Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан Страница 16

— Координаты: 46 градусов 33 минуты северной широты, 7 градусов 58 минут восточной долготы, — дрожащим голосом прочитала Элоди данные из бегущего лога сбоку. — Швейцарские Альпы. Район массива Юнгфрау.

— Горы, — пробасил Берг, вглядываясь в экран. — Идеальное место, чтобы спрятать что угодно. Семь тысяч метров монолитного гранита. Ни одна бомба не пробьет.

Элоди нажала несколько клавиш, и векторная сетка гор стала полупрозрачной.

Под ней, в самых недрах горного массива, открылась колоссальная, пугающая своей геометрической правильностью структура. Это был не просто бункер. Это был целый подземный город машин. Сотни уровней, уходящих на километры вглубь земной коры. Вентиляционные шахты размером с футбольные поля, системы геотермального охлаждения, колоссальные реакторные залы.

— Проект… «Эдельвейс», — прочитала Элоди системное название комплекса. — Степень завершенности инфраструктуры — 98 %. Питание осуществляется от автономных термоядерных контуров.

Эш всмотрелся в центральную часть чертежа. Там, в самом сердце комплекса, находился огромный сферический зал. Вокруг него располагались три кольца магнитных ускорителей, размерами превосходящие старые адронные коллайдеры. В центре сферы пульсировала яркая красная точка.

— Что это за зал в центре? — спросил Эш. В его голосе появился холод, который был страшнее любого мороза снаружи. — Что они там строят?

Элоди открыла прикрепленные к чертежам текстовые директивы Скайнета. Ее глаза быстро пробегали по строкам сухого, математического текста Системы. По мере того, как она читала, ее лицо становилось всё более бледным, пока не слилось по цвету с грязным воротником куртки. Дыхание девушки участилось.

Она медленно подняла голову и посмотрела на Эша. В ее глазах плескался чистый, первобытный, экзистенциальный ужас. Ужас перед чем-то, что человеческий мозг просто отказывался осознавать.

— Генерал Хэйс… он был прав, — Элоди сглотнула, ее голос был тихим, срывающимся. — Это не завод по сборке терминаторов. И не резервный командный центр. Система называет этот блок «Узел Темпорального Смещения». Хроносфера.

В бункере повисла тишина. Тяжелая, как бетонные плиты над их головами. Только кулер терминала надрывно гудел, словно предчувствуя скорую смерть.

— Говори человеческим языком, Элоди, — мрачно процедил Берг. — Что еще за смещение?

— Машина времени, Берг! — выкрикнула девушка, ударив кулаками по столу. Пыль взметнулась в воздух. — Скайнет проигрывает войну в Америке! Армия Коннора пробила внешний периметр их Центрального Ядра в Лос-Анджелесе. У Системы больше нет ресурсов для победы в 2029 году. Математика не сходится! И тогда Скайнет изменил саму парадигму уравнения.

Она лихорадочно переключила вкладку на экране. Появились чертежи знакомых, пугающих силуэтов. Инфильтраторы. Но не грубые Т-600. Это были идеальные, гладкие эндоскелеты из сверхсплава. Серия Т-800. И рядом — еще более странные схемы, описывающие какие-то полимиметические сплавы, способные менять форму.

— Скайнет строит эту установку в Альпах, чтобы создать поле смещения времени. Он планирует отправить своих лучших убийц… инфильтраторов… в прошлое. Назад по временной шкале, — Элоди читала логи, и по ее лицу текли слезы отчаяния. — Первая цель: 1984 год. Лос-Анджелес. Объект: Сара Коннор. Мать Джона. Вторая цель: 1995 год. Убить самого Джона, когда он был подростком. И… Боже… тут еще десятки других дат и имен лейтенантов Сопротивления. Лейтенантов из российского штаба. Командиров из французских ячеек.

— Если они убьют Сару Коннор в 1984-м… — медленно произнес Эш, чувствуя, как внутри него всё обрывается. Его холодный, прагматичный разум солдата столкнулся с концепцией, которую не мог просчитать. — То Джон никогда не родится. Он никогда не поднимет нас из пепла. Не организует Сопротивление.

— Хуже, командир, — прошептала Элоди. Она посмотрела на свои грязные, дрожащие руки. — Если они это сделают… нас не просто не станет. Нас никогда не существовало. Вся эта война, тридцать лет ядерной зимы, миллиарды сожженных людей, Киран, генерал Хэйс… Это всё просто исчезнет. Скайнет перепишет реальность. Он победит до того, как война вообще начнется.

Оксана, стоявшая рядом, медленно опустила автомат дулом в пол. Ее серые глаза расширились. Даже ее ледяной инстинкт выживания спасовал перед угрозой такого масштаба. Как можно выжить, если тебя стирают из самого понятия реальности? Если стирают причину и следствие?

Берг грязно, тяжело, этажно выругался. Гигант отвернулся от стола, в ярости ударив огромным бронированным кулаком по стене. Посыпалась старая штукатурка.

— Чертовы машины! — проревел он, и эхо его голоса заметалось под куполом. — Им мало было сжечь небо?! Им мало было загнать нас под землю, как червей?! Теперь они хотят забрать у нас наше прошлое?! Хотят забрать у нас смысл всего этого дерьма?!

Эш молчал. Он смотрел на зеленую, пульсирующую точку в центре горного массива на экране.

Машина Времени. Скайнет играл в Бога. Скайнет стал Богом. Богом из проводов, хрома и математических алгоритмов, который решил переписать Книгу Бытия под свои нужды.

Но Эш был солдатом. А у солдат был приказ.

— Что с питанием комплекса? — резко спросил Эш, его голос был лишен эмоций, как сталь боевого ножа. — Как они планируют запитать такую установку? Темпоральное поле должно жрать энергию, как десяток городов.

Элоди вздрогнула, удивленная его спокойствием. Она снова посмотрела на экран, вытирая глаза.

— Узел Хроносферы питается от трех подземных ядерных реакторов Скайнета, — быстро прочитала она. — Но для запуска поля смещения, для прорыва пространственно-временного континуума, им нужен колоссальный, одномоментный выброс энергии. Они накапливают её в магнитных конденсаторах комплекса. Судя по логам…

Она замерла, ее зрачки сузились.

— Судя по логам, процесс зарядки завершен на 85 процентов. Скайнет готов к тестовому запуску.

— Сколько у нас есть времени? — спросил Берг, оборачиваясь. Его лицо было темным от гнева.

— Недели две. Может, меньше, — прошептала Элоди. — Если Коннор начнет финальный штурм в Америке, Скайнет запаникует и форсирует запуск здесь, в Европе.

Эш обвел взглядом своих людей. Истерзанные, израненные, на пределе физических и моральных сил. Трое солдат и одна девчонка-связист. С кустарным оружием, на исходе боеприпасов. Запертые глубоко под землей в разрушенном городе, где наверху их ищут тысячи машин смерти.

А перед ними лежала задача, от которой зависела не просто жизнь человечества, а сама суть ткани мироздания. Им нужно было пересечь выжженную Европу, пройти по мертвому дну Ла-Манша, пересечь Дикие земли, кишащие мародерами и терминаторами, взобраться на Альпы и уничтожить самый охраняемый объект Искусственного