Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс Страница 205

В дверях он обернулся. Катинский все еще дергался на дыбе своего измученного тела. Пятифунтовая купюра исчезла.

Чуть раньше Кенни Малдун смотрел, как Ширли Дандер села за руль своей машины, надела темные очки и рванула с парковки у железнодорожной станции Моретон-ин-Марша. Зря это она так, подумал Кенни. Местные, особенно местные полицейские, очень не любят лихачей. Но это была не его забота. Он довольно погладил нагрудный карман, где покоилась полученная от Ширли десятка, потом погладил брюхо, набитое завтраком, съеденным за ее счет. Неплохой улов с утра пораньше. А утро еще не кончилось.

Он достал из бардачка листок, на котором был записан номер. Забормотал цифры вслух, вбивая их в свой мобильник.

Со станции отходил поезд – пригородная электричка, полная пассажиров.

В телефоне шли гудки.

На мосту стояла женщина с ребенком на руках. Приподняв детскую ручонку за локоток, женщина водила ею слева направо, будто младенец махал вслед поезду.

В телефоне шли гудки.

Парочка молодых людей в ярких куртках и с рюкзаками читала расписание поездов у выхода на платформу. О чем-то спорили. Один ткнул пальцем в уходящий поезд, будто что-то доказывая.

На звонок ответили.

– Это Малдун, – сказал Малдун. – Из такси. Мне дали этот номер.

А потом сказал:

– Да. Только не мужик, а баба.

А потом сказал:

– Да, я так ей и объяснил.

А потом сказал:

– И когда я получу деньги?

Закончив разговор, он швырнул телефон на пассажирское сиденье, смял листок бумаги и бросил его на пол. И тоже выехал с парковки.

Немного погодя молодые люди в ярких куртках вышли на перрон, дожидаться следующего поезда.

6

Родерик Хо злился.

Родди Хо чувствовал, что его предали.

Родерик Хо размышлял, к чему это все, если нельзя доверять ближнему своему. Ближней своей. Если эта ближняя тебе лгала, выставляла себя в лучшем свете и была совсем не той, кем хотела казаться…

Человек послабее разрыдался бы.

Потому что вот так вкладываешь в отношения всю душу, а получаешь… что? Заводишь знакомство с классной блондиночкой, которая любит хип-хоп, боевики и сноубординг, играет в «Армагеддон» на пятом уровне, а вечерами ходит на курсы по истории XX века, а потом – он вообще узнал об этом лишь потому, что она мельком упомянула марку своей машины и подписку на кабельное телевидение «Скай-плюс», факты, которые позволили ему отследить ее физическую личность, в отличие от онлайновой персоны, – а потом выясняется, что если она увлекается сноубордингом, то пусть лучше поостережется, потому что мало какая страховая компания предоставит полис для горных видов спорта пятидесятичетырехлетней тетке, потому что в пятьдесят четыре кости становятся хрупкими, а любой чих и любая простуда превращаются в серьезное заболевание. Офигеть. Ей не нужны вечерние курсы по истории XX века. Она сама ходячая история XX века. Маме Родди Хо и то меньше лет. Вроде бы. Вот стерва.

Ладно. Проехали. Он подкрутил настройки своего почтового ящика так, чтобы блокировать все дальнейшие сообщения от мисс Богадельни. А если она задумается, чем так расстроила Родерика Хо – точнее, Родди Ханта, суперзвезду-диджея с профилем Монтгомери Клифта, – то пусть хорошенько посмотрится в зеркало. Ей нужны курсы о достоверности рекламных заявлений, вот что. Вообще-то, Хо, будучи парнем добродушным и беспечным, обижался редко, поэтому сейчас с грустью и отвращением изничтожил кредитный рейтинг мисс Почти Покойницы, надеясь, что она усвоит преподанный ей урок и воздержится от дальнейших попыток нагло преодолеть пропасть между поколениями.

А в довершение всех сегодняшних проблем явилась Кэтрин Стэндиш. С подарком.

– Родди, – сказала она и поставила перед ним жестянку «Ред булла».

Хо неуверенно кивнул и передвинул банку на несколько дюймов влево. Все должно быть на своих местах.

Кэтрин села за пустующий стол. Она принесла с собой чашку кофе и сейчас сжимала ее в ладонях.

– Как у тебя дела? – спросила Кэтрин.

– Ты ко мне приходишь, только если тебе что-то нужно, – сказал он.

На ее лице мелькнуло выражение, которого он не распознал.

– Это не совсем правда.

Он пожал плечами:

– Не важно. И вообще, я занят. А кроме того…

– Кроме того?

– Лэм сказал, чтобы я вам больше не помогал.

(На самом деле Лэм сказал: «Еще раз поймаю тебя на фрилансе, отправлю к айтишникам в техподдержку, будешь там ксероксы чинить».)

– Лэму вовсе не обязательно обо всем знать.

– А ты ему об этом сказала?

Она не ответила. Хо счел это доказательством своей неколебимой правоты, открыл банку «Ред булла» и сделал большой глоток.

Кэтрин, глядя на него, пригубила кофе.

Ну вот, подумал Хо. Еще одна старая тетка с притязаниями. По правде сказать, притязала она вовсе не на тело Хо, а на его умения, но, так или иначе, все сводилось к эксплуатации. Хорошо, что он способен дать ей отпор. Он посмотрел на экран. Потом на Кэтрин. Она все еще наблюдала за ним. Он снова перевел взгляд на экран. Изучал его с полминуты, что, вообще-то, очень долго. Потом снова покосился на нее. Она по-прежнему не сводила с него глаз.

– Ну чего тебе?

– Как там архив?

Архив был онлайновым ресурсом Конторы, «инструментом для корреляции текущих событий с историческими прецедентами» и чрезвычайно важным стратегическим средством, как заявил человек, временно возглавивший министерство. Общеизвестно, что любое заявление, сделанное госучреждением, очень трудно дезавуировать, поэтому плод утренних размышлений министра пережил и его самого, и несколько сменивших друг друга администраций. А поскольку Риджентс-Парк счел его весьма подходящим для одной из тех бесполезных задач, которые с успехом могут выполнять слабаки, составление и пополнение архива с давних пор вменялось в обязанность Родерику Хо.

– Хорошо.

Кэтрин, держа чашку одной рукой, другой промокнула губы скомканной салфеткой. Все было не так. Это же его кабинет, его владения, где все вещи занимают свои, правильные места, даже если непосвященные принимают установленный здесь порядок за хаос. Тут были запасные кабели и мыши, прозрачные полиэтиленовые конвертики из-под компакт-дисков, пухлые справочники и руководства по установке давно не используемых операционных систем. И всякие случайные жертвы в виде пустых коробок из-под пиццы и жестянок из-под энергетиков, и призрачное электрическое гудение, окружающее компьютеры. Это его пространство. А Кэтрин Стэндиш сюда вторглась и расположилась тут, как у себя дома. Это было неправильно.

И, судя по всему, уходить отсюда она не собиралась.

– Это наверняка занимает много времени, – сказала она.

Подразумевая работу с архивом.

– Почти весь день, – сказал Хо. – Это моя основная обязанность.

– Да, хорошо, что ты написал программу, которая генерирует фальшивый список выполненных