Кровавые деньги - Фергюс Хьюм Страница 95

Глава IX

Что было потом

Миссис Ботторт приложила немало усилий, помогая полицейскому выломать дверь в спальню, видимо поэтому она как-то успокоилась и избавилась от нервных переживаний, не оставлявших ее последние несколько часов. Так или иначе, она, как говорится, оказалась на высоте положения. Лишь раз не сдержала крик, увидев окровавленное и обезображенное раной лицо перешедшего в мир иной его преподобия, но в дальнейшем прекрасно держала себя в руках. После зловещего предсказания Джемаймы Пайн с ее картами миссис Ботторт с нескрываемой тревогой ожидала беды. Теперь беда пришла, да еще в виде внезапной смерти, как и было предсказано, и у хозяйки отлегло от сердца. Худшее уже случилось, и нужды тревожиться о будущем больше не было. Как часто бывает, перенести само событие оказалось легче, чем его ожидание.

Эти мысли стремительно проносились в обычно медленно соображающей голове миссис Ботторт, а полицейский тем временем сразу оценил обстановку и понял: произошло преступление и требуется немедленная помощь. Выйдя на балкон – он машинально отметил, что ведущее туда большое окно широко открыто, – он пронзительно свистнул своим товарищам. Услышав ответный свисток, полицейский велел миссис Ботторт спуститься к входу и все объяснить другим стражам порядка, а сам занялся мертвецом и его комнатой.

Хозяйка молча повиновалась и, встретив в зале вновь прибывших, торопливо объяснила, что случилось. Констебли поднялись по лестнице в указанную миссис Ботторт комнату, а сама она осталась у открытой двери – встретить камердинера Бартоломью и двух своих горничных. Эти трое с изумлением спешили по тротуару, желая узнать, зачем полиция явилась в Бан-хаус в столь поздний час. Хозяйка приняла их спокойно, будто они пришли на послеобеденный чай.

– Вы сильно опоздали, – негромко сказала миссис Ботторт, когда они, запыхавшись, остановились у подножия ступеней. – Проходите сюда, мне не придется отпирать дверь в подвал. И сразу ложитесь спать. Уже двенадцатый час.

– Сударыня, Бартоломью угостил нас ужином после кинематографа, – захныкала одна из горничных. – Нам и невдомек, что уже так поздно.

– Точно невдомек, – поддержала другая девушка. – Но что случилось, сударыня?

– Мистера Уэлдона убили. Обо всем узнаете утром, а сейчас идите спать. А я дождусь мисс Уэлдон – сообщить страшную новость.

Одна горничная в истерике разрыдалась, другую затрясло от вполне понятного ужаса, а Бартоломью смертельно побледнел. Все они пристально смотрели на миссис Ботторт, а та говорила спокойно и, по возможности, бесстрастно, но страсти в ее душе так и кипели. Хозяйка, обычно суетливая, брюзжащая и многословная, была так не похожа на себя, что троицу ее поведение испугало не меньше, чем сам факт убийства. Но она уже отвернулась от них и просто смотрела в светлую летнюю ночь, поэтому две женщины и мужчина бесшумно прошли в дом – расспросить полицейских и подвергнуться допросу. Безмятежная домашняя атмосфера Бан-хауса была сметена ударом судьбы.

«И правда судьба, что тут скажешь, – думала миссис Ботторт, вглядываясь и вслушиваясь во тьму, ожидая появления дочери миссионера. – Если это не судьба, не ее предначертание, как же Джемайма увидела все это в своих треклятых картах? Темный человек, сказала она, я помню – это тот самый черномазый джентльмен. Он, небось, и прихлопнул несчастного, а потом выскочил наружу, это я своими ушами слышала. Большое здание с кучей народа – это, видать, суд “Олд-Бейли”. А потом опасность для меня, прощай репутация. Опять верно, Джемайма, ведь это убийство меня разорит».

– Кровавая бойня, трупы, дикари, – слезливо забормотала миссис Ботторт уже вслух. – Разве леди и джентльмены станут терпеть такое?

Она была как натянутая струна, но обильные слезы принесли ей облегчение. Вскоре перед домом, грохоча, жужжа и громко кашляя, остановилось такси.

– Добрый вечер, миссис Ботторт, – радостно воскликнул Карвер, помогая мисс Сендел и Элисон выйти из машины. – Кого-то ждете?

– Вас, сэр, и эту молодую леди, сэр!

– Вот как.

Джим отметил странность во взгляде хозяйки дома, но, не подумав, что речь идет о чем-то серьезном, повернулся заплатить шоферу. Однако тут за широкой спиной миссис Ботторт быстроглазая Элисон разглядела человека в форме – по лестнице как раз спускался полицейский – и тут же взбежала по ступенькам, а за ней – мисс Сендел.

– В чем дело? Что-то случилось? Почему вы?..

Миссис Ботторт, стремясь поскорее покончить с неприятной миссией, прервала поток вопросов.

– Случилось, мисс. Все очень плохо. Ваш дорогой папа, мисс, ваш дорогой папа…

– Сэр Уэлдон болен? – внезапно спросила мисс Сендел, поскольку выражение лица хозяйки повергло Элисон в ужас и заставило замолчать.

– Нет, не болен, мисс Сендел: в этом мире ему болеть уже не суждено.

– Джим!

Элисон издала громкий крик, и Карвер, взбежав по ступенькам, обхватил ее рукой, не дав упасть.

– Что такое? Что все это значит? – решительно спросил Карвер.

Миссис Ботторт многозначительно опустила голову и, прежде чем заговорить, глотнула – в горле у нее так пересохло, что она с трудом выговаривала слова. Слова так и не вырвались наружу, и полицейский на заднем плане, не привыкший ходить вокруг да около, с решительным и официальным видом вышел вперед. Завидев выправку и подтянутую фигуру Карвера, бывалый вояка понял, что перед ним офицер, и отдал вошедшему честь.

– Убийство, сэр, – коротко заявил полицейский. – Старого джентльмена зарубили топором, труп лежит на кровати. Я…

Довести свое страшное сообщение до конца он не успел – Элисон с воплем ужаса и горя вырвалась из рук своего возлюбленного и с невероятной быстротой бросилась вверх по лестнице. Джим, побледнев и сжав губы, последовал за ней, а флегматичный полицейский договаривал уже только для мисс Сендел и миссис Ботторт.

– Пойду за инспектором, – заключил он и, тяжело ступая, решительно вышел из дома.

Хозяйка машинально закрыла дверь и стала хлопотать над мисс Сендел – та, как и ожидала миссис Ботторт, упала в обморок. Правда, добрую женщину постигло легкое разочарование: Элисон не последовала примеру мисс Сендел и сознания не лишилась, к тому же представитель власти снял страшную новость у миссис Ботторт с языка.

Элисон и не думала падать в обморок. Она вбежала в комнату, по которой расхаживали двое полицейских, – все чувства обострены до предела, глаза горят ярким огнем, словно в лихорадке. Джим тут же бросился за ней, и в тревоге – кто знает, что она скажет или сделает? – схватил за руку. Элисон снова вырвалась, опустилась на колени у кровати и дрожащими руками приподняла простыню, которой полицейские накрыли останки ее отца. Преподобный Александр Уэлдон лежал мертвым, и большая рана на правом виске недвусмысленно указывала, как именно его настигла смерть. Тело было облачено в пижаму, а постельное белье частично откинуто и смято. В голове