Искатель, 2011 № 07 - Журнал «Искатель» Страница 30

Вот в ресторан вошел новенький. Его облик сразу чем-то привлек к себе... Мятые брюки, темная рубашка без галстука и куртка — не очень подходящий вид для похода в ресторан.

Парню было не больше тридцати. Он был красив, но без столичного лоска. Что-то вроде донского казака из «Тихого дона».

Казак был явно не из местных. Он спокойно осмотрел зал. Но от входа невозможно было увидеть тех, кто прятался в нишах под зелеными абажурами... Парень неуверенно прошел к барной стойке, а потом стал обходить все столики, искоса поглядывая на посетителей.

Алле показалось, что парень задержался около ее ниши дольше, чем у других... Это не говорило пока ни о чем, но Бакуниной вдруг стало приятно. Она решила, что он заинтересовался именно ею! И не как журналисткой, а как женщиной... Вот только какой-то он робкий — хочет познакомиться, но не может. Казак, а такой стеснительный!.. И тогда Алла сама обратилась к нему.

— Вы ищете место?

— Ищу.

— Можете сесть за мой столик... Вы не против?

— Нет, я не против.

Парень сел, но сразу оглянулся и взмахнул рукой, подзывая официанта... Это было непривычно. Обычно здесь заказывали дамы. Они же и платили...

Через час общения Бакунина уже точно знала, что уйдет из ресторана вместе с этим парнем и что он будет ночевать у нее... А где ему еще ночевать? Он только днем приехал из Воронежа, бросил вещи на вокзале, пошел гулять по Москве... Милый мальчик! Но и сила в нем какая-то чувствовалась. И имя самое русское — Иван!.. Он явно был близок к земле. Но не так, как шахтер или тракторист, а в высоком смысле. Как герой или былинный богатырь, как Стенька Разин или Алеша Попович.

— Иван, вы пойдете ко мне ночевать?

— Неудобно как-то... Вы же меня почти не знаете. А вдруг я какой-нибудь киллер.

— Ой, не смешите меня, Иван!.. Я — журналистка. Я вижу людей насквозь... Поехали ко мне, Ваня!

— Поехали... А вы точно не передумаете?

— Ни в коем случае!.. Вот если бы ты, Ванюша, немедленно согласился, я бы засомневалась. А так — я верю тебе на двести процентов...

Алла проснулась, почувствовав, что его нет рядом... Она чуть приоткрыла глаза и улыбнулась — Иван стоял рядом с кроватью и осторожно одевался. Он делал это тихо, стараясь не разбудить ее... Как хорошо, что она пошла вчера в «Зеленую сову». Она бы могла сразу из редакции поехать домой. И что бы было? Посмотрела бы гнусный телевизор, выпила чай с бутербродами и легла одна в холодную постель... А так — она узнала Ивана! Пусть это маленькое, но счастье!

Ей не хотелось шевелиться. Но праздник должен продолжаться! Надо сделать для Ивана что-то яркое и увлекательное. Он не должен уйти просто так!

Бакунина рывком сбросила с себя одеяло и открыла глаза... Он замер, а она ехидно смотрела на Ивана взглядом порочной библиотекарши. Она и на самом деле хотела соблазнить его еще раз...

— Что молчишь, Ваня? Как тебе эта картинка?

— Так что тут говорить? Красота, да и только... Формы ваши впечатляют. Я не люблю совсем худых. А тут — всё в самый раз!

— Ты прав... Мне и самой мое тело нравится. Иногда встану у зеркала и сама собой любуюсь... Ты куда, Ваня, собрался? Не спеши. Мы еще час можем побыть вместе...

Бакунина чуть изменила позу. Ей казалось, что Иван сейчас начнет срывать с себя одежду и в страсти бросится на нее. Но парень взял с кресла куртку, надел ее и начал застегивать молнию... Все это он делал неторопливо и сосредоточенно. Но Алла заметила, что руки его дрожат, а значит — он волнуется... Она улыбнулась, представляя, что творится в душе молодого мужчины, сильного и страстного...

Бакунина ошибалась! Иван действительно волновался, но совсем не по тому поводу... Он засунул руку за пазуху и вытащил что-то длинное и блестящее.

Женщины не должны разбираться в оружии! И Алла толком не знала, что это такое — револьвер, пистолет или какой-нибудь наган... Она понимала самое главное — эта штука с глушителем, и она стреляет!

На Бакунину напал какой-то ступор. Она не орала, не дергалась, не делала большие глаза. Она замерла и с трудом произнесла простую фразу:

— Ты что это, Ваня?

— Я же предупреждал, что ты зря меня пригласила.». Хотя оно без разницы. Я убил бы тебя все равно.

— За что?

— За Шадринск... Накройся. Смотреть противно!

— Да, сейчас... Но одеяло на пол упало.

— Подними!

Она послушно перевернулась на живот и смешно поползла к краю кровати, за который сползло сброшенное ею одеяло...

Вероятно, киллер медлил, видя живые глаза жертвы. А когда Бакунина повернулась к нему спиной и всем остальным, Иван поднял пистолет и, почти не целясь, дважды нажал спусковой крючок.

Звуки выстрелов были резкие, отрывистые и тихие, как обычные хлопки в ладоши. Не стрельба, а жидкие аплодисменты...

Иван подумал, что третий контрольный выстрел не нужен. Одна пуля попала под правую лопатку, другая — под левую... Было ясно, что журналистка его уже не слышит. Но он отчетливо произнес:

— Это тебе за Шадринск!

Сказал, нервно улыбнулся, прицелился и выстрелил третий раз. Теперь пуля вошла точно между лопаток...

* * *

Они и в этот день не пошли на пляж... Они не сизифы какие-нибудь, чтоб в жару бегать по горам!.. На сегодня Вадим с Ириной запланировали пикник на природе. Но не на открытом солнце, а в тенистом лесу у водопада.

За виноградниками начиналось то, что в центральной России называют сосновым бором. Две-три сотни деревьев, заросли непонятных кустов, обломки скал, поросшие мхом, и солнечная поляна в центре этой красоты.

Молодожены разместились в тени. Здесь было все, как они хотели. Правда, водопад оказался небольшим. По отвесной скале неслышно и вяло стекала тонкая струйка воды... Даже не стекала, а капала в разных местах.

Очистив поляну от шишек, Хилькевич постелил одеяло и начал раздеваться. А Ирина уже была в купальнике. Первым делом она сбросила сарафан на соседний куст с ароматными желтыми цветами.

Рядом стояли сумки с красным вином и простой закуской. Этого хватит до вечера... Одним словом, все говорило о предстоящем райском отдыхе!

Для начала они просто легли на спину и стали смотреть на чистое небо, которое синело в просветах между сосновыми ветками... Сюда не доходили