Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова Страница 37

У Игоря заслезились глаза, и он плохо различал собеседницу. Но волевым усилием заставил себя ответить спокойно.

– Я вижу, ты только что с тренировки. Что тебя заставило приехать сюда? Соскучилась? – Он тоже усмехнулся. – Я знаю, ты не Алиса. И ты мне врала во всем, кроме кюдо. – Он кивнул на лук. – Здесь ты сказала правду. Но ты и не Александра. Кто ты?

– Я та, о встрече с которой ты мечтал, – последовал ответ. – Я – Энн Джонс. Девятихвостая лисица, которая живет вечно. Пятнадцать лет назад я заманила глупенькую Александру, увлекавшуюся сказками обо мне, в болото, утопила там и завладела ее душой и обликом. О, это не единственное приобретение в моей коллекции. У меня множество душ и множество обликов. И я выбираю, как в гардеробе, какой из них надеть. А от тебя мне было бы вовсе ничего не надо, я даже никогда не обратила бы на тебя внимание, если бы не дорогая моему сердцу вещица, которую тебе подарил еще один сумасшедший, бредивший моей историей, антиквар Игнатьев. Я хотела обойтись с тобой гуманно.

Энн сделала шаг вперед. Туман в глазах Игоря рассеялся, и он увидел перед собой прекрасную рыжеволосую женщину с раскосыми темными глазами в традиционном костюме бойца кюдо.

– Ведь ты никак не причастен к разорению моего дома. Часы тебе подарил твой друг. Я планировала, воспользовавшись тем, что Игнатьев задурил тебе голову рассказами о моей красоте, соблазнить тебя, вполне законно проникнуть в твой дом, забрать часы и оставить тебя в покое. Но ты оказался не настолько увлекающимся, как он. Ты очень наблюдательный, умный. Ты привык все рассчитывать, проверять. Более того, ты не одинок. С одинокими – легко. А у тебя есть друзья, есть женщина, которая тебя любит и молится за тебя. Да, да. – Лицо Энн осветила обворожительная улыбка. – Ты не знал? Это твоя секретарша Лена. Это она пририсовала единичку в отчете твоего приятеля, а вовсе не его внучок. Она не хотела, чтобы ты встречался с другими женщинами. Но этим она тебе помогла гораздо больше, чем даже сама себе представляла. Помогла меня разоблачить. А что же теперь делать мне? – Энн пожала округлыми плечами. – Мне ничего не остается, как убить тебя. Хотя я этого не хотела. Но для меня опасно, чтобы ты оставался в живых. Слишком много знать – вредно…

Энн молниеносно повернулась, в руках у нее оказался лук, она вскинула его, положив стрелу.

– Умри. – Она натянула тетиву. В это мгновение на улице завизжали тормоза. Послышался топот ног на крыльце и собачий лай.

– Игорь Ильич!

– Игорь!

В распахнутую дверь с лаем ворвалась молодая овчарка. За ней бежали Евсеич и Лена.

– А ну положи оружие, стрелять буду!

Евсеич вскинул пистолет. Прозвучал выстрел, пуля врезалась в мраморную плитку рядом с часами. Стрела сорвалась с тетивы и ударила Игорю в руку. Он вскрикнул от боли и увидел, как рука мгновенно почернела.

Энн резко повернулась, бросилась вперед. Превратившись в рыжую лисицу, вспрыгнула на каминную полку и, схватив часы, исчезла в зеве камина.

– Игорь Ильич, живой? – Евсеев подбежал к Воскресенцеву. – Лена, быстро звони в скорую, – приказал он секретарше. – Украла часы, подлюга! Ну, ничего, у меня связи обширные. Найдем. И ее саму, и часики.

– Часики искать не нужно, – негромко проговорил Игорь. У него кружилась голова, он чувствовал, что теряет сознание. – Другие куплю. А эти мне и даром не нужны.

– Ну, как скажешь. – Евсеев пожал плечами. – Лена, ну, что там врачи? – спросил нетерпеливо, обернувшись.

– Едут. Через пять минут будут, – ответила секретарша и наклонилась к Воскресенцеву. – Игорь Ильич, больно?

– Нет, не очень, – ответил он мягко. – Терпимо. Если выживу, выходи за меня замуж, – предложил он. – А ты, – взглянул на Евсеича, – в своем ресторане любимом стол закажи. Там отмечать будем.

– Это я понимаю, Игорь Ильич! – Евсеев радостно сжал руку Воскресенцева. – Молодец! Все сделаю.

* * *

«В поселке Репино Курортного района совершено нападение на заместителя директора компании “Нефтеэкспорт” Игоря Воскресенцева, – сообщили на следующее утро в программе ЧП по питерскому телевидению. – Преступник проник в частный дом в элитном поселке, где проживал Воскресенцев, предположительно, с целью ограбления. Хозяин дома получил тяжелое ранение в плечо стрелой, наконечник которой был обмазан ядом, состав которого устанавливается. Игорь Воскресенцев доставлен в больницу. По прогнозам врачей, кисть руки вряд ли возможно спасти, но в остальном – прогноз положительный. Распространение яда по организму удалось остановить. Преступник объявлен в розыск. Начато расследование».

Глава шестая

Коралловый рай

Лиза Потапова родилась и выросла в Калининграде в очень обеспеченной семье – ее мама возглавляла Роспотребнадзор в городе. Отец был военным, моряком. Но родители развелись, когда Лизе исполнилось одиннадцать. Лиза виделась с отцом по выходным. Они много гуляли, ходили в кино, разговаривали. Так продолжалось года два или три. Потом папа приходить перестал. Мама отмалчивалась, а бабушка – в прошлом тоже инспектор Роспотребнадзора, или СЭС, как называли эту службу в СССР, – шепнула Лизе, что у папы появилась новая семья. И, мол, новая жена там не хочет, чтобы они виделись.

Лиза с детства понимала, что она должна быть самостоятельной, чтобы помогать маме. Она никогда не докучала маме тем, что ей скучно. Она всегда знала, чем себя занять. Много читала и однажды, прочитав книгу Всеволода Крестовского о его путешествии в Японию, решила начать изучать язык этой страны.

Мама наняла Лизе преподавателя. Репетитор приходил два раза в неделю – это была женщина средних лет. Она окончила кафедру японоведения на восточном факультете Санкт-Петербургского университета, но по специальности работать так и не устроилась, вышла замуж, переехала в Калининград к мужу и преподавала в школе английский. Японскому же учила частным образом – и для заработка, и для души.

Лиза очень увлеклась новым хобби. И к удивлению Полины Эдуардовны, – так звали учительницу, – быстро осваивала японский. Он ей давался, как ни странно, даже легче, чем английский в школе. К одиннадцатому классу Лиза твердо решила, что будет поступать на Восточный факультет в Санкт-Петербурге.

Мама и бабушка боялись отпускать Лизу в другой город. Но переубедить девушку было невозможно – она была готова к любым трудностям. Даже аргумент, что, мол, Полина-то не нашла себе работы, не факт, что ты найдешь, – не действовал. «Тогда было одно время, а сейчас – другое, – возражала Лиза. – Сейчас возможностей больше».

Зная,