Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон Страница 244

Новые телефоны с прозрачными монетоприемниками похожи на игровые автоматы. К счастью, этот не принимает карты – проклятие патрульных. Свифт обыскивает карманы, находит франк, а затем борется с непокорным шнуром телефонной трубки, настоящим душевым шлангом.

Наконец, голос Сенлисса, судебного патологоанатома из IML.

– Свифт. Есть новости?

– У меня есть анализы частиц, найденных на дне ран.

– Что это нам дает?

– Есть углеродистая сталь, характерная для некоторых клинков, в частности мачете.

– Что еще вы можете мне рассказать?

– Похоже, это клинок французского происхождения, тот, что находят в Вест-Индии. Возможно, это один из мачете, использовавшихся солдатами Французского Иностранного легиона.

Перед глазами Свифта – плодородными глазами его ума – промелькнуло новое подозрение: военный, наемник или отставной солдат, который, возможно, сохранил воспоминания о своей подготовке в тропиках…

Нет, не пенсионер. Убийца молод. Судя по тому, что он читал в книгах ФБР, взрыв преступных порывов всегда происходит около двадцати лет.

Сенлисс продолжал спокойным голосом:

– Гибкая сталь, практически не ломается. Единственный её недостаток – она ржавеет.

– А частицы ржавчины у вас тоже есть?

- Полный.

– Это все?

– Нет. Также присутствуют незначительные следы сахара.

– Сахар… в виде порошка?

– Нет, сахароза, содержащаяся в стеблях зрелого сахарного тростника.

- Что это значит?

– Орудие убийства могло быть использовано для сбора сахарного тростника. Я рассматривал эту возможность. В таком случае это мог быть мачете панга или тапанга. Длина его лезвия соответствует длине ран Федерико. Остриё отсутствует, а кончик заострён под прямым углом.

– Где можно найти такой инструмент?

– Везде на Карибах, где есть сахарный тростник.

Свифт настроен скептически. Карибские острова, серьёзно?

«Твой парень родом с заморских территорий Франции», — настаивает Сенлисс.

– В честь чего?

– Ваш убийца, вероятно, француз, да? Французские департаменты, где можно найти мачете-тапанга, называются Мартиника и Гваделупа.

Свифт вспоминает трёх очаровательных малышей из «Капитанства». Нет смысла тратить время на клоунов с интеллектом скворца. С другой стороны, другое воспоминание пульсирует в минорной тональности: одно из четырёх имён, данных Хайди, — имя богатого землевладельца из Вест-Индии, Жоржа Гальвани.

На повестке дня сегодня днем…

Он также помнит фразу Хайди о Федерико: «Он любил All Blacks».

– А как насчет жженой резины во рту?

– Ничего не могу сказать. Анализы не очень точные.

– А разве это не может быть продуктом Вест-Индии?

– Вовсе нет. Мы скорее на стороне Мишленовского.

- То есть?

– Согласно анализу, это, по-видимому, кусок покрышки.

Пот приклеивает к его лицу липкую маску. Какое паршивое расследование. И всё же, каждая деталь — вызов его интеллекту. Подожди.

– Спасибо, Сенлисс. Позвони мне, когда получишь результаты анализа крови.

– Конечно. Терпение – мать всех добродетелей.

Свифт добрался до машины, стягивая с себя промокшую рубашку.

«Что случилось?» — удивлённо спросила Хайди. «Ты весь красный».

– Жара. (Свифт поворачивает ключ зажигания.) Расскажи мне еще раз о Кароко.

– Он рекламный менеджер. Как правило, 70% его слов ничего не значат.

– Осталось еще 30%.

– Больше всего запоминается то, чего он не говорит, а это самое главное. Кароко – парень, который очаровывает и визуально, и на слух, но свои планы держит при себе.

Свифт выбрал авеню Нейи, переименованную в авеню Шарля де Голля примерно десятью годами ранее. Он ехал с открытыми окнами, но не был уверен, какой будет эффект. Шум и жара мучили его бедную голову.

«Кароко — человек своего времени, — продолжает Хайди, — который не боится устраивать шоу».

– А как бы вы охарактеризовали… нашу эпоху?

– Всё напоказ. Он основал одно из самых мощных рекламных агентств десятилетия, наравне с RSCG и Publicis. Он сам – своего рода ходячий рекламный щит.

Свифт не любит рекламу, и ещё меньше ему нравится вся эта шумиха вокруг неё. Теперь о ней говорят как об отдельном виде искусства, но по сути она всё ещё сводится к продаже йогурта. Он где-то прочитал цитату одного из величайших американских специалистов по рекламе, Рэймонда Рубикама: «Единственная цель рекламы — продавать. Больше и говорить не о чём».

– Зачем вы с ним встречаетесь?

Он связался со мной вчера вечером. Он настаивает на том, чтобы оплатить похороны моей матери. Не знаю, как он об этом узнал. Но я не удивлен: он всегда всё знает.

Свифт с нетерпением ждёт встречи с этим человеком. Пока что он выступает в роли потенциального убийцы Федерико, но также и его благодетеля и арендодателя. Безжалостный бизнесмен, страстный извращенец (Свифт не забыл о фелляции с Ваалом), который избил своего протеже и теперь хочет оплатить похороны матери Хайди. «Сложно», — предупредила его девушка.

– Я забыл одну деталь.

- Да ?

– У Кароко невероятная коллекция порнографических фотографий.

– Мужской, я полагаю.

– Возможно. Я никогда её не видел.

– Почему ты говоришь мне об этом?

– Говорят, что если он предлагает вам увидеть ее, это означает, что вы вступаете в очень эксклюзивный клуб.

- Который ?

– Мужские Чудеса.

– Что именно это такое?

– Понятия не имею. Я не подхожу под описание.

В конце авеню Нейи, слева, Булонский лес начинает подниматься; справа улица Шато спускается в Пти-Нейи, своего рода живописную деревушку. Именно здесь Свифт возвращается на авеню Руль. Он думает о коллекции Кароко. Он не знает, действительно ли хочет её рассматривать, но инстинктивно чувствует, что в этих снимках есть что-то, какая-то деталь, зацепка, которая может приблизить его к убийце.

42.

– Моя маленькая дорогая, мой ангелочек, моя жемчужинка! – кричит мужчина через огромный стеклянный зал агентства.

Он подходит к Хайди, широко раскинув руки, с глазами, полными слёз. Марсель Кароко явно обожает театр. Неудивительно, что он демонстрирует броскую элегантность: двубортный костюм Giorgio Armani, полосатая рубашка Charvet и лоферы Brooks с кисточками. С одной стороны, наряд безупречен. С другой, и по той же причине, он отвратителен.

По мнению Свифт, элегантность должна основываться не на совершенстве, а на диссонансе, на неуместных деталях. Излишние старания в итоге приводят лишь к смеху. К тому же, накапливая дизайнерские бренды, вы рискуете стать ходячим рекламным щитом. Великолепная ирония для рекламного руководителя…

Когда старый денди — на самом деле не такой уж и старый, возможно, ему лет пятьдесят — обнимает Хайди