Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон Страница 392

мостов и плотин для гидроэлектростанций. Фирма была одной из крупнейших в своем роде в Исландии, и Патрекур, который был хорошо известен в своей области, руководил многочисленной командой в качестве заместителя директора. Инжиниринговые фирмы страны пережили беспрецедентный рост благодаря нынешнему экономическому буму, который проявил себя высокие банковские процентные ставки, безудержное приобретение иностранных активов исландскими бизнес-магнатами и компаниями, огромное количество новых зданий в столичном регионе и масштабные инфраструктурные проекты, связанные с плотиной гидроэлектростанции и заводом по выплавке алюминия в Восточных Фьордах. Патрекур, конечно, не мог пожаловаться ни на какую нехватку работы. Было еще раннее утро, и он стоял в рубашке с закатанными рукавами, с мобильным телефоном в одной руке и офисным телефоном в другой, считывая информацию с одного из двух компьютерных мониторов на своем столе. Закрыв за собой дверь, Сигурдур Óли сел на черный кожаный диван лицом к письменному столу, скрестил ноги и терпеливо ждал.

На лице Патрекура отразилось удивление, когда он увидел, как тот вошел и сел. Он поспешно закончил один из своих телефонных звонков, но с другим было сложнее. Сначала Сигурдур Óли слушал, но его интерес вскоре угас, когда разговор зашел о количестве железобетона и дополнительных затратах на проектирование. Стол Патрекура был завален стопками бумаг, которые также занимали подоконник; свернутые инженерные планы были прислонены к стене, на крючке висел защитный шлем, а на столе стояла фотография его жены Санны и их детей.

«Они доставляют мне немало хлопот», — сказал Сигурдур Óли, когда Патрекур наконец освободился.

Зазвонил настольный телефон. Патрекур снял трубку и положил ее на стол, отключив звонок. Он также отключил свой мобильный.

«Кто?» — спросил он. «Зачем? О чем ты говоришь?»

«Мои коллеги. Боюсь, мне пришлось рассказать им о вас — о том, что мы друзья».

«Обо мне? Почему, ради бога?»

«Они думают, что ты вовлечен в это дело больше, чем показываешь. Все стало намного серьезнее после вчерашней смерти Л & # 237; на. Строго говоря, мне даже не следовало сидеть здесь и разговаривать с тобой.»

«Ты, должно быть, шутишь?»

Сигурдур Óли покачал головой.

«Зачем тебе понадобилось рассказывать им обо мне?»

«Почему ты должен был прийти ко мне?» Возразил Сигурдур Óли.

«Вчера я видел в новостях, что она умерла. Они же не верят всерьез, что я замешан во всем этом, не так ли?»

«Это ты?»

«Не будь смешным. Я бы сказал тебе, если бы был смешон. У тебя были неприятности?»

«Ничего такого, с чем я не смог бы справиться», — заверил его Сигурд Óли. «Что сказал Германн, когда услышал о Лíна?»

«Я с ним не разговаривал. Все детали будут обнародованы?»

Сигурдур Óли кивнул.

«Я просто хотел предупредить вас о том, что должно произойти. Вас вызовут на допрос, вероятно, позже сегодня днем. То же самое сделают Герман и его жена. И, конечно, Санна тоже не сбежит, хотя я не знаю этого наверняка. Человека, который проведет первый раунд интервью, зовут Финнур. С ним все в порядке. Ради твоего же блага, я надеюсь, ты расскажешь ему все, что знаешь. Не сдерживайся и не усложняй; просто делай это коротко и мило. Отвечай на их вопросы и не предлагай никакой дополнительной информации. Ничего не говорите, пока вас не спросят, и не начинайте говорить о привлечении адвоката — ваша ситуация далеко не настолько серьезна, и это только вызовет удивление и подозрения. Будь самим собой и старайся сохранять спокойствие».

«Это ты? … Они подозревают нас в том, что мы это сделали?» Несчастным голосом спросил Патрекур.

«Германн в гораздо худшем положении, чем ты», — заметил Сигурд Óли. «Я не знаю, что они сделают с тобой, но я рассказал Финнуру о нас, о фотографиях и шантаже, и о том, откуда ты знаешь Германа, и о том, что именно ты свел нас вместе».

Патрекур в ужасе откинулся на спинку стула. Он бросил взгляд на фотографию Санны и детей.

«Так вот что я получаю за то, что прихожу к тебе за советом», — сказал он.

«В конце концов, все это выплыло бы наружу».

«Выходи? Что ты имеешь в виду? Мы с Санной ничего не делали!»

«Это не то, что думает Финнур», — сказал Сигурдур Óли. «Он говорит, что ты использовал меня, что ты сам замешан в этой грязной истории и что я должен был запугать шантажистов, чтобы они передали фотографии».

«Я не могу в это поверить», — выдохнул Патрекур.

Сигурдур Óли наблюдал, как его друг ерзает на стуле.

«Я тоже», — признал он. «С Финнуром все в порядке, но, если вы спросите меня, все это нелепо. Он предпочитает игнорировать тот факт, что ты вряд ли отправил бы меня и сборщика долгов к Лíна в одно и то же время. Послушай, ты можешь сказать мне что-нибудь, чего мы еще не знаем? Что-нибудь, что могло бы помочь нам найти того, кто это сделал? Вы вообще знаете кого-нибудь, с кем имели дело Лена и Эбби?»

Он увидел облегчение своего друга, когда тот сказал, что не верит версии событий Финнура.

«Я в полном неведении», — заверил его Патрекур. «Я рассказал вам то, что знаю, и это почти ничего. Действительно, ничего. Эти люди нам совершенно незнакомы».

«Хорошо», — сказал Сигурд Óли. «Скажи это, когда встретишь Финнура, и все должно быть в порядке. Но, ради Бога, не упоминай, что я пришел сюда, чтобы предупредить тебя».

Патрекур умоляюще посмотрел на Сигурдура Óли.

«Ты не можешь что-нибудь сделать?» сказал он. «Меня еще никогда не вызывала полиция».

«Боюсь, это не в моей власти».

«А средства массовой информации, они пронюхают об этом?»

У Сигурдура ли не было слов утешения.

«Это данность», — сказал он.

«Какого черта тебе понадобилось втягивать меня в это?»

«Это Германн сделал это для тебя, «сухо заметил Сигурд Óли, «а не я».

Сигурдур Óли вернулся на станцию на Хверфисгате и обнаружил, что его ждет отец. Он был застигнут врасплох.

«Все в порядке?» — была его первая реакция.

«Да, все в порядке, Сигги», — ответил его отец. «Я поинтересовался, как у тебя дела. Я работаю неподалеку и решил заглянуть. Я никогда не навещал тебя на работе».

Сигурдур Óли провел его в свой кабинет, удивленный и несколько раздраженный этим вторжением. Его отец тихо вздохнул и сел, как будто устал. Он был невысокого роста, но крепко сложен, его сильные руки натерлись от многолетней работы с трубами и гаечными ключами, и он немного прихрамывал из-за проблем с суставами, проведя большую часть своей трудовой жизни