Месть удалась на славу - Ирина Семеновна Левит Страница 16

В комнате, которую оперативно-следственной группе предоставил начальник РОВД (два письменных стола, стол под оргтехнику, шкаф, сейф, шесть стульев, в том числе два крутящихся), явно сидели женщины, попытавшиеся хоть как-то обуютить казенную обстановку. На стенах висели два постера с осенним и весенним пейзажами, на подоконнике стоял горшок с пышным цветком.

– Устраивает? – спросил Добрецов.

– Всецело! – заверила Вера. – Большое вам спасибо.

– Всегда пожалуйста, – усмехнулся полковник и двинулся к выходу.

Однако Вера остановила:

– Олег Павлович, вы ведь навели обо мне предварительные справки?

– Навел, – после секундной паузы подтвердил Добрецов.

– И вам наверняка сказали, что я не стерва и не смотрю сверху вниз? Но при этом со мной далеко не все любят работать, потому что я, выражаясь современным языком, не формат? И что я из тех, кто мягко стелет, а потом неизвестно, придется ли вообще спать – хоть жестко, хоть мягко?

– Нечто в этом роде…

– Так вот я хочу с вами, Олег Павлович, сразу определиться. Я терпеть не могу крутых с гнутыми пальцами. Я не люблю скандалы и вообще конфликты с теми, кто рядом. Я ни на кого не наезжаю, по крайней мере без крайней нужды, хотя у меня достаточно твердый характер. Я стараюсь быть достаточно открытой, конкретной, вежливой и любезной. И это не хитрость, а… проявление эгоизма. Мне так комфортнее. А работать я предпочитаю в состоянии внутреннего комфорта, потому что так я работаю наиболее эффективно. И все это я говорю вам, Олег Павлович, для того, чтобы вы не искали двойное-тройное дно. Нам нужно полное взаимопонимание. Согласны?

Полковник вновь усмехнулся:

– Договорились. – И добавил: – Охранников скоро подвезут.

Стражи спорткомплекса (постарше и помоложе) появились минут через тридцать, уставились на следователя с настороженным недовольством и тут же забурчали на два голоса:

– Так мы же все вчера рассказали…

– Ну да, следователь тут у нас выспрашивал…

– А мы больше ничего не знаем…

– И если кто-то думает, что мы тут каким-то боком…

– Стоп! – прервала Вера, но не резко, а с некой успокаивающей интонацией. – Очень хорошо, что вы все рассказали по горячим следам моему коллеге, но я следователь из областного управления Вера Ивановна Грознова и хочу еще раз вас послушать и кое-что уточнить. Так что вам совершенно незачем беспокоиться. Присаживайтесь. – И она кивнула на стулья.

От миролюбивого тона Веры охранники малость расслабились и уселись напротив стола с видом людей, которых подозревать не в чем, а соответственно, и им самим скрывать нечего.

Следователь Коноплянников провел опрос охранников (и директора спорткомплекса тоже) грамотно, но так, как действует человек, который знает, что дело заберут, значит, оно не его, и потому можно ограничиться формальностями. Впрочем, ничего удивительного: это Грозновой дана привилегия полностью сосредоточиться на одном деле, у Коноплянникова же наверняка целая подборка, а потому он и не стал особо напрягаться.

Ничего принципиально нового охранники не сообщили, но Вере требовались уточнения.

– То есть вы уверены, что Марычев последним покинул здание и никто не мог там остаться? – спросила она.

– А чего нам быть не уверенными? – удивился старший. – Перед ним ушла вторая тренерша, а перед тренершей тетка, которая в тренажерку ходит.

– И которая была вся в слезах? – напомнила Вера. – Не знаете, случайно, отчего она так расстроилась?

– Да мы чего, спрашивали ее, что ли? Не наше это дело! – отрезал старший, а младший добавил:

– И вообще, у нас техника. Сколько человек по пропускам и карточкам зашло, столько и вышло. Если бы не сошлось, компьютер бы показал. Мы всегда сверяем.

– А потом все равно делаете обход помещений? – спросила Вера.

– Сразу после одиннадцати. Ну, это чтобы проверить: может, кто двери забыл запереть.

– Но в тренажерном зале дверь была заперта, – уточнил младший.

– А если в зале свет был включен, вы бы увидели?

– Нет, там плотные двери, без щелей.

– А снаружи вы обход здания делаете?

– Нет у нас такого в инструкции, – сказал старший. – В залах на первом и втором этажах на окнах решетки изнутри, ну, в основном чтобы эти спортсмены чем окна не побили. И даже в бассейне. Администрация сидит на третьем, а бухгалтерию и кабинет директора вообще на сигнализацию ставят.

– А видеокамера у вас только на главном входе?

– И еще над главным входом на стадион. А больше нигде нет.

– Ну и как, по-вашему, можно пройти в здание, если не через вас?

Охранники переглянулись.

– Только через запасные входы, – предположил младший. – Их два, в торцах здания. Там лестницы. Одна как раз напрямую в тренажерный зал ведет. Там замки… ну, как на домофонах. Изнутри выйти не проблема, на кнопку нажал, и готово. А снаружи нужно «таблетку» приложить… ну то есть магнитный ключ.

– И у кого такой ключ имеется?

– У охраны и у директора, а больше ни у кого.

– Точно? – Вера подумала про ключ, найденный у Марычева.

– Точно. У нас порядок, – уверенно заявил старший и тут же напрягся. – Но если вы считаете, что мы… то нечего нас подозревать. Мы ключ никому не давали, у нас вчера все проверили, все на месте.

– Я вас вовсе не подозреваю, – успокоила Вера. – Но я вас еще хочу спросить про Марычева, – резко сменила она тему. – Он вообще как… не конфликтным был?

Охранники пожали плечами.

– Нормальным он был мужиком, шутил с нами даже иногда… – сказал младший. – А как с другими… Нет, ничего такого мы не знаем… Ничего такого, по крайней мере в нашу смену, а мы работаем сутки через двое, не видели и не слышали.

– Так мы с ним в приятелях и не ходили, – добавил старший. – А всякие слухи-сплетни… до нас не долетали. Да мы их и не ловили. Нам зачем?

Охранники, подписав протокол, с явным облегчением покинули кабинет, окончательно рассеяв туман лишь в одной точке: Марычев мог вернуться в тренажерный зал только через запасной вход.

* * *

Директор спорткомплекса появился сразу после охранников, даже не дожидаясь приглашения. Он явно старался выглядеть спокойным, однако получалось не ахти. Лицо было напряженным, уголки губ подрагивали, на слегка обвислых щеках проступали розовые пятна. Возницын сел на крутящийся стул и принялся машинально елозить пальцами по брючинам.

– Вас очень расстроила смерть Марычева? – с ходу задала вопрос Вера.

– Очень! – горячо отреагировал Илья Семенович.

– Вы дружили?

– Не-ет… – мотнул он головой. – Я вообще не знаю, дружил ли Виктор с кем-то. Но вот работником был!.. – Директор вдруг разом успокоился и даже (как показалось) вдохновился. – Виктор приехал около двух с половиной лет назад. Если надо, я в кадрах дату, когда его оформили, выясню.