Проклятый охотник: найти ведьму Пустоши - Елена Эйхен Страница 42

***

Резкий свет ворвался в кабинет, разорвав сон в клочья.

Я вскочила — сердце затрепыхалось, страх мгновенно вытрезвил до глубины костей.

Дверь из спальни была распахнута.

В проёме стоял хозяин.

Одетый в чёрное, безупречный, как всегда. Лицо — каменная маска. Но глаза… Эти ледяные, пронизывающие глаза скользнули по мне — по растрёпанным волосам, по мятой одежде, по дивану, на котором я только что спала.

Я потёрла руку, под рукавом которой пряталась повязка, а затем опустила глаза и вздрогнула. На полу темнело засохшее пятнышко крови.

Прикрыла его ногой.

Хозяин шагнул внутрь.

Мысли метались, как птицы в клетке, а дыхание стало рваным — воздуха катастрофически не хватало.

Неужели… он меня поймал?

Глава 13

— Не кажется ли тебе, служанка, что ты слишком… расслабилась?

Я опустила взгляд, вцепившись глазами в узоры ковра. Щёки жгло от стыда и страха. Что он имел в виду? Голос звучал лениво, почти насмешливо — будто он играл со мной, как кошка с мышью.

Я сжала волю в кулак, стараясь, чтобы голос не дрогнул:

— Простите, хозяин. Я… просто устала. Вчера…

Договорить не смогла. Воспоминание об алом аде перекрыло дыхание. Молчание затянулось.

— Сегодня снова обед в Красной столовой, — произнёс он наконец.

У меня подогнулись колени. Опять? После вчерашнего? Я едва не застонала.

— Собирайся. Оливия принесёт тебе чистую форму.

— Да, хозяин.

Он и вправду не заметил моей ночной прогулки? Или делает вид? Радость вспыхнула — и тут же угасла при мысли, куда мне предстоит вернуться.

Переодевшись, я туже затянула повязку на руке. Боль немного поутихла, но под кожей всё так же холодно пульсировали тёмные прожилки. Я спрятала рану платьем с длинными рукавами, тщательно замаскировав следы.

С каждым шагом к Красной столовой сердце сжималось всё сильнее. В груди поднималась паника — знакомая, липкая, с металлическим привкусом страха. Я вцепилась в поднос с дымящейся супницей, глубоко вдохнула и толкнула дверь.

И… застыла на пороге.

Стены...

Стены столовой задышали теплом. Кричащее безобразие уступило место мягкой кремовой палитре, похожей то ли на взбитые сливки, то ли на прибрежный песок, залитый закатным светом. Даже канделябры изменились: раньше их пламя отбрасывало острые, тревожные тени, а теперь излучало медовое, золотистое сияние, нежно заливающее зал.

Алую скатерть сменила плотная льняная ткань тёплого бежевого оттенка. Натуральная фактура и молочный тон перекликались с обновлённым обликом комнаты — спокойным, умиротворённым, словно прежняя угроза была всего лишь дурным сном.

Супница в моих руках дрогнула, едва не выскользнув из рук. Что это?.. Сон? Иллюзия?

Я медленно отыскала взглядом хозяина.

Рейнар Ванторн сидел на своём привычном месте во главе стола. Он как раз отложил газету. Наши взгляды встретились — и ничего. Ни тени эмоции, ни малейшего движения. Казалось, моего потрясения он не заметил. Смотрел сквозь меня, будто я невидимка.

— Эсма, — его голос вернул меня в реальность. Сухой, ровный, как всегда. — Подавай. Или заснула на ходу?

Я вздрогнула, торопливо подошла к столу. Вейдрич, сидевший справа от Ванторна, не сводил с меня взгляда. На его губах играла лёгкая, почти насмешливая улыбка.

— О, наша дорогая Эсма сегодня выглядит... потрясённой, — протянул Вейдрич, лениво покачивая вино в бокале. Его тёмные глаза блестели любопытством. — Неужели кремовый цвет произвёл такое впечатление? Признаюсь, я отреагировал так же.

Он явно наслаждался моментом.

— Не раскроешь ли нам, Рейнар, что вдохновило тебя на такую перемену? Неужто...

— Обедаем, Мориан, — резко прервал его Ванторн.

Я вспыхнула и поспешно поставила супницу перед Вейдричем, стараясь не звякнуть крышкой.

— Благодарю, прелестная фея, — шепнул он едва слышно, только для меня. Его палец на миг коснулся моей руки — лёгкое прикосновение, от которого по коже пробежали мурашки.

Не обращай внимания. Стрекоза, соберись.

— Эсма, — раздался резкий голос Ванторна. — Встань у буфета. Жди указаний и не мешай.

Тон не оставлял места для возражений.

Я отступила к массивному дубовому буфету в углу и замерла в тени, стараясь дышать тише, стать невидимой. Но уши всё равно ловили каждое слово.

— …перебрали всех, кого могли, — говорил Вейдрич, лениво отхлёбывая суп. Его лёгкость резко контрастировала с мрачной темой. — Головорезы с Причала Теней, контрабандисты из Старого Города, даже остатки той банды оборотней с севера... Ничего. Ни следа. Будто девушек стёрли с лица земли.

— Глупости, — отрезал Ванторн. Он почти не притрагивался к еде. — Так не бывает. Их кто-то прячет. Или перевозит. Ищи следы маскировки, порталов — что угодно. Не верю, что не осталось ни одной зацепки. Кто-то за этим стоит.

— Город кипит, Рейнар. Люди уже вынесли приговор, — Вейдрич усмехнулся, но в глазах не было