Современный российский детектив - Анна Майская Страница 322

– Спорим, что, возможно, ты ошибаешься! – прогремел громовым голосом ужасающий незнакомец, беря в свободную руку небольшой пульт-управления и направляя его вверх потолка, откуда спускались железные кандалы, сковавшие руки прекрасной жертвы. – И уже через пару минут ты будешь насиловать своего дружка, как заправская «шлюшка», набравшаяся огромного опыта за долгую практику! Однако это ничего уже не изменит: ты данный вам шанс «просрала», а потому и рассчитывать на снисхождение больше не смей! Но что-то я говорю сегодня чересчур много – пора наконец приступать к реальному действию и показать, как же глубоко ты заблуждалась.

В тот же самый момент он надавил большим пальцем на одну из кнопок своего маленького устройства, и почти сразу же тело юной красотки затрепыхалась от пропущенных через него, один за другим, электрических импульсов. «Прогнав» через туловище пленницы с десяток разрядов, маньяк – а уже появились все основания полагать, что этот человек обличен неисправимой, маниакальной зависимостью и страдает психическими недугами – прекратил подачу в сеть напряжения и в очередной раз грубо потребовал:

– «Трахай» его, маленькая «сучка»! Иначе я буду бить тебя током, пока, мерзкая «тварь», ты не сдохнешь! Я вижу – ты уже поняла, что я шутить не намереваюсь! Суй, русская «шаболда», – вазелином он уже смазан, и, не сомневайся, войдет без препятствий.

– Хорошо, хорошо! – в истерике прокричала Сулиева, громко рыдая и обливаясь слезами. – Я сделаю все, как ты требуешь, только не надо больше пропускать через меня электричество.

Ей было страшно, совестно и мучительно больно как душевно, так и физически, но, в силу общей слабости своего характера, противостоять жестокому незнакомцу она уже ничем не могла и послушно исполнила неестественное и одновременно жесткое приказание, в то время как Востриков стонал, кричал и бился в истерике, но при этом и он никак не мог облегчить свое ужасное положение, потому что был не в силах даже сдвинуться с места, для того чтобы хоть немного отстраниться в сторонку и избежать неоправданного насилия, способного удовлетворить лишь извращенный, маниакально взбудораженный, разум, будучи надежно прикрепленным к своему позорному ложу.

– Кригер, я знаю – это ты! – предполагал он в своих громогласных страданиях, как будто такое утверждение могло хоть что-нибудь изменить. – Чего тебе от нас надо?! Мы тебе ничего не сделали!.. Будь ты проклят!..

– Ха, ха, ха! – было ему зловещим ответом.

Глава I. Два истерзанных трупа

Один день спустя. Небольшой городок районного значения в Калининградской области, условно назовем его Икс. Обеспечение правопорядка на улицах и близлежащей, подведомственной, территории осуществляется силами полицейского отделения, где несет службу всего тридцать сотрудников, из них: трое дежурных, трое помощников, трое участковых, двое оперуполномоченных, двое представляют интересы несовершеннолетних, пятеро «пэпээсников», они же водители, двое гаишников, начальник, два заместителя, двое следователей, двое росгвардейцев и три представителя вспомогательных служб, в том числе и эксперт-криминалист. Как нетрудно догадаться, суточная вахта в праздники и выходные оперативной группой осуществляется на дому, с периодическим выходом на связь с основным дежурным по отделению.

В тот злополучный день, второго мая, ответственной от уголовного розыска была назначена Юлиева Анастасия Арнольдовна, двадцатисемилетняя девушка, состоящая на службе в должности оперуполномоченной и имевшая звание капитана полиции. По ее необычному отчеству становится ясно, что она является урожденной, но давно обрусевшей немкой, чья семья селилась в Восточной Пруссии еще со времен контролирования этих территорий фашистской Германией. Постепенно смешиваясь кровью с представителями славянских национальностей, ее род давно утратил истинно арийские очертания и по внешнему виду девушки уже нельзя было с уверенностью сказать, кем именно являлись ее древние предки. Как и все немцы, Настя была очень практичной, пунктуальной и целенаправленной; однако через российские корни ей передались такие лучшие качества, как смелость, отвага, непревзойденная смекалка, похожая больше на хитрость, умеренная правдивость, пограничная с изворотливым «маневрированием», а также до крайности развитая невероятная интуиция; кроме всего этого оперативница постоянными тренировками добилась необычной для представительницы прекрасного пола силы и ловкости, свободно владела приемами рукопашного боя и легко могла справиться с противником, вдвое превышающим ее в весовой категории – это что касается доставшейся ей от предков, а кроме того, и воспитанной собою натуры. Дальше следует остановиться на отличительных признаках, а именно: фигура ее представлялась просто великолепной и выделялась третьего размера упругой грудью, в меру зауженной талией и расширенной ягодичной областью, плавно переходящей в длинные, стройные ножки, что в купе, при ее среднем росте, смотрелось очень эффектно; лицо, как и все остальное туловище, было невероятно красивым и имело продолговатую форму; свето-голубые глазки, сравнимые разве с бескрайностью неба, передавали собой живость натуры, ум и способность к логическим заключениям; маленький носик представлялся прямым, на окончании похожим на вишенку; губки сложены бантиком, где верхняя едва вздернута, а нижняя, пухленькая, выглядит больше обычного; небольшие ушки плотно прижаты и прикрыты волнистыми, длинными волосами темно-русого цвета, роскошными прядями спускающимися за плечи; полюбившаяся ей одежда передается черной кожаной курткой, под которой находится синего оттенка футболка, безупречно гармонирующая с плотно облегающими джинсами точно такой же расцветки, но вот цвет туфель – непременно на завышенном каблуке – всегда зависел от дамской сумочки, как неотъемный аксессуар неизменно находящейся при оперуполномоченной, и различался яркими оттенками красного, зеленого, редко розового, а еще реже синего.

Было еще ранее утро, и Анастасия, разумеется, в столь «нежный» час еще отдыхала и спала в своей уютной двухкомнатной квартирке, где, несмотря на возраст, все еще проживала одна, когда около половины шестого неприятным звуком затрезвонил ее мобильник, предупреждая, что она очень сильно кому-то понадобилась. Настя проснулась практически сразу же и, к своему огромному удивлению, неприятно вздрогнула, словно предчувствуя какую-то неведомую раньше опасность, угрожающую как лично ей, так и всему в общем-то спокойному городку в целом. Красивая сыщица тут же включила вызов и, стараясь казаться бодрой, ответила, по номеру определив, что с ней пытается связаться оперативный дежурный:

– Да, Юлиева… внимательно слушаю.

Однако, как оказалось, и невзирая на необычное время, говорил с ней сам начальник местного отделения подполковник полиции Бунько Евгений Захарович. По его фамилии можно догадаться, что этот человек имеет определенную принадлежность к украинской национальности, что, в принципе, и подтверждалось общей продуманностью его натуры; он давно уже достиг пятидесятипятилетнего возраста и, по существу, мог отправляться на заслуженный отдых, однако, не имея более перспективного места, предпочитал оставаться на государственной службе, тем более что в этой, в общем-то приученной к порядку, местности она