Принцип трех обезьян - Ирина Семеновна Левит Страница 3

Баба Зина всегда опасалась (и порой не беспочвенно), что внучка затянет правнука в какую-нибудь взрослую проблему, которая ему может навредить.

– Именно так, вовлекла, – подтвердила внучка. – Она касается здоровья Ярослава.

Идею с санаторием и врачом-кудесником баба Зина приняла с воодушевлением:

– Очень хорошо, раз специалисты советуют. – Она имела в виду Ларису Семеновну, в данном случае совершеннейшего авторитета. – И тебе, Верочка, полезно отдохнуть. А то тебя совсем на работе заездили.

– И подлечимся, и отдохнем, – подтвердила Вера и кивнула сыну: – Пойдем, показывай, что нашел.

В своей комнате Ярослав (опять-таки по рекомендации врачей) улегся на тахту, поставил на живот ноутбук и щелкнул мышкой. На экране высветился сайт санатория «Светлое озеро». Довольно симпатичный, как показалось Вере, сайт.

– Значит, так, – начал Ярослав. – Санаторий открыли на Светлом озере в пятьдесят пятом году прошлого века, когда на другом озере, в семи километрах, нашли целебную грязь. Но рядом с тем озером, его потом назвали Грязевым, строить не стали, потому что там неудобное место…

– Пропусти историю, – прервала Вера. – Давай про сегодня.

– Ладно, – не стал спорить сын. – Про сегодня. Пять с половиной лет назад санаторий, который был в довольно обветшалом состоянии, купила московская компания «Здравница». У нее еще пять санаториев по стране, а единственный хозяин – некий Сергей Терновский. Была проведена полная реконструкция жилого и лечебного корпусов, а также пункта по добыче грязи. В спальном корпусе четыре этажа: на первом – ресторан, там трехразовый шведский стол, зал отдыха с бильярдной, небольшой тренажерный зал, несколько служебных помещений, на трех других этажах – номера разной категории. В лечебном корпусе на первом этаже грязе- и водолечебница, на втором – кабинеты врачей и физиотерапии, на третьем – административные службы. Корпуса соединены закрытой галереей, везде есть лифты. Да вот, можешь посмотреть, у них на сайте фотки и видео.

Вера посмотрела. Действительно, все выглядело современно, но без перебора – пристойно и уютно.

– Есть также охраняемая автостоянка, – последовало уточнение.

– Это меня не интересует.

– Своя территория у санатория небольшая, но есть прямой выход к озеру и в лес. Там вообще вокруг лес. До центральной улицы Кураевска идут две дороги: автомобильная – два с половиной километра, и пешеходная – полтора…

– Ладно, – вновь прервала Вера. – Ты выяснил про Ланкура?

– А как же! Врач высшей категории, травматолог, остеопат, мануалист… В общем, на все руки мастер. Всю жизнь жил в Москве, работал в крупных клиниках, двенадцать лет имел свой кабинет. Я поизучал отклики пациентов. Там полный восторг!

– Замечательно!

– А также слезы, охи с ахами и всхлипы: «Почему же?!» – ухмыльнулся Ярослав.

– В связи с чем? – не поняла Вера.

– В связи с тем, что два с половиной года назад этот Ланкур закрыл свой кабинет и перебрался из Москвы в Кураевск. Столичные пациенты в шоке. Понять не могут: какого лешего он сиганул из столицы в деревню? Зато местные пациенты в полной радости.

– Замечательно! – повторила Вера. – Давай смотри, что там на сайте про продажу номеров.

– Уже посмотрел. До середины февраля ничего, все распродано, – разочаровал Ярослав.

– Н-да… Олег Павлович предупреждал… Хотя… – встрепенулась Вера, – он обещал посодействовать. Олег Павлович сказал, что всегда есть что-нибудь в загашнике. Сейчас ему звякну.

И она отправилась в прихожую, где оставила свой телефон. Нашла в контактах номер Добрецова и тут услышала крик:

– Мама! Мама! Быстро сюда!

Вера охнула и буквально в несколько скачков оказалась в комнате сына, который преспокойно продолжал лежать, вперившись в компьютер.

– Ты чего вопишь?! Перепугал насмерть!

– Ты следователь, тебе по должности не полагается быть пугливой, – отмахнулся Ярослав. – Лучше скажи спасибо, что я с сайта не ушел.

– Спасибо, – буркнула Вера. – Только за что?

– Сейчас на сайт в продажу выкинули двухместный номер. Наверное, кто-то отказался и санаторские выкинули. С третьего января. Бронировать?

– Конечно! – уверенно сказала Вера.

– Только цена нехилая. У них вообще цены нехилые. А прайс на лечебные процедуры – это отдельно. И этот Ланкур – самый дорогой. Но лечебные процедуры оплачиваются на месте, в соответствии с медицинскими назначениями.

Вера глянула на цены. Да, весьма приличные (Добрецов предупреждал и даже помощь предлагал), но все же не заоблачные. Следователь Грознова прикинула, что ей это вполне по карману.

– Бронируй, – повторила она.

Ярослав пощелкал мышкой и предупредил:

– Только выкупить нужно в течение часа, иначе бронь снимут.

– Оплатим сейчас. – Вера подумала: этот совершенно неожиданно освободившийся номер, причем двухместный, причем на период, который и советовала Лариса Семеновна Лунькова, – явно хороший знак. Значит, все будет отлично.

Она позвонила Добрецову. Выслушав информацию, Олег Павлович сказал, что тут, конечно, повезло, но, если бы не повезло, он все равно бы нашел вариант. В конце концов, он начальник РОВД, то есть не последний человек в районе.

* * *

Добрецов позвонил днем 29 декабря.

– Вера Ивановна, вы случайно не смотрели сводку за последние сутки?

«Случайно» сводки происшествий Вера не смотрела (на то имелись другие люди), ими она интересовалась исключительно в связи с конкретными обстоятельствами. А что касается последних суток, то тут следователь Грознова вообще расслабилась. Сегодня был предпоследний день ее работы, завтра ожидался предпраздничный корпоратив, а потом Новый год и – отпуск: две недели санаторного отдыха.

– Нет, не смотрела. А что? – спросила она.

В трубке послышался тяжкий вздох.

– Позавчера вечером была убита девушка, проживающая в санатории.

– В том, куда я собираюсь с сыном? – насторожилась Вера.

– Именно. Но убили ее не в санатории, а в районной библиотеке. Вчера утром обнаружили тело.

– Печально… – произнесла следователь Грознова, для которой мертвое тело всегда было печальным, однако же совершенно рядовым событием.

– Для меня лично это вообще ужасно, – мрачно сообщил Добрецов.

– Да?.. – Вера вновь насторожилась.

– Дело в том, что этой библиотекой руководит моя родная сестра Галя. У нее тоже фамилия Добрецова. Галя проводила 27-го поэтический вечер, на котором была та самая девушка, Агата Чернецкая, двадцати шести лет. Все гости досидели до конца, а Чернецкая ушла немного раньше. Никто особо на это внимания не обратил. После окончания вечера Галя проводила гостей и закрыла библиотеку. То есть она оставалась в библиотеке последней. А на следующее утро, то есть вчера, пришла на работу первой, в половине десятого утра, и обнаружила девушку на втором этаже, в дальнем отсеке, задушенной. Медэкспертиза показала, что Чернецкая пролежала мертвой часов двенадцать.

– Действительно ужасно, – искренне согласилась Вера, имея в виду прежде всего сестру полковника. – А кто ведет дело?

– Вот это-то самое отвратительное. – Добрецов издал вздох, сильно похожий на рычание. – Замначальника нашего