пол у подвала, намереваясь закрыть дверь. Сергей бросился со спины негодяя и свалив его на пол, выбил пистолет из руки. Павел оказался сильным. Он постоянно занимался спортом и сейчас Сергей еле удерживал его. После ранения на хуторе Сергей был несколько слабее противника. Завязалась борьба. Дверь подвала была незакрытой. Сергей изловчился и ногой ударил так, что Павел, находившийся рядышком со ступеньками подвала, свалился наполовину туловища вниз.

Сергей поддал ему ногой, но тот сумел выпрямиться, перевернулся и встал на ноги. Он смотрел на Сергея и тяжело дышал.

— Сейчас вы все подохнете, скоты. И с криком кинулся на пригнувшегося во время его прыжка парня. С рёвом пролетел мимо и головой ударился о тумбу стола. Сергей подскочил к нему и не давая опомниться, вырубил ударом в шею. Затем за ноги подтащил к подвалу и сбросил по лестнице. Мягкий шлепок и Павел покатился вниз по лестнице. Сергей захлопнул подвал. Он не знал, открывается ли он изнутри и есть ли выход там, с другой стороны. Но с улицы звучали сирены милицейской машины и орудуя своими ключами, опера вбегали во двор. Одного оставили у ворот, второй побежал к главному входу.

Увидев картину происходящего, Василий бросился к мальчику, Юра освобождал Настю, а Сергей уже освободил Нюру. Все молча плакали. Ни слова не говоря, они смотрели друг на друга.

— Вот так закончилась история с Павлом, моим другом детства, — сказал Василий.

— Вором, укравшим твоего сына, — сказала Настя.

— Принимай, своего мальчика, господин оперуполномоченный.

— Сынок, здравствуй, — Василий прижал испуганного мальчика к себе. У Василька катились слезы.

— А это правда, точно, что я ваш сын?

— А вот и доказательства, — сказала Нюра, доставая из кармана маленькую клеёночку с марлевыми завязками.

— Иванова Вера Геннадьевна. 1 роддом, г. Каменьграда. 20 июня 1991 года. Мальчик. Вес 3850 грамм, рост 54 см.

— Точно. Твои параметры, — тихо сказал Василий.

— Мои параметры, папа, или ты всё ещё не веришь?

— Сын. Ты такой замечательный, что я боюсь на тебя смотреть.

— Я так долго ждал объятий своего отца и матери.

— Вы все забыли, что у нас в подвале находится зверь. Его еще нужно взять.

— Сережа, ты увози отсюда наших милых пленников, а мы…

— Ни за что не уступлю чести взять подлеца. Я имел схватку с его подонками, приехавшими за мальчиком, я был ранен Из-за него умер дед Роман. Мне с Васильком довелось встретиться там на хуторе.

— Телевизор? Дядя Сережа. Антенна на крыше, — вспомнил Василёк.

— Да, именно то, о чём ты говоришь.

— Если бы не Сережа, сейчас не было бы никого из нас в живых.

— Я никуда не поеду без тебя, папа, — запротестовал Василёк.

— Я тоже, — встала к нему рядом Настя.

— Ну а мне не привыкать встречаться с опасностями. Я тоже остаюсь.

— Мы не имеем право подвергать вас опасности. Инструкция…

— Давай забудем об инструкции Василий. Вот только у него там может быть оружие. Все быстро отсюда на кухню. Она далеко от подвала.

Отправив всех в безопасное место, приготовились открыть подвал. Никто не знал, какие сюрпризы их ожидают.

А два пистолета находились именно там, заряженные полной обоймой.

— Посмотрим, менты, кто окажется на коне. Вас много, а я дома, мне и стены помогут.

Он стоял у стены на лестнице с двумя пистолетами наготове.

По обе стороны двери поставили столы, чтобы он не смог маневрировать. Прямо перед дверью вылили мыльную воду, натянули бечёвку, так что бегать он не сможет. Дверь открылась и раздались выстрелы. Несколько раз он пальнул вхолостую. Осмотрелся. Стоя в двери и никого не увидев, настороженный, шагнул вперед, глядя по сторонам и тут же свалился, поскользнувшись в мыле. Василий прыгнул на него сверху, заломил руку. Из второго пистолета Павел успел выстрелить. Пуля угодила в окно. Он попытался вывернуться, но на него навалились с другой стороны Сергей и Юра. Отчаянное сопротивление не спасло от превосходящей силы. Наручники щёлкнули. Его усадили в то же кресло и привязали ноги, как он делал со своими пленниками. Вошли те, кто еще недавно были повергнуты им.

— Вот так вы выглядите лучше, женишок, — сказала Настя. — Вы, там в подвале посмотрите, ребята, запах ужасный.

Из подвала Дима позвал Василия.

— Тут труп девушки молоденькой. Уже разлагается. Увозите своих, а мы здесь разберемся.

— Слушать мою команду. Мы с вами сейчас уезжаем. Здесь достаточно людей для проведения следствия. Бригаду экспертов уже вызвали. А вас всех пора по домам.

— По каким домам? — испугался Василёк.

— По своим. Твой дом у нас, можно поехать всем вместе. Там, уже наверное, все глаза проглядели ожидая приезда.

— Я боюсь расстаться с тобой, отец, вдруг снова потеряемся?

— Ни за что! — заверил его Василий.

Он вёз сына домой и сам в это мало верил. Настолько сказочным оказалось его внезапное становление из мальчика знакомого в сына родного. Все ехали к ним. Просто по-другому никто бы сейчас не согласился поступить. Двери открыла Анна Ильинична. Она была в курсе похищения Василька, у них тоже спрашивали о нем. Она прижала его к себе и целовала в макушку. Андрей Иванович тоже погладил его по голове и обратился к жене:

— У нас столько гостей, а ты внимания не обращаешь, Аня.

— Я так рада, что мальчик нашёлся.

Гостей усадили за стол. Не ожидая приглашения, все принялись щипать хлеб. Наконец, на стол был водворён борщ, котлеты, рис. Вскоре молчание было прервано Василием.

— Дорогие родители! Я не знаю как вам сообщить, но:

— Я скажу словами Давида Коперфильда, — обращаясь к Анне Ильиничне, сказал Василёк, — Здравствуйте, бабушка, я ваш внук! И дедушка тоже.

— Ты узнал, что мы решили тебя усыновить? — удивилась Анна Ильинична?

— Нет, это я теперь всех вас удедляю и убабляю, я ваш внук, хотите вы этого или нет.