Современный российский детектив - Анна Майская Страница 313

— Что же еще может быть нужно? — искренне удивился я, — тем более после тех испытаний, через которые тебе пришлось в этой жизни пройти.

— О-о, здесь все очень даже становится просто, — начала разъяснять смысл своей «политики» Екатерина Сергеевна, — За все поруганное детство и сломанную юность, мне требовалась более достойная компенсация — это власть, всеобщее признание и уважение. Как видишь, деньги для меня вещь совершенно не важная.

— И, что же случилось с твоим браком? — задавал я очередной вопрос.

— Прожили мы с «ментом» около пяти лет, — продолжила «Катенька» свой рассказ, — и я повстречала «Питерского» владельца автосалоном. Он оказался очень состоятельным человеком и мог обеспечить мне возможность приблизиться к моей давней мечте. Муж мне тогда уже изрядно поднадоел. Хоть он и вытащил меня из самой грязной «помойки», какая только может быть в этом мире, но ничего, кроме легкой благодарности я к нему не испытывала. Поэтому, непринужденно вскружив «Питерцу» голову, я тут же оставив во всем виноватым супруга, без сожаления с ним рассталась. Тот оказался человеком слабым и, не выдержав моего ухода, две недели пил беспробудно, а потом с горя повесился.

По приезду в Санкт-Петербург я сразу же устроилась работать секретаршей в автосалон к своему новому гражданскому мужу. Он был не молодой уже человек, и я не видела ничего плохого в том, если он уступит мне бизнес. Без особого труда, я настолько расположила старика к себе, что уже через полгода новый любовник переписал на меня все свое состояние. Как только он это сделал, я решила действовать дальше.

Я возродила свои бывшие связи и предложила войти в «мой бизнес» бывшему сутенеру Олегу Туркаеву. Он стал к тому времени значимой фигурой преступного общества, но и я была уже не та девочка, которой можно было безропотно помыкать, и научилась отставать свои интересы, а также быть твердой. Туркаев сразу все это понял и стал общаться со мной, как с равной по их преступному положению. С его помощью удалось подстроить внезапную смерть очередного «супруга».

Далее, я сделала его управляющим своего автосалона. Он перетянул из Москвы в наш прославленный «Питер» часть своих людей и под прикрытием продаж автомобилей стал развивать свою преступную деятельность в двух столичных больших регионах. Как, надеюсь, ты понимаешь, «Барон», оставаясь в тени, именно я управляла всеми финансовыми аферами и руководила преступными крутыми молодчиками. Мне не составило труда влюбить в себя даже такого отъявленного негодяя, каким слыл Туркаев. Он сделался послушным, словно теленок. Но я уже сказала, мне нужно было не это.

И вот, в один прекрасный момент, в нашем магазине появился человек, который действительно мог удовлетворить все мои амбиции. Он пришел, как рядовой покупатель авто, и ловко попал в расставленные мною, именно для такого человека, ловкие сети. Без труда просчитав, что он из себя представляет — долгое время оказания, определенного рода, услуг, научило разбираться в людях — я совершено спокойно «похитила его сердце». Поскольку он был женат и являлся довольно значимой фигурой «Питерских» секретных спецслужб, наши с ним встречи происходили тайно.

Вот на таких рандеву мы и придумали, что было бы неплохо организовать подобную операцию. Имея неограниченное влияние, он смог убедить кого нужно, что неплохо бы организовать замену находящихся в России долларов на новые. Как тебе не покажется странным, но убедить Российских олигархов собрать все свои сбережения в одну общую кучу, отправить их в Америку, а взамен возвратить новенькие хрустящие купюры, большого труда не составило. Конечно, находившиеся у них деньги были потрепаны, но не до такой степени, что требовалась непременно их поменять. Сыграли на их жадности, ведь алчному человеку всегда приятней хранить у себя аккуратно уложенные и опечатанные стопочки новеньких денег, чем скрученные в трубочку и перетянутые резинкой сложенные в мешки видавшие виды купюры. С американцами еще проще, те готовы на любые провокации, лишь бы их печатный станок не простаивал.

Сподвигнуть на это дело Туркаева было совершенно не сложно, и, координируя через меня его действия, мой новый знакомый и разработал план всей операции. Он оказался прост «до полного безобразия». Под моим не гласным контролем русские и американские преступники похищают деньги, а мы потом легко забираем их у них. Для этого требовалось только напоить их, и внезапной атакой сорока спецназовцев всех перебить. Для этого и было организованно торжество, в котором тебе невольно пришлось поучаствовать, правда, только в качестве зрителя. Официально доллары похитили бандиты, и нашего следа в этом деле никто не найдет. Как я уже сказала финансы для меня не главное, но с их помощью мой покровитель сможет организовать мне совсем иное достойное будущее.

На этой торжественной ноте Ветрова закончила свою исповедь и совершенно довольная открывающимися пред ней перспективами поднялась, собираясь уйти. Было совершенно понятно, что ей доставило большое удовольствие рассказать, как она смогла так круто поменять свою жизнь, пройдясь по многочисленным трупам. Но была еще одна голова, прочно державшаяся на плечах, в которой рождались нестандартные мысли. Было безусловно, что она не давала Екатерине покоя, пока в ней функционирует мозг, поэтому уходя, она на прощание «бросила»:

— Помолись, Бестужев, сейчас придут тебя убивать.

С этими словами она своей бесподобной походкой направилась к выходу из ангара.

— Стерва! — только и нашелся, что я крикнуть ей вслед.

У самого выхода она обернулась и, бесподобно улыбнувшись, промолвила:

— Я знаю.

«Растворяясь» в темноте, словно призрачный Ангел — предвестник смерти, Ветрова Екатерина Сергеевна постепенно скрылась из виду.

Глава XXXI

Удивительная встреча

К моменту окончания нашей такой познавательной для меня не скучной беседы денег в ангаре уже не было, и когда Екатерина Сергеевна покинула помещение, я остался в нем совершенно один. Я отчетливо понимал, что Ветрова пошла давать указания своему покровителю о том, что пришла пора забрать у меня нечто драгоценное, что ценится больше всего на свете — это жизнь. Не нужно долго объяснять, что такое положение вещей меня не устраивало, но предпринять что-либо реально я бы не смог. Если вспомнить, мои руки были пристегнуты наручниками к боковым поручням кресла, а ноги надежно привязаны к ножкам.

Я прекрасно понимал, что активно противостоять вооруженным спецназовцам у меня не было никаких шансов, но отдавать свою жизнь «за бесценок» мне не хотелось, ведь всегда лучше умереть в бою, чем быть позорно расстрелянным, привязанным к креслу. Поэтому я решился на крайние меры. Для этого мне пришлось пожертвовать своими руками.

Для начала я, резким