Зарубежный детектив 2026-9 - Джон Бердетт Страница 218

Наверное, сочетание слов «почему она должна была умереть» оказалось удачным, потому что в Бейкере словно открылась дверца и поток речи понес его в совершенно иное пространство.

— А она должна была умереть? Вы мне даже не сказали, как это случилось! — воскликнул он.

— Я хочу, чтобы ты мне об этом поведал.

— Я не знаю. Вы не сообщили, где это произошло. — Он снова посмотрел мне в глаза. — Когда именно она умерла?

— Интересный вопрос. Но не относящийся к делу. В наши дни благодаря новым технологиям можно многие проблемы решить дистанционно, а не сбивать ноги, как в старые примитивные времена.

Бейкер оценил меня по-новому и испугался больше прежнего. Я же, действуя наугад, понятия не имел, почему мои слова произвели на него такое сильное впечатление. На его лице отразилась паника, как у тонущего. Я придвинул стул немного ближе.

— Расскажи мне все. Может, смогу тебе помочь.

Он пожал плечами.

— Помочь? Я между молотом и наковальней. Даже если вы меня сегодня отпустите, мне должно очень повезти, чтобы я сумел добраться до аэропорта.

Я снова глубокомысленно кивнул, отставил стул и, разговаривая с Бейкером, стал прохаживаться по камере.

— Понимаю. Следовательно, ты не имел права хранить те клипы в своем ноутбуке. Я правильно догадался?

Бейкер покачал головой, словно удивляясь моей сообразительности.

— Можно сказать и так.

— Зачем же ты их там держал?

— Рефлекторная беспринципность, всю жизнь от нее страдал. Тактики навалом, а стратегии ни на грош. Я поступил по-идиотски и с тех пор не перестаю себя корить. Мне не хватает дисциплины, иначе я был бы богатым и свободным.

— Решил, что может наступить день, когда эти клипы превратятся в средство достижения цели?

— Вот именно.

— Ты хоть представляешь, кто такой этот тайский китаец?

— Смутно. Большая шишка. Что-то вроде крестного отца.

— Верно. И ты не должен был хранить его изображение на жестком диске. Думаю, твоя миссия была такой: установить камеры, все отснять на DVD, а материал отдать Дамронг. А она бы уж решала, как и когда воспользоваться записью и надавить на клиента. Почему ты нарушил приказ?

Бейкер отвернулся.

— Разве в этом городе кто-нибудь кому-нибудь верит? — Он помолчал. — У меня помутилось в голове. И, как вы правильно заметили, я думал, что смогу воспользоваться записью для собственной выгоды.

— Ради иллюзорной безопасности пошел на огромный риск. Испугался? Я могу себе представить. Наверное, слишком привык к ее приступам гнева, к ее постоянной перемене планов, к ее садистской манере играть на струнах сердца. Могу понять, как тебя посетило откровение, что опасная для жизни видеозапись ее «представлений» с крестным отцом в решающий момент может все изменить в твою пользу. И еще был тот англичанин. Полагаю, она его шантажировала?

Бейкер пожал плечами.

— Придурочный яппи, у которого все мозги ушли в его конец. Нет, куда ему с нами тягаться. Особенно с ней.

Я дотронулся до носа, но не ради жеста, а потому что почувствовал, что разрываюсь пополам, не зная, на какую свернуть дорожку. Мне было известно, что за последние несколько дней англичанин, намереваясь повидаться с Бейкером, дважды приходил к нему домой, пока один из охранников не проговорился, что хозяин в тюрьме. Инстинкт взял сторону сдержанности. Я кашлянул и переменил тему.

— Как по-твоему, с этим крестным отцом она вела себя не как всегда?

Бейкер чуть не хихикнул.

— До этого мне ни разу не приходилось видеть, чтобы она заранее хоть чуть-чуть волновалась. А с ним — да. Выкладывалась на полную катушку. Вы же видели запись. Я сотню раз снимал ее за работой, но никогда не замечал, чтобы она так старалась. — Внезапно он посмотрел на меня не с такой боязнью, как раньше. — Можете упрятать меня за решетку. Я не собираюсь участвовать в ваших играх, так что поживиться вам не удастся. И запугать тоже, как запугал он, кем бы он там ни был. — Потому, как Бейкер стиснул зубы, я понял, что парень принял решение.

То, что я собирался сказать, дорого мне стоило, но выбора не оставалось.

— Она была не женщиной — наваждением. — Я продолжал расхаживать по камере. — Заразной болезнью, поразившей кровь половины мужчин, с которыми имела дело. — Бейкер поднял голову и внимательно посмотрел на меня. — В ее руках тело партнера превращалось в дудочку, на которой она играла любую мелодию. Но она проделывала свои штучки не только с телом — с сердцем тоже. Знала, как разжечь в нем огонь. Была наркотиком посильнее крэка и марихуаны, хуже героина. Ты же это понял после самого первого свидания.

Я глянул на Бейкера. Похоже, он хотел продолжения, и я, вышагивая из угла в угол, дал волю своим страданиям.

— Как это ей удавалось? Неужели сексуальное влечение подавляет в мужчине все прочее, или мы имеем дело с чем-то иным, более существенным? Не сумела ли она открыть что-то такое, о чем другие женщины только смутно догадываются? Не попыталась ли доказать, пусть таким коварным способом, что способна врачевать изначальную муку бытия? И убедить на практике, что меж ее бедер каждый найдет покой, о котором тоскует. Не хотела ли сказать, что она понимает мужчину? — Я помолчал и посмотрел на Бейкера. — Что тебя так зацепило, Дэн? Секс или ее необыкновенная способность утешить, словно она понимала все твои проблемы?

Пораженный американец не сводил с меня глаз. Наверное, мне стоило на этом остановиться. Но, ступив на путь распятия, тянет пройти его до конца.

— Разумеется, последний опыт был полной тому противоположностью. В конце концов ты понял, что она обращается с тобой как профессионалка высшего класса, и этот приступ изжоги оказался смертельным. Ты сильно грустишь оттого, что она умерла?

Выражение его лица совершенно изменилось. В глазах вновь засветилась злоба.

— Так это был ты. Я сразу догадался, но потом решил, что уж слишком много совпадений. Ты был тем самым копом, который повалился к ее ногам, словно мешок с картошкой.

— Я хочу найти людей, которые это сделали, Дэн. — Я по-прежнему избегал смотреть ему в глаза. — Даже если ты соучастник, твоя роль ничтожно мала. За всем этим стоят организация и деньги. Ты и близко ни на что подобное не способен. Я не забуду об этом, когда настанет время предъявлять обвинение. И скорее всего