Разящие огни грехов - Гера Фотич Страница 31

Фома поверх планшета посмотрел на мужчину, но ничего не сказал, снова углубился в игру.

– Я не собираюсь тебя упрашивать, просто хочу, как юрист, разъяснить тебе возможные последствия неявки и отказа от экспертизы.

Кажется, эти слова заинтересовали Фому, и он отложил айпэд, сосредоточил внимание.

– По закону после возбуждения уголовного дела обязательно проведение медицинской экспертизы, только она является доказательством. Конечно, в твоём случае она будет формальной, поскольку со дня исследования прошло уже несколько недель и раны затянулись. Но какие-то следы всё равно остаются. И их необходимо зафиксировать. А если к тому же ты вообще откажешься пойти в полицию и давать какие-либо показания, то могут поставить под сомнение само событие преступления. Дело могут прекратить, и дедушку выпустят.

Косых увидел, как мальчик на локтях приподнялся из койки, его глаза расширились, в них промелькнул испуг. Ничего не сказав, Фома слез с кровати и, пройдя мимо адвоката, молча вышел из комнаты. На веранде он увидел свою мать с бабушкой. Сделав недовольное лицо, спросил:

– Это вы, бабушка, ко мне адвоката послали? Почему он мне угрожает?

– Что ты, миленький, – засуетилась Ольга, – Павел Иванович позавтракать пришёл с нами, только спросил, как ты себя чувствуешь? Мы все о тебе волнуемся…

На веранду вышел Косых и сел на своё место, продолжил есть.

– Я пошёл к Гордею, мы на рыбалку пойдем, – сообщил Фома и, упруго подпрыгивая на ступенях, стал спускаться вниз.

– Фомушка, если тебе не срочно, не мог бы ты погулять с собакой? – жалобно спросила Ольга. – Дедушки нет, а Палтус совсем извёлся на цепи!

Но внук даже не обернулся. Выскочив за ворота, хлопнул калиткой.

Женщины проводили его печальными взглядами.

Косых прожевал очередной сырник и вытер руки о бумажную салфетку.

– Оленька, а давайте я погуляю! У меня как раз и наряд подходящий. Пёс меня знает, мы вместе с Семёном его выгуливали.

– Вы меня сильно обяжете, – улыбнулась Ольга, – а потом приходите к обеду, посидим, поболтаем!

– Хорошая мысль. – Косых поднялся со стула и посмотрел на пса, крикнул: – Палтус, гулять идём?

Овчарка вскочила и коротко тявкнула, радостно замотала пушистым хвостом.

Павел Иванович быстро спустился к вольеру, отстегнул цепь, заменив её поводком, и вместе с собакой вышел за ворота, направился к озеру. По дороге присмотрел небольшую палку, чтобы можно было кидать её в озеро.

Глава 19

Рыбалка

На участке Гордея активно кипела работа. Два крепких соседских мужика рубили дрова. Один подносил чурку и ставил на колоду. Второй с размаху крушил её колуном. Разлетающиеся поленья собирали, относили в дровяник, Гордей с энтузиазмом помогал складывать поленницу.

Анатолий в тельняшке и тренировочных штанах сидел с бутылкой пива на крыльце дома, давал указание:

– Руби тоньше, гореть лучше будут! Складывай аккуратней, а то всё развалится! Не промахнись, я больничный оплачивать не буду! – при этом махал рукой с бутылкой, из которой периодически появлялась пена, выплёскивалось пиво.

– Хватит горланить! – огрызался рабочий, раскалывая очередную чурку. – Всё будет, как заказывал, только денежки готовь!

Толик стучал по карману донышком бутылки, по-хозяйски усмехался:

– У меня всё при себе! – Неожиданно заметил подошедшего Фому: – О ещё один сынок мой пришёл батяне помогать! Проходи, присоединяйся к Гордею, тоже рублишко заработаешь на мороженое!

