Кровавые деньги - Фергюс Хьюм Страница 71

об увольнении: решила, что держать горничную грешно. Бедняжка, я видела, как она танцевала на улице, била в бубен и горланила песни. Ее мужу, биржевому маклеру и варвару, эти ее выверты не понравились, и он упрятал ее в приют, заявив, что она не в себе. Чему удивляться? – закончила Джемайма слегка невпопад. – Ведь сам он крутил роман с гувернанткой!

– Да, от таких хозяев лучше держаться подальше, – с дрожью в голосе заметила миссис Ботторт.

– От каких именно? – вежливо поинтересовалась мисс Пайн. – Пожалуйста, назови их, Барбара, ведь я сколько хозяев перевидала.

– Вот от всех и надо держаться подальше, – отрубила миссис Ботторт. – Мне такие постояльцы не нужны, ни в коем разе, ведь у меня в Бан-хаусе все чинно и благовоспитанно. Но давай не ссориться после стольких лет разлуки, Джемайма: вижу, твой нрав горяч, как и в прежние годы.

– А ты как была простолюдинкой, так и осталась, Барбара. Но ссориться мне ни к чему, я христианка, – Джемайма покачала головой, и ее бледные щеки раскраснелись.

На миг в глазах миссис Ботторт мелькнуло что-то опасное, но доброе начало взяло верх, и она заливисто расхохоталась.

– Умоляю, Джемайма, не надо так, выпей еще чашку чая и улыбнись, покажи зубы. Мне они всегда нравились, – задумчиво довершила миссис Ботторт, – у тебя их было так много.

– Они никуда не делись. – Мисс Пайн во весь рот улыбнулась, доказывая истинность своих слов. – Почти все свои, уверяю тебя, Барбара. Но давай останемся друзьями – расскажи мне о твоих постояльцах.

– Я уже рассказала все, что собиралась, Джемайма, а сплетничать – это не по мне. Их десять человек, все платят вовремя, ведут себя как подобает леди и джентльменам. Двое у меня помогают по хозяйству; деваха кухарит, хотя я по большей части готовлю сама; а еще парень, он прислуживает джентльменам, как раньше Ботторт, пока не упокоился на лондонском кладбище. Так что, как видишь, я устроена неплохо, даже кое-что удается отложить, несмотря на налоги, жалованье, тарифы и все прочее, чему не должно быть места в христианской стране.

– Что ж, я рада, что у тебя все так славно, – сказала мисс Пайн величаво, – желаю тебе всех благ, раз уж приходится трудиться, чтобы заработать на жизнь. Лично я вышла на пенсию, Барбара, живу на сбережения, как леди, в моей родной деревне. Приезжай меня навестить!

– Не могу оставить жильцов.

– Верно. Главное, чтобы они от тебя не съехали, – мрачно заметила мисс Пайн.

На добродушном лице миссис Ботторт изобразилось искреннее удивление.

– Зачем им съезжать, раз у меня удобно? – спросила она, уставившись на собеседницу.

Мисс Пайн ответила, снова невпопад:

– Была такая леди Гейнер, у нее было все что душе угодно, а потом она разбила зеркало, и все покатилось под гору: лишилась денег, а ее племянница вышла замуж за преподавателя музыки, что невозможно было признать.

– Я зеркала не разбивала и не собираюсь, – не без тревоги в голосе произнесла миссис Ботторт. – Что за ужасы ты пророчишь, Джемайма.

– Кто знает, что ждет впереди, – загадочно ответила гостья. – Сегодня здесь, а завтра там. Надеюсь, ты купила место на кладбище, Барбара, и у тебя достаточно средств на достойные похороны.

– Купила, меня положат рядом с Боттортом. Но…

– В том-то и дело, что «но», моя дорогая. Представь, просыпаешься однажды утром, а в доме судебные приставы, все жильцы съехали, и ничего не остается, как пристраститься к выпивке.

– Пристраститься к выпивке? Еще чего! – вскричала миссис Ботторт. – Зачем говорить, будто что-то может случиться? А если не случится? Никто из живущих на этой земле своего будущего не знает, и… что это у тебя? – прервала себя она.

– Карты, – многозначительно произнесла мисс Пайн и закрыла висевшую на поясе сумочку, которую только что открыла, – они знают будущее. Давай предскажу твою судьбу, – предложила она.

– Нет, – с тревогой сказала миссис Ботторт, – это неправильно. Разве в Библии не сказано, что ведьмам в нашей жизни не место?

– Я христианка, а не ведьма, – сухо возразила мисс Пайн, – пожалуйста, перетасуй карты и подсними три раза.

Миссис Ботторт немного поколебалась, но любопытство взяло верх, и она вняла просьбе.

– Только не рассказывай мне ужасов, Джемайма, – взволнованно попросила она. – Нервы у меня уже не те, что прежде.

– Я говорю, что будет, и хорошее, и плохое, – строго ответила Джемайма и принялась уверенно раскладывать карты. – Скоро придет письмо от властей.

– Налоги, – сказала миссис Ботторт, – но у меня есть деньги, чтобы их уплатить. Так что я не против.

– Вижу рыжего или седого мужчину, он в тебя влюблен.

– Это, должно быть, Суинертон, зеленщик; он был рыжим, но поседел, когда схоронил третью жену. В его глазах я увидела намек на то, что он не прочь обзавестись четвертой. Но это не любовь, Джемайма, ему нужны деньги, не я. А я своего не отдам, – закончила миссис Ботторт, словно цитируя семейный девиз. – Давай, Джемайма, рассказывай дальше.

– Из твоего дома уходит женщина.

– Не постоялица, потому что они все довольны. Это Анна, горничная. Я вчера сообщила ей об увольнении, манерничает, кокетничает – зачем мне это?

Мисс Пайн передала ей колоду карт.

– Сними и перетасуй еще три раза, – велела она, и миссис Ботторт, которой хотелось узнать все, что можно, охотно повиновалась.

– Приходит и уходит, уходит и приходит, – загадочно произнесла мисс Пайн.

– Понятно, раз у тебя постояльцы, – согласилась хозяйка. – Господи, столько красных карт – что это значит?

– Бубны – это к деньгам, а червы – добрая воля, – неохотно объяснила мисс Пайн, будто ей было жаль сообщать клиентке столь приятные новости. – Барбара, у тебя все в порядке, люди ведут себя подобающе, никаких финансовых потерь не предвидится.

– С деньгами я аккуратна, к людям всегда по-хорошему, вот и они ко мне по-хорошему, – сказала миссис Ботторт. – Но слышать твои слова мне приятно. Ты отличная предсказательница, Джемайма. Всегда была умной девахой.

– Ты мне веришь, Барбара?

– Каждому слову, – с убеждением ответила хозяйка. – Расскажи еще.

– Предстоит свадьба!

– Лефтенант Карвер и мисс Элисон. Она обязательно выйдет замуж здесь, а уж потом отправится с ним в Ниггериер.

– И ревность.

– Донна Кристина. Ведь она хочет заполучить лефтенанта.

Мисс Пайн озадаченно покрутила в руках карту.

– Сюда приедет темный человек, – пробормотала она.

– Темные приходят ко мне пачками, – заявила миссис Ботторт, – да и светлых хватает, и серых, и рыжих, и бурых, и желтых, у кого печень не в порядке. Так что?

– Этот темный человек за короткое время принесет дому и всем его обитателям беды и несчастья, – сказала мисс Пайн, раскладывая карты, – именно так. Он умен и опасен, тут замешана любовь и страсть к деньгам. Большое здание, где много людей, – возможно, это суд. Тебе грозит опасность, Барбара, можешь лишиться