Ночная смена в пионерском лагере - Эльвира Владимировна Смелик Страница 51

– Мальчишек? – переспросил тот, критично хмыкнув. – Откуда бы им тут взяться, ночью в лесу?

Но по его интонациям, наполненным уверенным превосходством и едкой язвительностью, становилось абсолютно ясно, что он играл и получал от этого удовольствие. Его товарищи не внушали доверия еще больше. Особенно один – усатый.

Он был не крупный и не спортивный и даже довольно симпатичный внешне. Но стоило присмотреться, подольше понаблюдать за выражением глаз и мимикой, и сквозь мягкие, даже благостные черты проступало что-то неприятное, скользкое, змеиное.

Теперь Руслан понимал, девчонки ничуть не преувеличили. Это действительно были настоящие бандиты, возможно, даже бывшие уголовники. И, похоже, парни поступили тоже не слишком разумно, вот так сломя голову бросившись на поиски, никак не подготовившись и ничего с собой не прихватив, помимо фонаря.

Они, конечно, не какие-нибудь слабаки. Валера – спортсмен, Коля тоже в хорошей физической форме, да и сам Руслан не тряпка и не дохляк. Однако в драках он далеко не специалист. Петровича вообще лучше не считать, а значит, силы были неравны. Еще и рука сухощавого по-прежнему пряталась в кармане и тем невольно порождала тревожные мысли.

Поэтому Руслан огляделся, пытаясь отыскать хоть что-то способное сойти за оружие. Пусть даже обычный увесистый сук. Но ничего подходящего не обнаружил, зато увидел, как из-под двери бункера просачивался бледно-сизый дымок, призрачно клубился, едва различимый.

Страшное предположение молнией пронзило сознание. Руслан мотнул головой, стремясь его отогнать, но лихорадочно заметавшийся взгляд уже наткнулся на новое доказательство.

Опять дым. Но он не просто еле сочился, а выбивался плотными струйками, как из трубы печки-буржуйки, чуть ниже плоской крыши с одной стороны бетонной арки, примерно в том месте, где она уходила в глубь земляного холма.

Скорее всего, там располагалось вытяжное отверстие вентиляции, а внутри сооружения, за толстыми стенами и металлическими дверями, нет, не топились печь или камин, а бушевал пожар. И возник он там не случайно. Его устроили люди, стоящие напротив. Но с какой целью?

Чтобы уничтожить ненужные улики – мертвые тела? Или сжечь заживо действительно находившихся в бункере пленников?

Только не это!

Руслан повернулся к стоящему рядом Валере, дернул подбородком в сторону бетонной арки и, сглотнув, сипло выдохнул:

– Смотри.

Збруев посмотрел, увидел, понял. Моментально изменился в лице.

– Они там? – прорычал, указывая на бункер. Ему никто не ответил. Он повторил еще громче, хотя уже и не нуждался в подтверждении: – Они там? – Яростно выкрикнул: – Убью, сволочи! – И, сорвавшись с места, ринулся на сухощавого.

Тот отступил, но не оттого, что испугался, а выигрывая дополнительное мгновение, чтобы успеть вытащить из кармана пистолет, вскинуть и нажать на спусковой крючок.

Грохот разорвал в клочья ночную тишину. Валера дернулся, но не остановился, только взревел сердито, по-звериному прыгнул вперед, но до сухощавого не добрался – перехватили. Здоровый амбал с грубым, словно вытесанным из камня лицом.

Сухощавый опять отступил, не опуская сжимавшей пистолет руки, и все закончилось бы легко и быстро. Благодаря нескольким выстрелам. Если бы Виктор Викторович не позвонил в военную часть, а не только деревенскому участковому. И если бы там на его просьбу о помощи не откликнулись по-армейски четко и быстро: без лишних разговоров и выяснений, сразу поверив в серьезность ситуации.

Конечно, никто из тех, кто находился возле бункера, не ожидал, что они внезапно появятся – не двое, не трое, а целая боевая команда – и моментально изменят перевес сил.

Быстрее всех на это среагировал усатый. Он стоял возле края колеи и, едва увидев вооруженных людей в камуфляже, скакнул в заросли, проломился сквозь кусты, со всех ног бросился прочь. Коля машинально метнулся за ним, и с этой секунды время понеслось с удвоенной скоростью.

События сменялись, как узоры во вращавшемся калейдоскопе. Причем настолько же резко, без связок и переходов. По крайней мере, Руслану происходящее запомнилось именно так – в виде набора отдельных эпизодов.

Как военные скрутили бандитов.

Как сам бегал по поляне и орал, срывая голос: «Толя! Глеб! Андрей!», всеми фибрами души надеясь, что «мушкетеры» все-таки прячутся где-то в лесу, целые и невредимые, а не находятся внутри огненной мышеловки.

Как общими усилиями пытались открыть входную дверь бункера. Но ее было никак не подцепить, чтобы отжать или с помощью машины и троса сорвать с петель.

Как все-таки заставили бандитов отдать ключ, без церемоний и лишних слов приставив автоматные дула к затылкам. Хотя худощавый до последнего утверждал, что просто зашвырнул его куда попало, и с издевательски-самоуверенными интонациями предлагал, чтобы они нашли его сами, рыская по зарослям, будто служебные собаки.

Как кто-то крикнул человеку, отпиравшему замок: «Широко не открывай. А то рванет». Но почти обошлось, благодаря узкому тамбуру, отделявшему вход от основного помещения, и тому, что бандит, покидавший бункер последним, прикрыл внутреннюю дверь.

Как пытались укротить вновь разбушевавшееся пламя.

Как выносили из раскаленного дымного нутра безвольно обмякшие тела пяти человек: взрослых мужчины и женщины и трех мальчишек.

Как над поляной разнесся громкий крик: «Есть пульс! У всех!»

Как приводили в чувство пострадавших, и они потихоньку оживали. Действительно все. Открывали глаза, начинали шевелиться, кашляли.

Как военные предложили не дожидаться скорую, а отвезти их – и Валеру с Петровичем – к себе в медсанчасть. Потому что она ближе и даже оборудованней, чем районная больница.

* * *

«Бобик» шустро катил по дороге, оставляя позади себя не только километры, но и события. Но когда впереди показались ворота лагеря, заметно сбавил скорость.

– Ты как? – поинтересовался Коля у Руслана.

– Я? – рассеянно переспросил тот. – Да вроде уже нормально.

Глава 36

Внимательно выслушав принесенную Ларисой тревожную новость, Виктор Викторович ругаться не стал, хотя заметно помрачнел и встревожился. Да просто времени на подобное не было. Давно отмеченным другими жестом машинально помял грудь – слева, там, где располагалось сердце, – и произнес:

– Я сам скажу Николаю и позвоню в милицию, а ты… – он сосредоточенно глянул на вожатую, – знаешь что? Приведи-ка сюда этих ваших девочек. Алену и Нину. Ну, и ту, которую они прятали.

– Ага, сейчас!

Лариса бегом домчалась до корпуса, отыскала всех троих в маленькой комнатке мансарды и вместе с ними вернулась назад к начальнику. Девчонки вели себя практически идеально: слушались с первого слова, не задавали вопросов, а когда спрашивали их, по-честному выкладывали все, что знали. Даже Виолетта, несмотря на мешавшее ей заикание.

Когда вытянули из них то, что показалось необходимым, Виктор Викторович заключил:

– Нет, одного участкового здесь слишком мало.

– Так,