Фома не обратил на него внимания, не желая здороваться, остановился, наблюдая за работой.

Гордей, разложив очередную охапку поленьев, выбежал из дровяника, увидел приятеля. Отвел его в сторону, тихо спросил:

– Ты чего?

– Достали меня, – хмуро сообщил Фома, – родственники просят деда пожалеть, чтобы я признался, что пошутил, а полиция требует снова отправить меня в больницу на освидетельствование. Адвокат говорит, что, если не пойду, могут дело прекратить и деда выпустить!

– Да, полиция так всегда делает после возбуждения уголовного дела, – сообщил Гордей, – значит, там всё идёт по маслу! Надо тебе сходить. Я думаю – ничего страшного. Зато дед посидит подольше, подумает! Меня тоже где-то через месяц к врачу водили. Ну, ты как насчёт рыбалки? Готов? Погода сегодня хорошая. Не забыл?

– Я согласен, давай! – Фома протянул приятелю маленький полиэтиленовый мешочек с замком.

– Это что?

– Пакет для телефона.

– Зачем?

– Ну, мало ли в дождь попадём, намокнем? – улыбнулся Фома.

– Нее, – Гордей покрутил головой, – я свой дома оставляю, когда с лодки рыбалю. Она старая, ещё от деда осталась, замучался протечки смолой заливать. Ты посиди пока, а я к навозной куче за червями! Там такие жирняки! – Он обернулся к отчиму, крикнул: – Ну, ты как, готов на рыбалку с нами?

– Всегда готов! – отрапортовал Анатолий, прикладывая бутылку ко лбу вместо пионерского салюта. – Сейчас, только червей накопаю – и пойдём!

Фома положил свой айфон в мешочек, закрыл и убрал в карман.

Через двадцать минут Гордей появился с банкой из-под консервов, из которой выглядывала земля, и двумя удилищами. Одно протянул Фоме:

– Пошли! – обернулся к отчиму: – Тебе удочку брать?

– Нее! – осклабился Анатолий. – Я подсачник возьму, буду смотреть, как вы ловите, если крупная клюнет, помогу! Хотя сомневаюсь, что клёв будет – рыба в обед не берёт!

– Если она есть, то обязательно клюнет! – уверенно сообщил Гордей. – А пока плывём, уже вечерняя зорька подойдёт!

– Тогда надо бутерброды сделать, – сказал Анатолий, поднялся и направился в дом.

Через пятнадцать минут он вышел с белым пакетом в руке, поднял его над собой:

– Готово! – внутри звякнуло стекло. – Теперь можно плыть!

Втроём они спустились по тропинке к озеру, отвязали лодку и стали грузиться. Фома прошёл на нос, Гордей сел на вёсла, Анатолий устроился на кормовом сиденье. Он достал из мешка несколько тёмных бутылок пива и сунул их под свою лавку, прижал ногами:

– Эх! Садок для рыбы забыли! – разочарованно сказал он.

– Ну и ничего, – отозвался Гордей, – хорошая примета! Рыбу можно в твой пакет складывать взамен посуды.

Анатолий заглянул под ноги и согласно кивнул. Достал очередную бутылку и открыл об борт лодки, быстро прижал ко рту, ловя брызнувшую пену.

Гордей сделал резкий гребок вёслами, и отчим чуть не свалился на спину, растопырив ноги, вытянул их, сунув под лавку пасынка, весело засмеялся:

– О, чёрт! Чуть за борт не свалился! Когда пиво в одной руке, а второй нет – зацепиться нечем!

Мальчики в лодке поддержали его улыбками…

Громкий смех Анатолия услышала Елена Сомова, которая собиралась уходить с пляжа. Увидела, как от деревянных мостков отчалило судёнышко. Внутри заметила своего внука и помахала ему рукой с большим влажным полотенцем, крикнула:

– Фома! Куда вы собрались?

– На рыбалку, – ответил внук и показал блестящую сложенную удочку.

Анатолий, сидя на